10.07.2016г.
Часто ловлю себя на мысли о том, как легко предали Советский Союз азиатские республики. И дело не в том, что их просто выдавили из той страны. Дело в том, что, как только они почуяли свободу от неё, в них сразу проснулся звериный оскал национализма и ненависть к русским – так они называют всех несвоих.
Сколько вот не давай таким вот неблагодарным жителям аулов и кибиток БЕСПЛАТНО, вне их участия вытаскивая эти народы в цивилизацию, они никогда не оценят эти подарки. Бесплатное добро не ценят люди вообще, в целом, но здесь, в Азии, бесплатность презирается как самый страшный порок. Это для них совершенно чужое качество, оно как посягательство на их внутреннюю целостность, на их главные ценности. Этого нельзя забывать, когда имеешь дело с азиатскими народами.
Чужаки – они и есть чужаки.

И, надо сказать, мне уже безразлично, как в России относятся к русским переселенцам до сих пор и как она не защищала и не защищает своих в бывших советских республиках. В сегодняшней России власть не меньше не любит русских, чем эти бывшие республики Союза. Я вижу ненависть ко всему русскому и политику, которая во всех бедах обвиняет русских. И живут все они, похоже, мыслью, что чем дальше уйдут от этих русских, чем чище сделают своё общество от всей этой русскости, тем ближе будут к успеху. И этот их успех, их понимание того, что они хотят обрести для себя – это что-то совсем не русское, это не моё, чужое. Чужаки.
Поэтому-то я не хочу уже никого из этих ушедших чужаков видеть в Новом Советском Союзе, по крайней мере, в начале. И с не меньшим негативом отношусь и к бывшим социалистическим странам, больных той же болезнью.
Да, и это было важно: эта разгульная свобода в обществе, где русские составляли достаточно большое количество, чтобы с ними считаться. И это была и их земля. Так было действительно нужно. Иначе не узнать врага в лицо и не понять моей сегодняшней жёсткости.

Так что, если будет Новый Советский Союз, то уже без деления на республики или на территории по национальному признаку. Все внутренние границы должны быть перекроены. Во время смуты 1918г. это, видимо, было необходимым, потому что всё тогда распадалось и нужны были новые скрепы. Россия, как идея, перестала удерживать земли внутри себя. Россия умирала. А это был способ проявить уважение – выделить этнос. Вариантов не было.
Зато теперь очевидна цена такого уважения, которое никому не было нужно – никто его не оценил.

И на этом примере будет строиться новое государство – не принимать равных, не наделять равностью новых членов, а ассимилировать их.
Да и вообще эта языковая и культурная раздробленность не является ценностью.
Эти бесчисленные языки – никому не нужны.
Эти несопоставимые традиции – не стоят ничего.

Хотите веры? –
Значит, захотите стать русскими.
Значит, заговорите на русском языке.
Значит, заинтересуйтесь тем народом, который вам эту веру принёс. Причём так заинтересуйтесь, чтобы захотеть стать им, войти в него.
Никакой равности нет и не будет больше.

Хотите остаться собой? Вам это важнее? – Не проблема. Идите тогда своей дорогой и не стучитесь в мою дверь.

А быть русским для меня – это значит быть советским – тем, из умершего СССР. А не дебилом в русской косоворотке или сарафане, прыгающим через костёр, поклоняющимся Яриле и Перуну и носящийся со свастикой, как древним славянским символом (встретила тут одну дуру, нацепившую на себя свастику именно по этой причине). И не одержимым, живущим в обнимку с иконой Николашки Кровавого и с ожиданием долгожданного Трона, с абы кем на нём, но лишь бы не вернулся Сталин. Они даже не видят, что он давно умер.

Те народы, которые отказались от кириллицы лучше пусть разделяют судьбу романских народов – Запад им ближе, чем Россия. Если государству мешает русский мир, даже именами, тогда это – опасные чужаки.
А мусульманам из России я хочу напомнить о том, С КАКОЙ СТОРОНЫ к ним обратились. И КТО ОБРАТИЛСЯ. И никогда об этом не забывать.

Зато сейчас порадовало решение московского Головинского суда, отказавшего в иске против Сытина, есть такой, раскрученный сегодняшней элитой, омерзительный русофоб, совершенно безнаказанно оскорбляющего русский народ, то есть меня, я же – русская, называющего русских быдлом, которое надо уничтожить, причём это – одно из самых мягких его выражений на эту тему. Судя по всему, наш, не самый уже гуманный, потому что российский, суд отказал по причине того, что понятия «русский народ» - не существует и его поэтому оскорблять законом не запрещено. А я говорю тут об Азии!
.

13.07.2016г.
Видение такое было.
Представила себе время, когда в русском православии появилась Новая Ветвь. И вот в школах, чтобы дать детям выбор, подготовить их к нему, знакомят с новым устройством мира. Причём всё, что связано с человеком, подаётся на официальных уроках, а о Боге – на факультативах, для желающих.
И вот среди христиан я вижу мальчика лет 10, который жадно слушает священника и спрашивает; «А как же мы?» Он – мусульманин. Из Чечни.
А священник ему говорит: «Вот, в Башкирии, в Уфе, появилось новое знание». И я вижу священника, приехавшего из Сирии и проповедующего. По Книге (не вижу её названия), в мечети.
Мальчик едет в Уфу, где слушает имама и возвращается домой с Книгой, в котором написано о Боге всё.
И я вижу, как он бережно держит её в руках. И он бывает ещё в Уфе, где и сам проповедует. И у себя дома. В своей мечети. Он изучил Книгу.
И когда ему исполняется 14 или 15 лет, я вижу подростка, он начинает подходить к разным людям, знакомым и чужим, и говорить им: «Иди за мной».

И в этом месте видение резко оборвалось, потому что я подумала: «Здесь что-то не то!»

Это не вИдение реальности… пусть даже будущей. Это не реальный мальчик…
.

15.07.2016г.
Что-то внутри меня требует перевести на бумагу все темы, которые тревожат и лезут в мысли. Коротко.
1. О значении наказания для детей.
Я не люблю, когда обижают детей. Особенно, когда нападают на них те, кто сильнее.
Но сейчас у меня перед глазами картины не с детьми, а с наглыми, неуправляемыми зверёнышами, которые не уважают никого, да и себя тоже. Так вот, я о тех душах, которые слепы, глухи и крайне агрессивны, которые понимают только то, что могут пощупать и ощутить и для которых слова убеждения – пустой звук.

Конечно, сначала всегда обращаются по-человечески с подобным оступившимся ребёнком. Если его вина не велика.
Но бывает так, что слова уже не действуют, а только возбуждают их инстинктивное противостояние, увеличивают их агрессию вместо того, чтобы успокоить.
И вот тогда, чтобы не потерять таких детей навсегда, позволив им катиться и дальше вслед своим наклонностям, приходит физическое наказание. Это – ритуал. Ребёнок должен понимать, за что он наказан. И это – наказание, чтобы индивид прочувствовал боль и соотнёс её со своим проступком.
Если, конечно, общество не опоздало и он не совершил что-то, что уже возместить невозможно.
Убийство, например.

В позитивном обществе, конечно, такие крайности и не нужны будут. Там воспитание будет создавать в детях правильные привычки. Но в обществе, которое только выходит из своей черноты или хотя бы пытается это сделать, каждый, в том числе и ребёнок, должен знать: за любым проступком обязательно следует наказание.
И лучше расплатиться по своим счетам сразу и при жизни, чем переносить оплату своих счетов в будущее – за свою смерть. Иногда вовремя данный подзатыльник в корень меняет у таких детей отношение к жизни и к окружающим людям, и настраивает на правильную волну. Так что думайте. Но эти дети должны знать, что наказание за их проступки неизбежно. А подобное знание к ним приходит только через практический опыт – слова здесь бессильны.

ВАША КАРА ВСЕГДА ВАС НАСТИГНЕТ – вне человека не забывается ничего.

2. Проблемы существующей РПЦ.
Если эти проблемы не будут решены, эта церковь умрёт.

Во-первых, проблема святых.
Люди, которые названы такими незаслуженно, крайне опасны.
Такие никогда никого не отпускают – ловцы душ.
Убирать их из обихода официально – ни в коем случае нельзя. Просто изредка снимается икона, по причине её плохого состояния, и заменяется. Кроме Николая Второго, расстрел которого с семьёй нельзя никак подтвердить. Так как вы не знаете, кого убираете, вы должны быть всегда предельно благодарны. Они помогали вам, умейте оценить это.
Больше не буду писать на эту тему.

Во-вторых, переоценка истории России.
Существующая дорога ведёт во Тьму.

В-третьих, переоценка отношения к своей собственности.
Эта церковь сейчас живёт в антагонизме с Заповедями Божьим.

В-четвёртых, если патриарх не решит свою проблему с нанопылью, эта нанопыль приварится к нему навсегда. Да и антисоветчина его – та ещё проблема. И этот человек – патриарх!.

Посмотрела так же на Путина.
Презрение.

Людей, которым было дано многое, а они не смогли или не захотели это взять, не жалеют.

В-пятых, к кому приходит Христос на примере Индии с её разделением общества на касты.
Для тех, кто это напрочь забыл.
Так вот, Христос приходит к самой низшей касте, к самым обездоленным и бесправным (но не упавшим вниз). Все, кто выше – в отлёте. Могут идти по своим делам мимо.

И только когда эта самая низшая, для остального общества, каста поднимается, к ней могут присоединиться те, на чей уровень она поднялась в данном обществе.
Так что в этой очереди все благородные крови и все денежные мешки поставлены в самый конец. И потому они могут не предъявлять Богу доказательства своей пламенной веры, пока в их обществе есть разделение между элитой с голубой кровью и простыми бедными гражданами. Для Бога таких «богоизбранных» просто не существует.

***
Шла как-то и думала о том, что капитализм атеистичен.
Что его правила абсолютно не по Заповедям Бога и, что подчиняя Бога под свою выгоду, капиталисты медленно и верно съезжают не только в полную анархию, но в откровенное дьяволопоклонничество.
И тут увидела ТУ ЛЯГУШКУ с острым гребнем, без глаз, как она лезет вперёд, напористо куда-то лезет вверх, вытягивая вперёд лапы с растопыренными пальцами.
.

20.07.2016г.
Ситуация в электричке.
Зашла в полный вагон и радостно села на крайнее сидение в купе. Не люблю стоять. Напротив меня, между двух мест, прямо посередине двух крайних сидений, сидела женщина, нормального вида, среднего возраста. Сидела, вытянув ноги так, что её ступня находилась прямо на месте, где должны быть мои ноги.
Я сидела с краю, место и так было не полное, как обычно, а тут ещё и ноги некуда поставить.
Я сказала так вежливо и тихо этой женщине, что её нога мне мешает и попросила её убрать, на что получила ответ, смысл которого был в следующем: мне плевать на то, что вам неудобно, я буду сидеть, как хочу, да и вообще я только что сидела на вашем сидении(!) – и ничего, выжила.
Поняв, что слова уже здесь бессмысленны, я просто взяла и своими ногами отодвинула мешавшую мне чужую ногу. Ближе к хозяйке.
И получила в ответ возмущённое: «Вы почему двигаете мою ногу!? Что, наглость – второе счастье?»
На что сказала: «Да. Глядя на вас».
Выражение лица было у дамы – это надо увидеть.
И потом я сидела и думала о таких вот людях – я их называю «шкафами», которым словами уже не докажешь, как себя надо вести в социуме: не доставляя другим неудобства, принимая во внимание то, что вокруг находятся ТАКИЕ ЖЕ, как они, люди, с которыми надо считаться.
А то сидит между двух мест, к ней, на оставленный краешек, подсела ещё женщина, так она даже не шелохнулась. Какой-то агрессивный эгоцентризм с требованием себе особого внимания. На каком основании – непонятно.

Сначала я подумала, как с такими вот собираются бороться, если они уже не понимают слова?
Такие вот борзеющие подростки понимают мат или хорошую оплеуху; подобную женщину можно сдвинуть с её места силой. Но есть ведь и такие же мужчины, которые реагируют только на физическое превосходство – то есть надавать хорошо по морде или запугать оружием и только тогда в них включаются мозги. А если у них ещё и место высокое, и деньги – это же вообще неуправляемые дебилы.

А потом я подумала о тех людях, у которых могут родиться подобные дети – мертвецы прямо с младенчества. Именно из них вырастают горбачевы, ельцины и егорыгайдары (испохабили тут фамилию советского писателя не по праву). Они же просто приспосабливаются к обстоятельствам, не меняясь внутри. Вот не было бы переворота и ковырялись бы эти люди в мелком бытовом эгоизме, создавая проблемы близким и предавая друзей. И никто бы не знал их потенциала.
Как вовремя разглядеть таких детей?
Какое должно быть общество и система воспитания, чтобы заставить подобных детей хотя бы заинтересоваться процессами, происходящими внутри их душ? Им же на всё плевать.

Сегодняшние взрослые – это уже, по сути, потерянное поколение.
Ведь человек чувствует боль только, пока принимает решение, как поступить. Если он выбирает падение – подлость, проступок, преступление – всё, его чувства замораживаются и он уже и не вспомнит себя до своего падения.
Это замкнутый круг. Упасть в нём легко, особенно таким, а подняться…
А такие дети ОЧЕНЬ ЛЕГКО ПРИНИМАЮТ ПОДОБНЫЕ РЕШЕНИЯ. И очень рано. И стремительно катятся вниз, с самого раннего детства.

21.07.2016г.
Сон.
Наступает войско мертвецов. Причём они прошли уже половину пути и стоят у границы, чтобы переступить её.
Впереди них – девятилетний мальчик в длинной белой рубахе. Это их Предводитель. Глава Мертвецов.
И он говорит мне:
- Мы специально не наступали и не нападали на этот мир.
Но мы здесь – везде.

А потом он, вроде, приглашает меня поиграть с его лисичкой и ещё какими-то животными рядом с ним.
И все они – тоже мертвы.
.

22.07.2016г.
Думала о сегодняшних священниках.
Говорила так:
- Священник – это человек, который помогает другим, таким же, как и он, людям обрести Бога, познать Бога. Это – дар божий, если человек действительно ощутил призвание, и это – проклятие, если пошёл по этой дороге из каких-либо других побуждений.
По большому счёту эта стезя не даёт никаких привилегий, но зато даёт возможность человеку, в груди которого зажглось пламя веры, узнать гораздо лучше, чем все остальные люди вокруг него тех, кого он пытается спасти, к кому обращается. И через них – самого Бога.
Да, на этой дороге можно стать очень близко от Бога. Вы даже не представляете, НАСКОЛЬКО близко.
И это не значит, что в окружающих он встретит Бога, возможно, что он столкнётся с Дьяволом гораздо чаще, чем с Богом. Если есть вера – это не страшно. Но Бог любит таких людей и даёт им от Себя гораздо больше, чем обычным верующим. Если устоять. По вере их.
Потому что дар этот – это дополнительная нагрузка, а не как средство вашей исключительности.

И тем не менее, у Бога в этом мире нет никакой собственности. И всё человеческое – должно принадлежать человеку.
А это значит, что за этот дар Бог не платит зарплаты деньгами избраннику своему. И вы не можете требовать себе денег от имени Бога ни по какому поводу.
Имейте светскую профессию, переводите свои профессии в светскую сферу. Зарплата вам должна идти от государства, а не от церкви.
Церковь же должна существовать на пожертвования и не держаться за лишнее. И не накапливать его у себя в закромах.
Священник – это не профессия.
Священник – это призвание.

Идти за Богом – это не подвиг, это НОРМА.
Просто в этом мире люди Бога потеряли.

***
И ещё почему-то вспомнила свой первый опыт растворения в себе болевой точки.
Это было до того, как я стала писать свою книгу: после прочтения Гегеля «Жизнь Христа», с подросткового возраста, ко мне пришла душевная боль. Она начиналась внезапно и когда приходила – было так плохо, словно невозможно дышать. Чаще всего её вызывали люди вокруг, особенно, если их было много. И особенно – за столом. Я тогда просто не выносила никаких многолюдных застолий. 5-10 минут – и мне надо было встать и уйти, настолько тяжело мне становилось.
И вот однажды вечером эта боль заставила меня задуматься.
Я лежала уже в постели и впервые задала себе вопрос:
- Да что же это такое? Где и что во мне болит?
Ведь это была не физическая боль.

И вот этот вопрос себе заставил меня как-то по-другому на себя взглянуть, потому что я стала её в себе искать. Она ныла где-то внутри меня.
Удивительное дело, но такой подход словно разделил меня: с одной стороны я – это был мой интерес, а с другой стороны – эта боль, которая жила сама по себе, медленно меня съедая.
И только тогда я почувствовала, что эта боль сконцентрирована в одной точке – я словно во тьме, закрыв глаза, чтобы лучше сосредоточиться, ощутила себя и эту точку.
Словно посмотрела на неё со стороны. И найдя, начала «тыкаться» в неё со всех сторон, не понимая что это и почему болит.

И тут вдруг мое воображение нарисовало совсем маленькую девочку, сидящую на корточках, которая важно сказала своим невидимым куклам:
- Надо подойти к ней сверху и она растворится.

И я согласилась поиграть в эту игру. Не знаю даже, почему решила последовать собственным словам. Я поднялась над этой точкой, то есть сделала так, чтобы ощутить её под собой.

И она начала РАСТВОРЯТЬСЯ!!!

Это было потрясающе! Я этого не ожидала!
Это было удивительно!

Как-то незаметно, небыстро.
Пока не исчезла совсем, «прямо на глазах».
И больше ко мне эта душевная боль не возвращалась никогда.

Я тогда записала свои впечатления, потому их и запомнила.
Почему-то сейчас захотелось вспомнить всё подробно.
.

23.07.2016г.
Я увидела, как восстанавливается память.
Словно тонкий щит поднимается с земли, стена, которая была только что, то ли на другой стороне повернувшегося шара, переместившего и стену ко мне, то ли лежала и вдруг поднялась, заслонила горизонт – и растворилась, стала невидимой.
И память восстановилась. В мельчайших деталях и чувствах.

Положила стену назад – это я прячусь за религией и возвращаюсь в своё «я».
И прошлое исчезает. И все чувства исчезают. Так удивительно странно…

И так пару раз сделала, с удовлетворением принимая только то, что в своё время все раны можно восстановить. Когда это будет нужно.

Ни одно чувство не исчезает в прошлом…
Надо же.
.

25.07.2016г.
Сегодня гуляла и думала о том, что видЕния – это слишком мало. Видеть что-то без объяснений подчас совершенно бессмысленно.
Просто вспомнила, что образ шагающего ВЕЛИКАНА, внутри которого находятся люди, у меня появился давно. И я помню свою реакцию на этот возникший образ:
- Полный бред. И что дальше? – Внутри людей тоже, что ли, какой-то мир?.. Зачем всё это?

А потом подумала: «Как страшно что-то видеть, не понимая».
А ведь в свой время, перед нападением, у меня был шанс пойти по этой дороге. Просто смотреть картины внутри себя. Тогда я отказалась от этого с каким-то необъяснимым страхом, ведь все видЕния подчинялись моей воле. Я могла ими управлять.
Но ведь в какой-то момент они бы вышли из-под контроля и остались бы одни образы будущего, которое меня и со знанием пугало очень долго. А без знаний смотреть такие фильмы ужасов…

А ведь я жалела, что отказалась крутить внутри себя кино…
Не понимала, почему даже не позволила себе посмотреть подольше такие яркие, живые картины – ярче, чем реальность. Ни с того, ни с сего, в панике, отсекла в себе этот чудесный дар.

Ловушка.

Такая же ловушка, как утонуть в видЕниях чужих проблем.
И опять вылезла эта неродившаяся девочка из Европы, которая должна была умереть в психушке вот из-за этих фильмов ужасов в своей голове, которые невозможно выключить.
Но тут я подумала, а как лучше уходить? - Как я сейчас или как она?...
И я даже не знаю, что ответить.

Может быть, ужас перед людьми лучше ненужных знаний об их деградации, выраженных не в образах, а в словах, которые никто вокруг не понимает?
Без конца вот обращаюсь к дегенератам, получается так. И никак не могу для себя этот образ собрать – слова мешают. Адресаты мои, судя по всему, уже безнадёжны. А я всё жду чего-то от них…

Причём мне реально легче, когда я это принимаю.
А когда фантазирую иное – всегда бессонница, как сейчас.

Я уже устала так жить.
Может, есть выход без слов?..
.

27.07.2016г.
Сегодня стало известно, что Славик поступил в консерваторию. И вот я в раздумьях, перед тем, как закрывать музей, вспомнила своё прошлое и немного помечтала.
Вспомнила о том, что не могла найти смысла в музыке. Особенно, когда всё получалось. И это непреодолимое ощущение бессмысленности своих занятий перечёркивало для меня всё.
Помечтала о том, что было, если бы музыка для меня имела смысл. И вот так мечтая о своей гениальности, чего уж тут мелочиться, вдруг ловила себя на мысли: «А зачем всё это? И что дальше?»
А дальше не было ничего – пустота.
И в результате пришла к выводу, что лучше моей жизни с Богом, с моей книгой, с единственно нужными и осмысленными поисками веры – ничего для меня нет.
И я не хочу себе никакой другой судьбы.
И в этот момент я была счастлива.

И ещё один момент в эти дни.
Поспорили тут в компании, не важно о чём. Надоело мне уже эту тему обжёвывать. И вот в этом споре я почувствовала, как моя мать медленно и верно скатывается в антисоветчину. И как-то это скатывание казалось очень закономерным – с её любовью слушать самое дерьмократическое радио (чтобы знать врага) и смотреть видеоролики с речами оголтелых украинских русофобов. Пропитанных такой ненавистью, что я и минуты бы не выдержала их слушать. Да и с каким-то своим полным жизненным противостоянием мне…
И её: «Каждая сторона по-своему права». Такое начало падения в пропасть. Казалось бы, попытка быть самой умной, заняв место посередине конфликта, а на деле, в ситуациях, где нет по факту такого места (или да, или нет) – очень быстрое погружение в болото.
Фашистов уже оправдывает! – Тех, из 40-х годов! И тех, кто их ждал.

Я и написала эти строки, потому что после спора себе сказала:
- Твоя мать идёт под ручку с Дьяволом.
А после почувствовала:
- Она должна это узнать.

Я как-то давно уже решила – не буду учитывать её жизнь, что бы там ни было… И вот порой смотрю и замечаю печальные симптомы…
А ведь маразм – это и есть способ стереть у себя всю память. Правда, он не меняет человека в корне, просто стирает все последствия жизни. Словно её и не было… А мне бы, конечно, хотелось, чтобы она изменилась, пересмотрела свою жизнь…
Но без Бога, без моего Бога и без веры в Него это невозможно.

А вообще я поняла, что гляжу на всё совершенно с иного ракурса. И на историю тоже. И вне этого ракурса все споры становятся бессмысленными. Даже правда становится какой-то мелкой, несущественной.
Да, оболгали Советский Союз, Сталина, вся история целенаправленно переписывается ради этой лжи.
Но защищаться бессмысленно.
Настаивать на правде перед ТАКИМИ бессмысленно.
В текущей ситуации с грядущим неизбежным будущим эта тема ничего не меняет.
Важно другое – не потерять себя в спорах с подобными дураками.

Да пусть думают, что хотят! Пусть насладятся, хоть на время, своей пирровой победой, утверждая своё!
Всё это – сплошной атеизм. Политика, которая пытается закрыть главное, чтобы ты ослеп и оглох, настаивая на своём перед теми, кому правда вообще не нужна.
Я не хочу спорить на такие темы и, особенно, с такими людьми.
Я хочу держаться от них подальше.
.

28.07.2016г.
Тема, которая всё время всплывает – отношение РПЦ к своей собственности: почему-то, вопреки постулатам христианства, они ценность своей собственности ставят выше ценности веры, не говоря уже о жизни людей.
Они настолько убеждены, что Бог – это их богатства, что превращаются в упёртых троллей, когда его защищают. Да, их агрессивность чаще всего пассивна, но она от этого не становится светлее.
Это получается эдакий деклассивный элемент, который мутит воду вокруг себя и которому ничего невозможно объяснить. Вполне христианские девизы – счастье народа, равенство, братство – этим людям вообще не нужны, если они при этом теряют материальные блага. Им не нужно относится к другим, как к себе. Им нужен внешний лоск и внешние атрибуты их веры.
Многим таким и вера сама не нужна, настолько внешнее для них важнее внутреннего. Это действительно эксбиционисты – люди, отстаивающие своё право «верить» на публику. Как в шоу, чтобы на них смотрели и все видели их религиозность.

Вот это для них самое важное – оголиться на глазах толпы.

И они не видят, что людей оценивают по их делам и по их поведению с другими людьми.
А вера – это очень личное таинство, в котором, кроме Бога и самого человека – верующего, больше никого нет.

Именно поэтому многие представители РПЦ не приняли большевистскую революцию: в России монах был эксклюзивом, священник занимал особое место. Так сложилось. А революция посмела потребовать от них спуститься с небес на землю и встать вровень с остальными людьми, что, в сущности, и есть реальность – рясы, сами по себе, ничего не значат и ничего не дают их хозяевам.

И потому в 90-х, пришедшие к власти либеральные священники, так легко предали и свой народ, и своё государство, выбрав вместо них деньги на храмы и свою собственность, которой придали мистическое значение. Вместо выбора совести и добра – приняли самое деятельное участие в разграблении и убийстве своего народа, с нищетой, миллионами беспризорников, миллионами загубленных судеб ради обогащения кучки моральных уродов у власти.
И хоть бы кто слово сказал против! – Нет. Вся верхушка РПЦ преклонила колени перед ворами и убийцами, и почему-то чернотой у них стал Советский Союз, а не вот этот гниющий труп по имени Россия.

Как легко победил Дьявол!
Даже не нападая.

И вот если РПЦ в самое ближайшее время не начнёт решать и исправлять эти проблемы в себе – она сама станет трупом.
Как Россия - государство без будущего, но с иллюзиями до самого Конца.
.

29.07.2016г.
Написала вчера в дневник свои мысли и теперь аж тошнит. Всё время звучит вопрос:
- Ты зачем им всё это объясняешь? Они давно уже не с Христом. Пусть идут своей дорогой.
Не вмешивайся.
Дурак не поймёт даже самую разжёванную информацию, ибо она ему не нужна.
А авансы ведут к потерям.
.

30.07.2016г.
У меня такое ощущение, что для России сегодняшнее её противостояние сродни предсмертной агонии. Перед смертью, перед тем, как пасть такое бессильное подёргивание лапами. И во внешней политике ещё удаётся сопротивляться, что-то там ещё живое проглядывает, но внутри идёт гниение самыми бурными темпами.
Демократия побеждает – педерастическое сознание проникло уже давно в школы, активно и весьма успешно протискивается ювенальная юстиция, новое поколение вырастает в невежественных агрессивных дебилов.

Тут ещё прочла выступление кремлёвской дамы Голодец – прозападной либеральной дуры, которая объявила о том, что высшее образование 2/3 населения и не нужно совсем. Обозначила цель, словом. Которую уже достигли в Европе и США: двум третям достаточно уметь читать ценники и считать до ста, остальные – элита общества. По рождению. Как она, Голодец, например.
И вот тут мне сразу захотелось поймать её детей.
Удивительное ощущение, как будто лицо, внутри меня, со слепыми глазами вдруг повернулось на это имя – Голодец. Шумно вдыхая запахи, ведомые ему одному. Ноздри раздулись, злорадное возбуждение. Говорящее без слов – вот ОНО, ещё одно существо ПОПАЛОСЬ!
И сразу какой-то паталогический интерес, сначала к её детям. Ведь она явно не желает им того, что определила для безграмотной нищеты!
Не буду описывать, ЧТО МНЕ ЗАХОТЕЛОСЬ УЗНАТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ У ЕЁ ДЕТЕЙ. Но информация, которую надо было получить, интересная и очень важная. Правда, получить её можно только в лабораторных условиях. Затем интерес перешёл на других её родственников, причём выбирая по привязанности, начиная с тех, кто ближе и дороже.

И вот так, вычисляя, мне пришёл в голову вопрос: «Почему такая закономерность?»
Раньше как-то было не до этих наблюдений.
И как-то быстро сама себе и ответила, что, видимо, болезнь, которой заражены подобные люди, именно на НОВЫХ заражённых объектах даёт самые яркие картины своего течения. Симптомы, которые в ядре уже затихли, перешли в новую фазу протекания, здесь восстанавливают былую силу.
И потому, не изучив лучи распространения болезни, к её ядру не притрагиваются. Сила же заражения прямо пропорциональна душевной притягательности источника к заражаемым объектам. Чем больше любви, тем сильнее передаётся болезнь.
Поэтому я даже посоветовала бы таким не размножаться вовсе: погубите всех, кого любите.

В принципе, эта Голодец – из одного инкубатора с Чубайсом. Пусть с параллельной дороги, но это те люди, которые запросто приносят в жертву денег миллионы людей. Ради себя и собственного уюта. И вот каждое слово этой сущности (по другому и не скажешь) опускается на головы их близких огромной кувалдой. И мгновенно припечатывает.
И это радует.

Да, они побеждают. Они почти уничтожили этот мир. Они извратили добро и давно выкинули совесть на свалку, но ТО, ЧТО ЖДЁТ ИХ И ИХ РОДСТВЕННИКОВ для меня перекрывает раздражение.
Я не хочу и не буду с ними бороться. Я вижу, как изменились люди за 25 лет власти демократии и какое поколение выращено новыми методами. Но я рада, что они сполна оплатили право стать лабораторными крысами для опытов. И почему-то ещё больше рада тому, что они оплатили взнос и для всех своих родственников до третьего колена включительно. Всех, кого любят и кто любит их.
Пусть послужат Науке.
Хоть какая-то от них польза.

Так что власть имущим очень опасно вводить правила для людей, по которым власть имущие не желают ни жить сами, ни навязать их своим близким. Для себя, любимых, одно, для остального быдла – другое.

Нет, я не буду мешать делать с этими НЕЛЮДЬМИ всё, что сочтут нужным.
Что бы не потребовалось сделать с ними. Это единственно верное решение – досконально изучить болезнь. Не обращая внимание на ПИТАТЕЛЬНУЮ СРЕДУ, в которой болезнь вырастили.

***
Я чувствую педерастическое нашествие в России.

Как они надоели, эти педерасты... И прочие извращенцы. Как надоело о них писать!

Но…
Конечно, подобные люди должны знать описание своей болезни с причинами её возникновения, симптомами и методами лечения. Без этого сложно принять своё состояние за болезнь, а не за норму бытия. Таков человек – без объяснений не сдвинется с места.
Без Бога мало кто способен найти ответы на подобные вопросы, это надо обладать внутри себя кристальной чистотой. Да и то…
Но со всеми ответами каждый должен знать, что одно дело что-то чувствовать, а другое – делать. Теория и практика – разные вещи.
И если вы выбрали порок, то Бога можете и не звать.
.

31.07.2016г.
Смотрю советские фильмы, отдыхаю душой. Показывают демонстрацию. Подумала, как бы это выглядело, если вернуть советский строй.

- Веры им не хватало.
Но веру нельзя выпячивать, как несут знамёна на демонстрации. Это – личное.

Да и «не сотвори себе кумира».
На счёт лиц на транспарантах.

И ещё мне подумалось о том, как слабеет каждое новое поколение. Самое сильное было в самом начале образования Советского Союза, а затем, вместо того, чтобы крепчать, новое поколение слабело. Ему уже не с чем было сравнивать, оно не знало точно, куда идёт.
Безответственность порождает инфантильность.
Все эти «добрые» семейные желания пристроить своё чадо за счёт чужих людей, по чужим головам, оборачивается тем, что блатники ничего не хотят. Совершенно бездарная неинициативная поросль, на глазах которой произошло разрушение всей идеологии. Это другие пусть горят, ищут себя – таким ничего подобного не нужно. Им уже подсказали правильную дорогу – главное, пристроить себя и грести под себя. И всё.
И с каждым годом таких «упырей», присосавшихся к обществу, становилось всё больше и больше.
И вот уже и идеологии нет. Стержень внутри исчез. Для чего жить? – Вроде всё есть, дороги открыты, а идти никуда не хочется.

Человек без внутреннего стержня, как сухой ковыль. Дунет ветер посильнее и он сломается. Да и клонится он во все стороны сразу. Гнильё в душе.

Такое кумовство – одна из основных причин, делающих азиатов и кавказцев крайне ненадёжными народами. Потому я и не доверяю им. Кумовство – это их народная традиция. Конечно, и среди них были люди достойные, настоящие советские люди, которые смогли выйти за пределы границ, навязываемых им их национальностью, но их очень мало.
Именно из-за такого кумовства они и не жили при советской власти. Они жили в суррогате закостеневшего феодализма с небольшой толикой социализма. Хотя эта толика всё-таки давала оставшимся жить более-менее достойно, а не побираться по помойкам. Феодализм всё-таки мягче, чем капитализм. Чем то, что происходит сейчас.
.

1.08.2016г.
Смотрю я на сегодняшнюю реальность и понимаю, что мирным путём уже ничего не достигнуть. Демократия уже бессильна изменить что-либо, она может произвести только болото бессмысленных разговоров с потерей момента. Мои все добрые пожелания перейдут в обычный срач, как на Украине, на Донбассе.
Я просто увидела, как стремительно надвигается либерализация, ещё недавно скрытая от глаз. Как она уже сильна во власти, может, не на самом верху. Но уже середину заполнила до отказа. Остался лишь шаг до её полной победы, до прихода отморозков, гораздо худших, чем демократия 90-х годов.
Весь вопрос состоит в том, а есть ли человек, способный на такой шаг, на противостояние вот этой надвигающейся волне, по моей мечте, и есть ли у него союзники? И сможет ли он вовремя обезглавить оппозицию (роспуск Думы, СФ, кабинета министров)? Ведь замена ключевых позиций должна быть продумана заранее, чтобы машина не остановилась и не начался хаос.
А значит, центральные средства массовой информации должны работать на новое правительство или не работать вообще (для упоротых).

Ну и обязательная программа – религия. Изменения в старой, пока новую нельзя создать (ей нужен социализм). Здесь я как-то сразу перестаю думать – я не вмешиваюсь в такие чужие решения, а принимаю их любыми. Да и политику и религию не смешивают, иначе всегда страдает более пассивная – религия. В ней появляется агрессия наступления и она скорее всего падёт, даже не родившись. Когда к Богу приходят только по своему желанию, церковь не должна стоять впереди общества и вести его за собой. Кроме навязчивости, она очень быстро утонет в мирских соблазнах, породит в своей пастве, вместо веры, скепсис и атеизм, и сама начнёт гнить изнутри. Кесарю – кесарево, а Богу – Богово.

Крестовые походы поэтому – это убийство веры.

Это я так, проигрываю про себя варианты событий…

Я – агрессивна. Это правда.
И я не понимаю и не принимаю иного своего поведения среди опасных гоблинов.
По мне, за нападение – сразу в глаз.
Если не сразу, то я подготовлю удар позднее, значит, он будет уже посильнее. Терпение для меня – это лишь способ накопить злость и силу для ответного удара. И я ударю обязательно, потому что преступник должен быть обязательно наказан.
Это моя позиция.
И я больше светский человек, потому что к своей вере и Богу не желаю приближать никого.
Особенно в ТАКОМ мире.

Но в своё время я прошла путь обращений к людям с попытками поделиться с ними своей верой и своим Богом. Так что моя сегодняшняя позиция – это результат бессмысленности моих обращений.
Я больше не хочу доверять людям.
Моё доверие к ним закончилось, и вместе с ним – моя религиозная пассивность.

ВРЕМЯ ПОКАЖЕТ СВОЁ.

И, как продолжение написанного, опять пришла мысль о том, что нельзя к Богу тянуть тех, кто не желает к Нему идти. Это бессмысленно для нежелающих и крайне опасно для тянущего его, ведь нежелающий (атеист, дьяволопоклонник, заблуждающийся или что-либо ещё в этом роде) может проникнуть в чужое сердце и поселиться в нём вместе со своими проблемами и стремлениями. И, если не утянуть за собой, но увести от Бога – точно.

А тут я, через год после написания этих строк в дневнике, посидела на музейном собрании и воочию убедилась в прямой физической опасности «спасать» недостойного. Я имею дело холуёв. Вот их реально третируют, унижают, да всё что угодно, но только попробуй выступить со словами, защищающими их интересы! Мгновенно чувствуют, что на их «хозяина» напали – и нападают на тебя. Агрессивно. Не как люди, через раздумья и принятие решения, а инстинктивно, как огрызающиеся хищники, ощутившие угрозу и тут же отреагировавшие. Ты ещё не успел договорить, выразить свою мысль, а он уже оскалился и зарычал на тебя. Даже если их напрямую вообще не затронули в разговоре.

Человек должен знать, что он может лишь объяснить неверующему свою позицию и поставить его одного(!) перед выбором. И всё. Но светское общество, при этом, должно быть устроено по таким правилам, чтобы выбравшие Бога могли в нём жить, обладая правами и не ущемлённые ни в чём. Иначе они станут жертвами.
Так происходит сейчас, когда верующий человек – изгой в этом мире и именно его, в первую очередь, стремятся уничтожить демократы и либералы. Любой ценой, но заменить истинную веру на суррогат. Даже в церкви это происходит, где либерализм прекрасно и очень комфортно себя чувствует. Везде.
Здесь невозможно даже дышать, настолько окружающая среда агрессивна.
.

2.08.2016г.
Моя жизнь проходит на бумаге – все взлёты, достижения, разочарования - одни мечты … Мечты – способ прожить несуществующую жизнь с придуманным будущим и настоящим.
Люди вокруг меня – и те придуманные. Реальных нет. И смотрю я на них совсем не по-человечески. И так устала от такого взгляда! Устала их видеть.
А сейчас я думаю: «А нужны ли они мне в реальности?». Слишком уж много проблем сразу выползает на свет.
Так даже лучше – на бумаге.
.

6.08.2016г.
Заметила, что покой и уверенность во мне появляются только, если я сохраняю агрессивное противостояние с этим миром.
Авансов нет.
Груз не снимается никогда. До самой смерти. Мой рюкзак всегда со мной. Нельзя об этом забывать.

Слушаю сейчас речь одного человека и первое, что приходит в голову – это вывод о том, что этот мир обречён. Он сам себя целенаправленно уничтожает. Причём вся верхушка власти только этим и занята, начиная от «хозяев» где-то там и заканчивая властью на местах, в том числе и в России.
Чтобы не огорчать себя мыслями о бессмысленности всего, как-то с интересом начинаю анализировать «питательную среду» для вируса и сам вирус.

ВИРУС.

Управляет этим миром, ведёт за собой, чтобы вместе с собой и уничтожить. Интересно об этом думать, но писать не интересно. В принципе, да и написано уже было обо всём.

Ошибкой этого человека является то, что он людей ставит во главе пирамиды – венец творения. Именно людей этого мира.
Вспоминаю свои слова:
- Не смотрите на людей! (когда оцениваете окружающий мир).
Когда смотришь на Бога, то начинаешь видеть, что этот мир и эти люди не случайны, но они – не самоцель и уж никак не венец творения.

И опять вспоминаю слова того человека. То, что я просто чувствовала в полной отгороженности от реальности (я так лучше вижу), вдруг обрело вес и доказательства. И как-то не по себе весь день.
Но совершенно нет ни жалости, ни желания говорить что-то своё, даже таким, как он. Только один рефрен и звучит в противовес его убеждению:
- Вы – не венцы Творения. И вы будете уничтожены. Без сомнений и разочарований. И спасутся лишь единицы.

Но, видимо, так тому и быть.

Зато весь день я ощущала давно уж забытое чувство:
- Да это же Дьявол!

Дьявол наступает.
Когда-то я просто отказалась принимать это чувство, настолько оно мне показалось неприемлемым, а теперь отхожу в сторону в ужасе.

- Что здесь творится!? – Лучше не видеть.
.

9.08.2016г.
Сегодня на прогулке вспоминала свою старую мечту (или видение?) – не определишь.

Я тогда размышляла, как мне надо вести себя после своей смерти и видела такие картины:
Во-первых, надо спрятаться от людей, они опасны. И вот я бегом направляюсь к себе, в свою квартиру. И закрываю за собой дверь. Фух, успела, они не успели ничего сообразить! А в дверь начинают стучать и что-то умоляюще кричать. Но я уже поворачиваю ключ, и с каждым поворотом голоса становятся всё тише. И замолкают.
Всё. Сюда не проберутся.
Моя квартира – это какой-то Пункт управления.

Я захожу в Большую комнату, но там уже находится толпа Невидимых Великанов и они меня словно вытесняют. Я там лишняя. Я не могу там находится.
Из окна на Кухне льётся белый молочный свет, за окном – туман. Ничего нет.
Я устала. Я хочу прилечь на кушетку и заснуть.
Но я иду в Маленькую комнату. И в её окне вижу оставленный мир. Странно, казалось, я умерла только что, а там уже прошло много времени. Там – темнота, сумрак. Там – развалины. Я замечаю внизу какое-то движение – это существо из мира Смерти, уничтожающее всё живое. Я хочу его рассмотреть и прижимаюсь к стеклу.
И тут оно меня чувствует.
Моего дома давно нет, одно окно в воздухе, и в нём свет.
И это существо бросается прямо на стекло. Мгновенно прыгает. Оно ужасно.
Я отшатываюсь от окна, ухожу вглубь комнаты и оно перестаёт меня ощущать.
А там, «на улице» - мир доживает последние часы, и единичные, ещё живые люди, которых ещё не убили эти существа, забрав их души в плен – в какую-то ловушку, где их будут судить – куда кого, - мельком увидели это горящее окно, проявившееся в тот момент, когда мой лоб прислонился к стеклу…

Так было раньше.
А сейчас я опять убегала от людей и прошла внутри тем же маршрутом. И ощутила разницу – Большая комната стала закрыта для меня, я делаю шаг, а там ступить некуда. Я – человек. Раньше я как-то не задавалась таким вопросом, чувствовала что-то – и всё. А теперь – вместо комнаты провал в Темноту. И не пускают.
И, естественно, пошла опять смотреть на существо Смерти под окном. И опять оно меня заметило. Только вот я отшатнулась, а оно всё равно меня чувствует и начинает с яростью грызть клыками стекло.
Я бегу из комнаты. Стою у косяка в ужасе.
А мне говорят:
- Тебе нельзя сюда заходить. ОНО может прогрызть стекло.
Я думаю закрыть дверь в комнату, там как раз есть замок. А мне говорят:
- Зачем? Человек должен сам понимать, куда ему нельзя заходить и почему. Это должно быть в его душе.
Невозможно заставить человека не ходить туда, куда он ХОЧЕТ ПОЙТИ и не делать того, что ему, опять же, ХОЧЕТСЯ. Запреты находятся внутри самого человека.
Поэтому никакие двери никогда не запираются, но людям даются знания и вера.
И они сами решают, как им поступить в каждой ситуации.

Если раньше я в таких ситуациях никогда не думала о своей «человечности», то теперь вдруг ощутила, что я – человек. Что этой человечности стало во мне больше. Что я – не непонятно что с очень странными ощущениями себя. Я – человек. И большего я о себе не могу сказать, потому что что-то ушло из меня, забрав почти все странные чувства.
И я начинаю думать о себе, как о человеке, и чувствую, что надо кое-что поменять и в своих фантазиях.
Раньше я считала, что обязательно должна убедиться в том, что этот мир сотрётся полностью. Что никто и ничто не сможет вырваться из расставленной ловушки. Вирус в людях настолько ужасен и опасен, что я должна была убедиться в том, что он не вырвался. Я не доверяла никому.
А теперь я совсем забыла эти чувства. Я словно стала другой.
Да, какие-то шаги, которые я чувствую, что надо сделать, я сделаю, но влезать в совершенно НЕЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ я не имею никакого права. Я знаю, что я только человек. И для человека самое страшное – это претендовать на место рядом с Богом, в своих мечтах уподобиться Ему и вообразить себя судьёй наравне с Ним.
Я столько раз говорила себе это, но обращаясь мысленно к другим. Доказывала, что такое – невозможно по сути. Что все люди равны и все стоят в одном месте – на коленях, лицом к Богу. Что у Бога и у людей различные функции и уже поэтому они не совместимы. И человек не может стать судьёй другого человека. Он просто его не увидит так, как видит человека Бог.
Человек не для того был создан.

И вот и здесь я отшатнулась от мысли стать соучастником того, что мне не положено по сути.

И ещё я услышала слова:
- БУДУЩЕЕ УЖЕ СФОРМИРОВАЛОСЬ.

И именно то – из моего видения.

Моя квартира – Штаб по уничтожению этого мира.

Но потом я подумала: это самое место, чтобы в ней писать новые религии людям. Черноты оно, правда, не терпит. Но защищает и в ней так хорошо думается… Но после этого – её надо будет уничтожить, причём, все вещи в ней, все её составляющие можно стереть только чужой человеческой памятью, а не реальным уничтожением. И только при использовании по назначению, пока не рассыпятся или не сломаются. В разных местах раскидать их. Но они тоже не терпят человеческой черноты.
И тогда ОНИ будут искать себе другое место для своего Штаба.
Ну вот, я опять играю в свою игру.
.

10.08.2016г.
Произошла у меня неприятная ситуация – один человек взял у меня деньги и исчез. Проблему эту я решила, не с ним, правда. И вот я сидела и думала о нём. Почему-то без злости, с холодным таким интересом. Просто почувствовала в нём звериную ненависть с клацаньем зубами. От бессилья.
Задала себе вопрос: «Почему он так поступил?»
А в ответ – вот эта животная ненависть, без объяснений. Чувствую её – и всё.

И слова:
- Они будут всегда. Если не хочешь с ними встречаться, всегда проси силы у Бога, чтобы избежать подобных встреч. Перед принятием решений учись обращаться к Богу.
А не бежать впопыхах за своими желаниями, позабыв обо всём.
Как было и в этом случае.

А ведь так и было.
И был другой вариант, если бы я успокоилась тогда и не настаивала, вопреки происходящему. Всё говорило о том, что он не будет ничего делать, я просто не хотела этого замечать. Так хотелось помочь этому придурку. Навязчивое желание. Что было, то было.
Видела всё, но не желала видеть.

Но ситуация для меня очень показательная.
.

11.08.2016г.
Размышляла о Сербии уже второй день.
О том, что это страна, как Россия в миниатюре – с такой же судьбой. И то же разделение одного народа, та же болезнь у окатоличенной части – с животной ненавистью к оставшимся православным, с чувством маниакально-презрительного превосходства. И, что интересно, падшие во всех случаях тяготеют к фашизму – и при Гитлере, и сейчас, с крайними проявлениями национализма, превращающего людей в озлобленных хищников без мозгов (в отношении тех, на кого направлена их ненависть, где они ЧУЮТ врага).
Очень интересно наблюдать эти симптомы, повторяющиеся чуть ли не один в один. И сама Югославия – Советский союз в миниатюре. Бог ведь собирает, а не разделяет. И именно сербы были государство-образующей нацией, способной сплотить вокруг себя другие народы.

Видимо, и там был Огонь. И не случайно, что агрессия США обратилась именно на сербов и именно благодаря искусственно раздутому там мини-«кавказскому» конфликту.
И в этом случае они, конечно, победили. Им удалось там то, что пока не удалось в России. Но они явно не теряют надежды…

И ещё я думала о католиках, об их роли в этих конфликтах. О том, как Дьявол проникает в церковь и присваивает в ней всё – и атрибутику, и храмы, и сердца её адептов. И даже народы, если такая церковь государство-образующая.

Хорваты больны той же болезнью, что и поляки и украинцы. Тот же Зубастый Червь проник внутрь и сгрызает их. Если уже не сгрыз. Здесь дело усугубляется религией, потому что Дьявол проник в народ именно через религию.
Откуда у католиков, у христиан, такая ненависть к таким же, как они, христианам, но думающим немного по-другому? Откуда такая ГОРДЫНЯ? Откуда такая непримиримость, не просто граничащая с Тьмой, но и открыто заходящая за эти границы, откуда такое звериное неприятие Христа в других христианах? Это проблема, которая требует немедленного решения, если они, правда, ещё захотят собирать неправославных христиан по всему миру.

Кстати, конфликт католичества и православия – это совсем даже не первый конфликт в христианстве. Я вспоминаю историю начальных веков, когда ещё недавно сами гонимые христиане – с озлоблением, физически уничтожили гностиков, христиан не похожих на них. Повырезали их напрочь, герои.
Вот это была самая большая ошибка на этом пути – не давать рядом с собой жить инакомыслию. Официальная церковь выбрала официально Смерть Бога, а не духовность – и пошла, кося косой всех, кто от неё отклонился. А так, возможно, кто-то бы и созрел до Истины гораздо раньше…

Да, тяжело было прорваться сквозь адептов Тьмы, заполонившей здесь всё.

Огни, конечно, загорались… И тут же их гасили. Сами же братья-христиане гасили, те, кто рядом.
Тяжело жить в этом гнилом мире с Богом в душе. Не случайно уходили от людей, в одиночество, монахи, куда-нибудь в лес, в горы. Лишь бы рядом никого не было.
А ещё тяжелей тащить на себе умирающую церковь, поражённую болезнями и не желающую выздоравливать. И при этом видеть, что тем, кто в ней находится и так очень неплохо жить. Они устроились на своей помойке, обжились, то, что они гниют вместе с ней – этого пока не видно, а значит, можно так жить и дальше.

И я подумала тогда, что гораздо лучше помогать только тем, кто этого хочет, а остальных отправить шагать по своей тропинке к своему обрыву. И ещё и помочь побыстрее к этому обрыву дойти – пинками, чтобы не останавливались. Чтобы лишить их силы вредить тем, кто ещё хочет найти Бога. И я прямо увидела, как я пинаю ногами этих выродков, подгоняя их к пропасти. И чувствовала при этом огромное удовольствие.
И услышала:
- Так и будет.
На этом Пути никто никого не ждёт. Любой оступившийся, обернувшийся назад или даже просто остановившийся будет немедленно сбит с ног и увлечён в Пропасть.

А на счёт моей ноши, то здесь главное, чтобы помощников не было, чтобы лапчонки свои к рюкзаку не протягивали, а шли своей дорогой. Любой.

Болтовня – она везде Болтовня.
.

25.08.2016г.
Устала я убеждать.
Я вижу теперь новую, зомбированную массу вместо ушедшего народа, воспитанную на новых правилах с помощью новых СМИ. И эта масса безвольная, без особых мыслей и ей нужны только деньги. И где бы человек не находился, защиты от этой «волны» нет, а дети его вообще подпитаны этими веяниями и других не знают. Вполне вероятно, что уже и поздно даже пытаться их переубеждать.
Какие-то трепачи вокруг, вся деятельность которых уходит в воздух. И потому вызывают сомнение их возможности изменить ситуацию.
Единственный оставшийся способ – силовой. Взять власть, а потом объяснять. Но кому брать и кто удержит? Такое впечатление, что и в военных ситуациях уже не могут держать язык за зубами и хвастовство на публику становится важнее самой победы. Не обо всём можно трепаться с трибун. По-моему, это правило уже здесь забыли.

Человек, каждый шаг которого снимается на камеру, не может уже быть нормальным. Вся деятельность уходит в слова. Слова его слышат и они заменяют работу. И, главное, без этих слов начинается искусственная паника: где? Куда делся?
Крайне вредные привычки, уничтожающие любую деятельность – игра на камеру, игра словами на публику, дежурные улыбки. Весь мир спятил и стал похож на дешёвый Голливуд. В том числе и Россия.

И ещё я думала о либералах – о тех, кто вылез в первые ряды при горбачевском правительстве и закрепились при Ельцине, и о сегодняшних. О том, насколько это опасные существа, цель которых увести толпу дегенератов во Тьму, не дать никому вырваться из их липкой кучи.

Вирус. Уже сформировавшийся и созревший. Их таких немного, в сравнении с общим количеством людей, но они неуправляемы. Будут лезть вперёд любой ценой, потому что уже давно мозги и чувства поменяли на инстинкты. А заражают они мгновенно – только дай слабину. И их «подсознательная глупость», не позволяющая им понимать и принимать доводы противника, переходит на других людей.

Подумать только – испытывать отвращение от Истины! Отворачиваться от любых слов, нарушающих сложившийся порядок!

Возможно, заражение уже слишком сильное или народ одряхлел? И вожди его выродились?

Хотя, глядя на Крым и Донбасс, я вижу, что люди ждали не Россию, они ждали Советский Союз.
Да только спрут, возможно, уже съел Россию изнутри и возврата нет.
.

26.08.2016г.
Сон.
Нашествие бандитов. Я мечусь перед своим домом, ищу, где спрятаться. Вижу узкую яму с растущими на дне цветами. Прыгаю вниз. Срываю охапку цветов, удивляясь, как легко мне это удалось. Яма недлинная, по дну – щель, и я вжимаюсь в эту щель и засыпаю себя цветами, думая, что в цветах меня не увидят. Кстати, на улице светло, день.

Появляется какой-то маленький мальчик. Мой брат. Я его зову Костя. Каким-то образом мы пробрались в квартиру, сидим в маленькой комнате перед окном. Я наблюдаю за бандитами: некий нестарый мужчина и его челядь. От них исходит скрытая угроза. Они – маньяки. Лиц их не видно.

Неожиданно наступает вечер, я удивляюсь, как это быстро произошло. В комнате загорается свет. Я шепчу Косте: «Выключи свет, нас заметят!» Он жмёт на выключатель, но не выключает. Я повторяю слова в ужасе. Затем встаю и сама подхожу к двери. Вижу, что один выключатель заело, жму на него с силой и свет выключается. Оглядываюсь, вижу в окружающих домах редкие горящие окна и говорю: «Может, они нас не заметили».

Я смотрю вниз, на тёмный двор – там идёт охота на людей. Вот в темноте пробежала какая-то девушка, ища место, где спрятаться. Я знаю, что эта охота будет всю ночь. Ночь опасна.
У меня есть какие-то консервы. Мы открываем одну банку, едим. Костя ест с жадностью. Я на него ещё злюсь за выключатель, но гляжу – он же ещё совсем маленький! И я отдаю ему кусок огурца. Затем говорю: «Надо уходить отсюда. Ночью опасно. Уйдём утром. Когда рассветёт. Не в шесть часов, конечно.»
Там, за двором, лес – нам туда.

И дальше уже проснулась, в полудрёме: подумала о фермерах в Краснодаре, у которых агрохолдинг отбирает землю. Вспомнила о Путине – надо написать ему, чтобы защитил. А потом со злостью поняла, что это бесполезно. Что это дегенерат, что опять будет играть в свою игру со мной и делать вид, что меня нет. Как Должиков когда-то, когда меня доводил. И что я не хочу уже связываться с подобными. Я не желаю уже знать, что ими движет. Они безумны.

И ещё одно видение: голова мужчины на земле, с длинными, до плеч где-то, волосами, с бородой. Мужчина повержен, возможно, он мёртв. Возможно, голова отсечена. Непонятно.
И другой мужчина, тёмный, от которого исходит угроза, его лица я не вижу, вижу лишь ноги. И он поставил ногу на голову поверженного. Торжествующе. Как победитель.
.

27.08.2016г.
Разговаривала по телефону с матерью, хотела приехать и у неё кое-что поделать, но получила в ответ причитания о том, что завтра большой праздник, не надо ничего делать, а то будет беда, у неё там сплошная чернота – и в таком тоне.
Она говорит, а у меня ярость внутри клокочет. Я уже не говорю о том, что завтра она дежурит в музее – работает. Но все эти фарисейские причитания о злых духах меня просто вывели из себя.
Как мне надоело это язычество!

Как уже достали эти иудейские субботы!

И, что интересно, иудеев их субботы не смогли ни остановить, ни вразумить. А то и есть, что они – величайшие преступники среди людей, ибо убили своего Бога и Мессию, а до сих пор ещё чего-то от Бога ждут…
Бога понять можно с Его субботой, это Он трудился и теперь отдыхает. А вы-то, люди, тут причём? И это после каких это ваших трудов праздник? – По уничтожению всего того, что сделал Бог? Так здесь отдыхать будете в Колбах, если уж на то пошло, вот именно тогда вы только и достигнете результата своей сегодняшней трудовой деятельности. Но не знаю, стоит ли этот ваш труд выходного дня с праздником. Явно не для вас.
Отдыхайте ради себя, а не ради Бога. Устали – отдыхайте. И не путайте понятия.
Как вообще можно оскорбить Бога, делая что-то, и, наоборот, выказать Ему почитание, бездельничая на диване? Это полнейшее язычество. От безверья. От отсутствия Бога в душе.

Вера – она внутри человека. Почитание – тоже внутри. И почитать можно и делая что-то, а не сидя сиднем на одном месте.
И вот это язычество с думами о том, что ты пошевелишь пальцем и на тебя тут же накинутся черти, говорит мне лишь о том, что в человеке веры нет вообще. И Бога в нём нет. Одни суеверия.

Сейчас посидела в сетях, почитала блоги и опять выделила черноту, расползающуюся в России. Как в 90-х она предала своих соотечественников в других республиках, так и сейчас это предательство начинает выползать вперёд всё больше и больше уже в Донбассе. Россия не защищает русских – это правило кто-то продвигает в самой её власти. Причём хватка очень сильная.
И глядя на всё это, я задумываюсь, а есть ли вообще в существующей власти мои союзники? И были ли? И думаю уже, что изменить ничего нельзя.
.

31.08.2016г.
Посмотрела отрывок политических дебатов с участием либералов Зубова и Пивоварова. Послушала их и чувствую всё возрастающее омерзение: всё переворачивают с ног на голову, агрессивные, не слышат оппонентов вообще, мышление узкое, хуторское. Антисоветчики до мозга костей. Причём даже их вежливая речь – это упёртое враньё, остановка на своей позиции. И их не сдвинуть вообще.

Единственная возможность свести к минимуму их тьму – это через них перешагнуть.

Одно их – НИКТО НЕ РАЗРУШАЛ СССР ИЗВНЕ – чего стоит. Глядят в глаза и говорят: «Невозможно разрушить страну извне. Это НЕУВАЖЕНИЕ к народу». И взгляд у них при этом честный-честный.
О как!
А у меня перед глазами сразу Ливия.

Но дело не в Ливии. Дело в том, что они не говорят, они просто жонглируют словами. Что в голову придёт, если почувствуют, что это пойдёт им на пользу, то и несут. Реальный словесный понос. И Ливией от него тут уже не отобьёшься.

Академики. После 90-х Российская Академия наук только и штампует таких академиков пачками. За мзду, наверное. Наука её уже не интересует. Реальные учёные не проходят в её избранное общество, а вот такие проходимцы – уже с титулами, причём с первой попытки. Как путинские чиновники, которых Путин как-то уволил за то, что они туда прошмыгнули вопреки его запрету. Но что значат эти титулы, если у нас докторские по реабилитации Власова защищают! Находятся люди, что голосуют за приём такой докторской!
Скоро и о Гитлере докторские здесь будут писать, чтобы его понять и простить. Потом граждане с этими докторскими постучатся в Российскую Академию Наук и их там примут, как самых дорогих и желанных друзей.
Видимо, так.
Уже не Наука, а какой-то гнилостный отстойник всякого либерального и блатного дерьма там собрался, псевдоученые с псевдонаукой, и заткнул собой все проходы. Реально надо проверить правомочность нахождения там каждого.
.

1.09.2016г.
Хорошие слова пришли на ум.

Я не умею верить в абстрактные вещи. Это мой изъян. Я верю только в свой опыт, прочувствованный опыт, и потому иду к своей вере микроскопическими шагами. И не смотря на невозможность принятия для меня каких-то вещей, единственное, что мною движет – это поиск Бога.
В этой жизни бессмысленно всё. И только Бог даёт жизни смысл, наполняет смыслом каждую твою деятельность, твои чувства. Только Бог озаряет светом твою жизнь.
Очень трудно мне, человеку, привыкнуть к тому, что Кто-то вне меня важнее моей индивидуальности. Особенно с моей невозможностью верить в абстрактное.
И тем не менее, каждый день продираясь сквозь тернии фиэического бытия, я хочу одного – укрепиться в своей вере, быть рядом с Богом, Который вот так, по чуть-чуть, но становится не абстрактным, а РЕАЛЬНЫМ.

Падаешь, но поднимаешься – и ползёшь, ползёшь и ползёшь. Потому что только там, с Богом – Свет.

И единственный страх – не разные чёрные духи с происками Дьявола, а не сойти с этой непростой дороги, не потеряться во тьме, не потерять Бога в этой житейской суете, полной бесконечных искушений. Это ведь жизнь.
В ней каждое мгновение – искушение оторваться от верёвки, которая тебя и не держит, потому что ты сам держишься за неё, если хочешь, и уплыть невесть куда, ведомый одними инстинктами.

Пока печатала, всю меня прямо корёжило, как не от сердца слова, пустые, никак почувствовать их не могу, видимо, когда писала их меня куда-то понесло не туда. А потом прочитала написанное: так, вроде, и ничего. Очень даже впечатляет.
А потом так сказали, не мне, читателям:
- Прочитали впечатления? А теперь скажите искренне, что почувствовали вы, читая эту хвалебную оду?
…?
Или и вас увлёк бисер хорошо соединённых слов?
Вот так-то.
.

3.09.2016г.
Ночью Смерть хотела в меня проникнуть.
Странный сон.
Сюжет запутанный. Я от неё убегала, но она всё равно меня находила. Меняла облики, но рядом со мной становилась узнаваемой – вроде, молодой мужчина, вполне симпатичный, не страшный.
И когда он меня ловил, во рту у него была трубка и он с силой давил мне ею на губы. А я не пускала. Сжимала крепко губы. Я знала, если это у него получится – он заберёт мою жизнь. И так пару раз точно было.

Вспомнила в перерыве, когда его рядом не было, как я пришла в гости в своим умершим родственникам. Не через входную дверь, вошла на кухню – и сразу такой яркий свет! Смотрю – они, все втроём, сидят на веранде, разговаривают. Дедушка, как увидел меня, сразу ушёл в коридор. Тётя вскочила было за ним, но остановилась у двери и стала смотреть оттуда на меня. А бабушка осталась. Увидела меня, удивилась и потянулась к телефону-раскладушке. Я поняла без слов, она думает, что я умерла и хочет где-то спросить, так ли это. И ещё удивилась этому телефону, в её время их не было у нас. А здесь, так буднично, словно не первый раз.
Я ей говорю: «Нет. Я не умерла». И ещё что-то. И чувствую, что у меня губы – срослись. Нет у меня рта. Я с ней разговариваю с заросшим ртом. Тогда я ещё подумала, что, нельзя рядом с умершими открывать свой рот? Что-то в этом есть, что ли? И забыла как-то всё это. А сейчас вспомнила, думаю, видимо, так и есть. Смерть жизнь через рот забирает.

В середине сна Смерть мне что-то говорила и показала два варианта, наверное, моей смерти:
Сначала я ехала на машине. На первом сидении, рядом с шофёром, какой-то мужчина, не знаю кто. Мы разговаривали, и вдруг машина понеслась под уклон. Вижу ужас в лице спутника. Я хватаю руль и как-то незаметно сама становлюсь шофёром. Но поздно. Стремительно катимся с какого-то спуска. Чувствую, машина становится не управляемой, а впереди – поворот с обрывом. Я жму на тормоз, а он не работает. И скорость только больше стала. И теперь и я в ужасе смотрю на приближающийся поворот, поворот – и темнота.
А потом показали мне большой и светлый класс. Смотрю, сидит какая-то женщина, не старая, симпатичная, рядом с роялем. Рядом с ней непонятно кто – плотный такой, невысокий мужчина. И вдруг она хватается за голову. Мужчина рядом всполошился, а она: «Мне уже лучше». И идёт к окну. Тут я понимаю, что это я. Говорю: «Это приказ». И – темнота.

В конце сна я иду, гляжу – вдали страшная чёрная фигура. Это Смерть в облике высохшей старухи идёт к какому-то негру (не знаю к какому). Она далеко, да и не ко мне идёт. Я облегчённо вздыхаю, а она в этот же миг меня замечает, перелетает пространство между нами и опять приобретает черты того молодого мужчины. Опять попробовала ещё раз в меня проникнуть, а потом я вижу, у неё под мышкой для меня книги. Это – то, чем я могу заняться здесь, чтобы вот так не умереть раньше времени. Я взяла одну и стала листать. Что-то вроде естествознания. И Смерть сразу меня отпустила. Перестала нападать.

Похоже, если мне удастся протолкнуть в этот мир мою книгу и она сможет этот мир изменить, кто знает, исполнится и самая большая моя Мечта с самого моего детства – не работать нигде.
Смерть сама указала!

Лучше умереть, чем здесь работать.

А потом, позже, через несколько дней, был у меня такой странный диалог со Смертью. Вспомнила этот сон и говорю ему:
- Я не люблю, когда на меня нападают. Со мной лучше спокойно разговаривать и дать мне время принять обдуманное решение.
А он:
- Я проверяю инстинкты. Разум всегда лжёт. И это значит, что в человеке, который кричит всем о том, как он хочет жить, желания жить уже часто и нет, а в другом, который говорит, как он хочет умереть, жизненные силы ещё бьют ключом. Слова – это пустота…
- Может, это действие моего МАССАЖА? – спрашиваю я.
- Это что это за МАССАЖ?
- Да вот, разгоняет кровь. – И думаю о том, как глупо прозвучали бы мои слова о жизненной энергии. Бездоказательно. А кровь действительно разгоняет. Даже жиже становится. Проверила на себе.
Тут Смерть исчезает на какое-то время, а потом возникает опять. Я его и не вижу, только ощущаю.
- А, бытие… - пренебрежительно говорит мне Смерть. – В Канцелярии Тьмы нет никаких запретов на массажи.

***
Посмотрела тут анонс нового сериала: молодой парень ради какой-то девицы становится подлецом, затем предателем (в ВОВ), убийцей и прочее.
Неприятно поразилась – сейчас везде сплошная биология, которой придают какое-то неземное значение. Ничего великого, никаких идей – одни рабы любви. И тут же: настолько уже приземлённые, какие-то тупые, по-другому и не скажешь, режиссёры, которые из этого примитивного спаривания двух неопрятных особей, неопрятных внутренне, в первую очередь, хотят сделать настоящий культ. И отметают при этом всё остальное, что есть в человеке. Ничего не стоит даже рядом с любовью (они «это» называют любовью)! И, что ещё удивительней, они искренне считают себя талантами, умными, с широкими горизонтами. И все герои их фильмов – как списаны с них.
Люди без искры внутри, в которых ничего не горит, без идеалов, без принципов, если не считать принципом свободу совокупляться в любой обстановке с любым партнёром, на кого глаз лёг - действительно тупые рептилоидные атеисты.
Один новый «Сталинград» Бондарчука чего стоит: свести Великую Битву, где смерть дышала в лицо, где жизнь не имела значения! за каждый клочок земли – к совокуплениям какой-то шлюхи с пятью членами.
Эти режиссёришки даже не понимают, что такое смерть! В их понимании последнее желание человека перед её лицом – это потрахаться на руинах с любимой (-ым). А если их много, то почему бы и не ублажить сразу всех, в последний-то раз. Не убудет. Всё остальное отступает на второй план, как не важное.
Никакого уважения к смерти.

Да и вообще никакого уважения ни к чему.

Что у них в душе, интересно? Лягушка, лезущая наверх, или ещё что?

Культуры уже нет в России. Вся культура оккупирована или педерастами, которых навязчиво продвигает такой милый и правильный министр культуры-власовец, чтобы они ставили свои спектакли и трясли на публику обнажёнными членами. Это же так завораживает! Или константинамирайкинами, сосущими бюджетные денежки, как пылесосы. Без всякой пользы для России, но с очень большой пользой для себя. И при этом ещё ведь хватает наглости себя ассоциировать с культурой!

И ведь такие стоят впереди и рулят. Других нет. Как нет нормальной молодёжи – мёртвое поколение, взращённое упырями. Разница между молодёжью и людьми моего возраста уже непреодолимая.

Да, возможно, время уходить ещё для меня не пришло.
Но этот сон отнял у меня все силы и заставил думать немного иначе: как убедить себя, что все мои обращения безнадёжны?
Что здесь уже ничего невозможно изменить?..
Это чужой мир.
.

4.09.2016г.
Из небольшого разговора со своей знакомой о политических пристрастиях её сына вывела, что большие зарплаты (=деньги) уничтожают в человеке государственное мышление.

Такой умный мальчик, «яблочник», причём выделяет экономическую программу Явлинского, но совершенно не видит его остальных, совершенно антигосударственных выступлений, и не делает правильных выводов, потому что всё взаимосвязано и экономические успехи невозможны без крепкой политической позиции государства. Мальчик с женой неплохо устроились в частных компаниях. Экономист-политик по образованию, но уже, по сути, - менеджер молочной фермы, крупной, продвинутой, но ни в коем случае не министр экономики. Надо сказать, жлоб порядочный. При своей зарплате в упор не видит, как живёт его мать. Или не желает видеть, так удобней, конечно, таким жить.
Возможно, он и был таким изначально, но без большой зарплаты это как-то не проявлялось.

Как это опасно, когда хуторское мышление начинает рулить государством! Все эти либералы с интересами исключительно кучки богатеньких… Ну не может адекватный человек выбрать Явлинского – этого абсолютно пустого трепача, чьи интересы ограничены небольшим обществом таких, как он (=в денежном эквиваленте). Я не говорю уже о профессионале.

Любую идею, даже религию, убивают деньги. И кругозор человека медленно и необратимо сужается, выстраивая вокруг себя забор. И он перестаёт интересоваться всем тем, что осталось за пределами этого отгороженного хутора. И уровень деградации определяет, что подобный человек сознательно перестаёт видеть, слушать и слышать.
Хуторское мышление, которое проявляют наши либералы, делает их общностью, интересы которой направлены на узкий круг обывателей – выше среднего. Народ внизу и государство их не интересует. Государственные интересы сводятся к своим интересам.
Хуторское мышление уничтожает не только либералов – все существующие партии со своими боссами давно превратились в фикции и отличаются только названиями. Внутри же всё в них съели гранты и чрезмерные зарплаты. У России нет сейчас партии, способной противостоять её стремительному падению вниз вместе с остальным миром.
Хуторское мышление видно и у священников – иерархов повыше, холёных, на дорогих машинах. Тем, как они Богом (верой) защищают своё право на свою собственность.

Если бы Новый Советский Союз мог быть реализован, я бы посоветовала его власти не иметь больших денег и не ставить себе больших зарплат, выше реального среднего общего уровня.
Иначе через несколько лет они превратятся в хозяинов хуторов, причём разных маленьких хуторов, а не одного большого, и интересы государства для них исчезнут навсегда.

Страшный сон - Хрущев №2.

Уж лучше тогда оставить всё, как есть.
.

12.09.2016г.
О русском языке.
Язык, в сущности, формирует личность. Его надо беречь. И тем всё большее и большее раздражение я испытываю, когда слышу или наблюдаю вбросы очередных новых правил от наших либеральных филологов, академиков и докторов наук. То ударение переставят, то слова склонять запретят, то ещё род изменят. Я наблюдаю за этим и ощущаю тихий ужас, потому что совершенно безграмотные личности, не чувствующие русского языка вообще, но сидящие на тёпленьких местах и потому, видимо, от безделья, в полруки отрабатывающие свои немаленькие зарплаты, превращают этот прекрасный язык в собственное подобие.
Заметьте, я не обвиняю их в том, что они это делают специально, вооружённые поставленной кем-то для них целью свести русский язык к написанию магазинных ценников. Я просто считаю их дебилами. Они должны это учесть.

Нельзя идти к Богу, сводя свой язык к междометиям. А своё мышление – к мышлению животного. Неумение выразить свои мысли словами, которое уже прослеживается везде – у всех, практически, выпускников школ – это уже деградация народа. Я не говорю, что ЕГЭ уничтожает и знание остальных предметов: математики, химики, физики – всё это ушло в прошлое вместе с Советским Союзом, но всё это достаточно узко и специфично и их знание или незнание не определяют общество в целом.
Но язык – это полноценность личности в целом. Это – особый стиль мышления, это некая общность отношения к миру, к людям и к Богу. И вот, при такой высокой цене, какие-то сомнительные псевдоучёные с купленными дипломами и по блату принятые в члены Академии Наук уже 25 лет коверкают русский язык, пытаясь примитивизировать его до необходимого им уровня. Как хотел когда-то безграмотный Хрущев, да не успел. Сняли.
Какое-то время моё раздражение было настолько велико, что я хотела непременным условием поставить возвращение дореволюционных правил, ведь именно тот, уже ушедший, язык и подготовил революцию в русском народе. Он более пассивен, чем русский язык после реформы. И, думаю, далеко не все революционеры были согласны с новыми изменениями, просто спорить на эту тему, при наличии других проблем, было как-то неуместно. Потом я остыла.
Я думаю, такой вопрос не решает один человек.
Но одно я знаю точно – это полная ликвидация всех новшеств и правил, которые появились в русском языке после августовского путча.

(добавила позже):
Слушаю белорусскую песню. Включила специально, прямо душа потребовала, как раньше – украинские. Захотелось почувствовать и этот народ, который в протяжных грустных песнях открывает свою душу.
Что странно, не сразу поняла, что поют на белорусском. Думала, мой, русский язык, только потом услышала чужие слова. Даже пришлось сделать усилие, чтобы их определить.
И вот, вместо беспокойной мятежности Украины – той, русской мятежности, что позволила победить большевикам, потому что народ пошёл за ними, но уже впавшей в свою уродливую крайность от распалённой в себе ненависти, я почувствовала совершенно другое – терпеливую отрешённость. Ту русскую терпеливую отрешённость, что заставляет стиснуть зубы, впрячься в лямку – и тащить свою ношу до конца.
Казалось бы, один и тот же народ и разделённый-то не таким большим расстоянием, но какая разница!
И нет ощущения обречённости, тёмной безнадёги, столь явственно порой проступающей из русского и украинского пения. Какой-то даже покой из-за этой отрешённости. Если и всколыхнётся неожиданно что-то – и тут же гасится…

Да. Не повезло галичанам с хозяевами… Скотство-то оно тоже имеет градации.
Но что здесь уже сделаешь?

И пока ещё не убили особо рьяные белорусы свой язык, как это произошло на Украине, с навязыванием языку лексики от рассудка, по принципу «отморожу уши назло бабушке», а не от народа. Пока не заполнили свой язык новыми искусственными словами по своему разуму и желаниям, но не теми, что выбрал бы себе народ.
Одиозные ополяченные украинцы, давно уже потерявшие внутри себя связь со своим народом, и думающие, что если они в свой язык внесут побольше польского, то тем освободят его от русских генов… - Вместе с душой только.
Что, собственно, уже начало происходить и в русском языке, оккупированным англо-саксонскими филологами. Разница заключается в том, что украинцы убили свой язык от фанатизма, а русскоязычные англо-саксы убивают от ненависти и презрения к своему языку. А результат один и тот же.
Фанатизм = ненависть. Это ненависть и презрение к самому себе.
Не знаю, почему я это пишу и что жду от белорусов. Русская безнадёга уже отводит мои глаза и от них.
А на мой век моего русского языка хватит.

И всё-таки старый русский язык, до советской реформы, он более уравновешен, в нём больше покоя… И в народе потому больше правильности, не в гнилой элите, развращённой деньгами, а именно в народе, у которого, кроме языка, ничего и не было…
А так бы я посоветовала многим с беспокойным сердцем учить белорусский язык, вместо бесполезного квакающего английского, слушать его и петь на нём, чтобы унять внутреннее кипение. Но это так… Мечты.

И видение:
Какие-то шахты. Кто-то прыгает в одну, затем в другую. Кричит: «Никого нет!»
И тут я, отодвигая его, начинаю медленно лезть в уже проверенную шахту. Так тщательно всё ощупывая – и вдруг нащупываю беспомощного немощного старика на кровати.
Спускаюсь так же дальше, в нижнюю комнату, а там кто-то спрятался под кроватью.
Лезу ниже. А в тёмном подвале дрожат ещё несколько.
Что это значит – не знаю.
.

20.09.2016г.
Во мне равно уживаются два совершенно несовместимых взгляда на реальность, словно глядящих в прямо противоположные стороны.
Первый, это понимание того, что ничего не будет и сделать уже ничего нельзя. И я внимательно проверяю свою реакцию на это знание, со всех сторон, педантично ищу слабые стороны, которые не учла.
И второй взгляд, словно реальности и нет. Как танк, идущий вперёд вопреки всему, пока есть дорога и солярка. Хотят там или нет, но пока есть шанс, значит, можно глядеть в эту сторону, меняясь в соответствии с потерями, но всё равно не останавливаясь. И вот на этом пути я раздумывала над свое мечтой – обратиться к падшим. И сразу появились раздражённые вопросы: «Зачем это надо? Лишний геморрой!»
Но на раздражённые вопросы пришёл чёткий ответ:
- Не скажешь, не сможешь перешагнуть через них.
Это так. Согласилась. Но тут же ощутила к ним неприязнь, скрытую, но непреклонную, своё нежелание делиться с такими, давать им что-то от себя. С какой стати?..
Трудно мне себя понять… если бы я это пыталась делать.

Тут попыталась посмотреть фильм Соловьёва о Путине. Подумала: «Кто же этот человек на самом деле?» Но сюжет свернул на бутовский полигон – и на этом мой просмотр завершился. С раздражением.
- Как же мне надоели эти люди с инстинктами! Которым ничего уже не докажешь. Ну чувствуют они – и это для них альфа и омега. Утонули уже в антисоветчине, любую враку облизывают, лишь бы утверждала их чувства.

Всё равно, что с животными пытаться говорить.

И вот что заметила: раньше раздражение побуждало меня к действиям, всё я что-то пыталась доказать разными способами. А сейчас пришло омерзение – я лишь выключила фильм, фыркнула пару раз и удовлетворённо, внутри себя, отошла в сторону от этой прущей толпы.
- Нет, - сказала я, - я вас не буду останавливать. Идите. Вот ваша дорога, вон там, впереди, ваши колбы. Чем дальше вы пройдёте, тем лучше для Науки.

Я реально не выношу антисоветчины.
Мертвечина.
.

26.09.2016г.

Затаив дыхание
в полной тишине
вы слушали предание
обо Мне.

Прицепилось с утра и звучит, звучит и звучит.
.

29.09.2016г.
Думала о том, как было бы здорово, если бы моя мечта стала реальностью. Представила мир, где Бог победил. А потом увидела вот тех, совершенно завравшихся, шестёрок и управляющих – из США и Запада, вот эти – с WADA и Пентагоном.
И сказала:
- Если они лгут, понимая, что лгут, преследуя свои цели, ещё есть надежда обращаться к ним.
Но если они лгут уже в полном убеждении, что ложь становится правдой по желанию, ради их чувства справедливости, то это уже конченый продукт. А таких немало.

Но потом подумала: «Но неужели это конец для них?»

И сама же себе ответила:
- Вообще практически всё взрослое население бесперспективно. Привычки, воспитание, развивающее пороки, деградация, поставленная на поток, закреплённые возрастом не дадут им измениться. Но если они, эти инвалиды, смогут вырастить своих детей совершенными, то время и увеличится. И чем совершеннее, ближе к Свету, вырастут их дети, тем больше времени они создадут для них, чтобы дать им новый шанс.
А человек – существо ещё полностью не изученное, с огромным заложенным потенциалом. И пока не известно, смогут ли они его использовать в экстремальных ситуациях.

И тут во мне возмутилось что-то.
- Нет, - сказала я. – Тьма тоже имеет право на свой урожай. Это логично.
Не может быть, чтобы каждый стремился к Свету.

- К сожалению, это так.
Но, может, они просто хотят вернуться?

- Словам уже давно никто не верит. – ответили мне сердито. – Пусть доказывают на делах, что они не больны и не поглощены вирусом.
.

1.10.2016г.
Если человеку по факту Бог не нужен, он будет искать себя, а не веру. И это будет стоять у него всегда на первом месте. И приведёт в пропасть.
Знаний может быть очень много, хороших и разных, а покой в душе не появится.

Только найдя Бога, человек находит себя. И успокаивается найденным.

Сегодня приснился сон.
Умерла какая-то дама, связанная с симфонической музыкой. И после неё остались животные, которых разобрали. И вот мне показывают, как их нашли: две маленькие собачки, петух и ещё что-то, что я не видела (или забыла) мелкое. И я смотрю на собачек и спрашиваю:
- А она (эта дама) умерла или исчезла?
- Умерла. – кто-то ответил.

Из двери её квартиры мы куда-то поехали, спускаемся, как в яму. Я смотрю в окно и вижу гребень. Приглядываюсь: а по дну ползёт огромный крокодил. Как дом.
Тут шофёр резко поворачивает и едет назад, вверх.
Мы лезем через порог.
- Закройте дверь! – кричу я последнему мужчине.
Он пытается закрыть защёлку и не может этого сделать.
Я помогаю ему, подпираю дверь руками, но моих сил не хватает. Тогда я раздражённо поворачиваюсь к сидящим на полу другим мужчинам, которые просто наблюдают за нами:
- Что, здесь нет мужиков, которые могут помочь закрыть дверь?
Тогда один встаёт и дверь закрывают.

И тут все затихают.
Я прислушиваюсь к тому, что происходит за дверью. Там – крокодил. И слышу стук и детский голос:
- Откройте дверь!
И я шепчу в ухо своему соседу:
- Не отвечайте. Тихо. Это ложь.

И на этом проснулась.

И весь день у меня была слабость и всё выпадало из рук.
Когда мне снится Смерть – сны прямо высасывают силы.
Хотя этот сон как бы и не обо мне…
.

3.10.2016г.
Задала вопрос:
- Кто, какая категория людей опасней всего? Самые заражённые?

И получила ответ (сама себе, естественно, объяснила как-то терпеливо и очень подробно):
- Те, что с Деньгами.
Ибо убийцы, маньяки и прочие преступники, как и всякого рода извращенцы, имеют слишком малый ареал воздействия. Да, они могут отнять чужую жизнь, но они редко кого затягивают с собой на дно, да и случаи эти единичны. Националисты и фанатики, сами по себе, без воздействия извне, не более, чем одиозные маргиналы, живущие в узком кругу фантазий.
И только, когда появляются Деньги, эти пороки обретают силу и власть и начинают всё вокруг разрушать. Именно Личности с Деньгами, которые существуют вне своей национальности и вне своих религий, но используют их вместе с чужими слабостями и пороками для ещё больших накоплений и ещё большей своей власти.
Именно Деньги создают полных отмороженных дегенератов, которые плодят вокруг себя убийц, маньяков, развратников и прочих преступников.
Именно эти, так называемые ещё ЛЮДИ, заинтересованы во внутреннем разложении общества, причём как своего, так и чужого, потому что развращёнными дегенератами проще управлять.

БОГАТЫЕ – это самые опасные люди с человеческой стороны, и самые незащищённые и оставленные – с Нечеловечекой стороны. Тот самый мифический золотой миллиард, состоящий из 0,2% непосредственно богачей и 99,8% - их всецело поддерживающих – и будут той мишенью, на которую посыпятся самые первые удары.
Именно их, уже абсолютно безумных и сделавших свой выбор окончательно (вне моей игры), будут приносить в жертву ради спасения остальных. Тьма ведь тоже имеет право защищать себя. В этом мире, где Дьявол – уже хозяин. Именно из них, за малейшую их оплошность, агрессивный выпад с защитой Тьмы, а не Бога, будут забираться души и лишаться возможности что-либо изменить для себя в дальнейшем.
Этим уже не простят то, за что других ещё простят и дадут им шанс изменить своё решение. Хотя другим расслабляться тоже не советую - Тьма так просто никого не отпускает и обязательно откусит себе кусок от любого падшего, и будет потом с интересом наблюдать – добежит ли до Цели, например, без ноги этот живенький индивид и КАК добежит, так, без ноги, или отрастит себе её заново в беге, или ещё как – интересно же, или нет, сломается и падёт.
Потому что – безнадёжны, агрессивны и крайне заразны и уничтожают остатки Жизни в этом мире, как голодная саранча. И плодят вокруг себя только Смерть. Потому что их возможности нападения на меня и отражения моего удара гораздо большие, чем мои возможности. Это и есть – самые главные и опасные мои враги.

Да, трудно избавиться от денег! Если не сделать это вовремя, до того, как в этом мире начнутся мои изменения. И если опоздал, то…
Милостыня развращает. Милостыню нельзя практиковать богатому. Милостыня – удел бедных, как и есть в реальности, у кого своих денег не густо.
Деньги списываются с индивида только за истинно полезное дело, причём с учётом каждой потраченной копейки. В иных случаях деньги с индивида и его близких, пользующихся его богатством, не списываются.

Так что правильнее всего, чтобы тело хозяина денег находилось рядом с местом, где эти деньги он хранит. Со всеми своими родственниками. Душа ведь должна быть рядом с самым ценным для неё! А если они попробуют «забыть» о своих накоплениях, то пусть знают, что, в отличие от них, у их накоплений память – вечная. Они не забудут своих хозяев и найдут их обязательно. В свой срок. Гремя золотыми цепями.
.

4.10.2016г.
В продолжении темы. Небольшое обращение к сегодняшним богатым:
- Чем быстрее вы ощутите свою истинную цену, тем ближе будете к Богу.
Не забывайте никогда, что именно вы превращаете людей в дегенератов без мозгов, именно вы развращаете общество, именно вы останавливаете развитие, плодите нищету, болезни и все непотребства.
Вы всегда выбираете Дьявола, даже когда говорите о Боге.
Вы - самая порочная и гнилая часть человечества.
И ваше сегодняшнее место – это целиком ваш выбор.
.

5.10.2016г.
Вот написала, о чём думала, и опять пришла в голову старая мысль:
- Зачем я всё это делаю? Зачем, при полном ответном безразличии, переживаю чужие проблемы?

И тут ощутила ответ невидимого Мужчины – Того самого, что в телогрейке.
- Я сделал всё, что мог. – сказал Мужчина и повернулся спиной. Без сожалений.
И только здесь я увидела его мускулистый обнажённый торс.

- Вот для этого ты всё и пишешь.
.

7.10.2016г.
Начиталась о нашей ювенальной юстиции, которая такой тихой сапой, но прорвалась в Россию и теперь прекрасно обустраивается, чтобы жить в ней долго и счастливо.

Организация, которая отрабатывает деньги. И всё. Она не помогает, не решает проблемы – она создана, как бизнес на детях и ведёт себя соответственно. Организация, которая не защищает детей, а получает за них деньги (дивиденды) и поэтому заинтересована в том, чтобы как можно больше детей было через неё прокручено. Эта организация изначально была создана неверно: с ложью о защите детей - красивые слова, вроде бы правильные, в ней нужны только для манипуляций с людьми.
Ювенальная юстиция – это один из способов держать общество под контролем, используя в качестве заложников детей. Поэтому судьба детей эту организацию не интересует – она создана, как карательный орган, исключительно, как карательный орган. И не детей, а взрослых, как средство давления на них.
Поэтому без конца идут примеры – и смертей отобранных детей, и их покалеченные психика, и беспрецедентное давление на детей, с полным нарушением их прав, когда их практически силой заставляют давать показания против своих родителей. И это не трагические случайности – это закономерность устройства этой организации, созданной, чтобы использовать детей для достижения своих целей, а не для их защиты. Потому-то о них постоянно забывают в этой организации. Устав не позволяет отвлекаться от главного.
Поэтому без конца идут примеры – и смертей отобранных детей, и их покалеченные психика, и беспрецедентное давление на детей, с полным нарушением их прав, когда их практически силой заставляют давать показания против своих родителей. И это не трагические случайности – это закономерность устройства этой организации, созданной, чтобы использовать детей для достижения своих целей, а не для их защиты. Потому-то о них постоянно забывают в этой организации. Устав не позволяет отвлекаться от главного.
И что особенно бросается в глаза: у нас в сети ювенальной юстиции попадают именно нормальные родители с нормальными детьми. А не родители-алкоголики и неуправляемые подростки.
В России ювенальная юстиция только укрепляет свои позиции, но, например, в Европе она уже чувствует себя хозяйкой и потому там уже можно увидеть в ней все симптомы открыто криминальной структуры.
Это – совершенно преступная организация. И она плодит маньяков с манией вседозволенности. В ней нормальных сотрудников и быть не может, потому что её законы изначально порочны. И любой, кто там начинает работать, должен себя изменить под эти правила, иначе не сможет там находиться (и, соответственно, получать деньги).

Пришлось сформулировать, оставшиеся без ответа, вопросы:

1) Почему ювенальной юстиции дано право обвинять без возможности защиты обвиняемого?
2) Почему заинтересованное лицо (в денежном поощрении, которому платят именно за наличие изъятого ребёнка, а не за результат) получает ребёнка в полное подчинение, с правом оказывать на него открытое давление, с утра и до вечера, если требуется, без ограничений? При этом ребёнок (как бы жертва) полностью бесправен и не имеет возможности защититься от физического и психологического давления на него? У ребёнка нет ни адвоката, ни защиты, ему причиняется ущерб или даже вред без возможности привлечь напавшего к уголовной ответственности?
3) Почему ювенальная юстиция не несёт никакой уголовной ответственности за причинённый ребёнку вред своими действиями? Почему суды отказывают возбуждать уголовные дела даже при смерти ребёнка в результате действий ювенальной юстиции?
4) Почему уголовная составляющая устава этой организации ни у кого не вызывает сомнений: когда у одной категории людей отнимается прописанная в УК презумпция невиновности (человек невиновен до тех пор, пока его вина не доказана), а другой категории даётся право обвинять любого своего оппонента в несовершённом и недоказанном преступлении только на основании своих предположений? Причём без права их оспаривать.

И сформулировав эти вопросы, сама на них и ответила:

1) Эта совершенно криминальная структура должна быть полностью расформирована.
2) Советский Союз ещё не так далеко ушёл, чтобы взять за основу именно его способ работы с детьми, нуждающимися в помощи общества. При создании нового общества ни в коем случае нельзя использовать разработанные методы ювенальной юстиции. Она должна быть ликвидирована без остатка. Я думаю, в России есть немало людей, которые смогут справиться с поставленной для них задачей – создать общество, опирающееся именно на русский опыт и менталитет в этой области, в возможности которого может входить помощь не только детям, попавшим в беду, но и, например, многодетным родителям.
3) Ни один из сотрудников ювенальной юстиции не может работать в новом созданном обществе.
.

8.10.2016г.
Вспоминала своё прошлое и по-другому его интерпретировала, с лёгким холодком отчуждения ко всему вокруг. И мимолётно удивлялась покою. Ни разочарований, ни ожиданий, но с подготовленной почвой. Удивление было: «Когда я успела это сделать, если все мечты были о другом будущем?»
Нет, конечно, всегда было два пути и два выбора. Но так странно, когда исполняется именно мимолётное, а не то, что владело тобой полностью так много лет.
Что ты готов, оказывается, к иному выбору, но не понимаешь, как и когда это произошло…

Удивительно это происходит – только что внутри тебя был целый холодный мир с устойчивой отрешённостью от всего и ты словно невидимыми глазами заглядывал в каждый уголок своей души, проверяя её оставшиеся притяжения…
И вдруг всё это уходит и ты скукоживаешься и превращаешься опять в крошечную козявку. Ну, по сравнению с тем миром. А потом и это уходит – и ты – лишь ты. Как вчера. И те же мечты возвращаются, словно и не исчезало всё только что.
Надо сказать, откровения о людях в этом состоянии очень далеки от оптимизма. А ведь я с ними соглашаюсь…

И ещё одна очень раздражающая меня тема в одном вопросе:
- По какой причине ваши женщины, входя в Храм к Богу, не снимают с себя свои головные уборы?
У меня только два ответа на этот вопрос: «немытая месяц голова» и «заскочила на секундочку, сейчас уйду».
На счёт «немытой месяц головы» – то зачем вообще такому человеку идти в Храм? Если у человека есть мозг – значит есть и уместная причёска. Нет мозга – пусть мимо проходит.
А на счёт «заскочила на секундочку» - то здесь вообще нет проблемы. Даже и не заходи. Как-нибудь обойдёмся и без твоего присутствия. Беги себе по своим делам.

Хотя я, откровенно говоря, прибавила бы вообще все помещения. А то, как в кинотеатре – сидит такая в шляпе, как дом, и загораживает всем просмотр. Надо всё-таки считаться с окружающими людьми.

И уважать Хозяина Храма.
.

10.10.2016г.
Вспомнила что-то опять про Должикова – человека, который с садистским удовольствием играл моими чувствами, моей жизнью. Запросто так отнимал у меня жизнь, манипулируя мной, играя в какую-то свою игру, чьи правила он принял, вот только я её не принимала, как назло, и при этом сам продолжал жить, как ни в чём ни бывало. Разве с этим можно примириться?..

Человек без особых привязанностей и без особой совести, искренне считающий, что всё, что приносит ему выгоду, дозволено….
Дети с кладбищ 90х годов, недалёкие, мелко плавающие, дегенераты от младенчества…

Какой должен быт мир, чтобы ТАКОГО заставить поверить во что-то вне себя? Ни одна идеология не приживается в душе такого гоблина. Кроме идеологии потребления.

Возможно ли вообще ТАКИХ изменить?

Самое интересное, ТАКИЕ испытывают шок, когда с ними или начинаешь вести так же, как они ведут себя с другими, или же просто даёшь сдачу на их выпад.
И они становятся такими совестливыми, такими страдающими! Свою боль они чувствуют! Чужую – вообще не принимают в расчёт.

Люди, которые способны поверить в чужую боль, только испытав её на себе, в качестве ответного удара по морде. И не то, чтобы они становятся после этого более совестливыми, скорее, более осторожными. Начинают понимать, что хамство наказуемо.

И как страшно подпустить к себе вот такого подонка близко…
Ведь они очень легко меняют тех, кто любит их и кого любят они.
Лучше уж быть одному.
.

15.10.2016г.
А вообще я, конечно, боюсь искушений. Как человек боюсь. Глядя на окружающих и видя, как вроде бы незначительные слабости подчиняют их себе и уничтожают. Вполне себе позитивных людей. Прямо выгрызают в них дыры.
Казалось бы ерунда, человек не любит покупать дешёвый ширпотреб и привык, что у него есть кому помочь деньгами. Как-то так потребительски привык, без благодарности вообще. А я вижу, как вот эта помешанность на своём шмотье становится причиной возникновения новых слабостей, незаметно, и чувствую, как негативно это отразится в детях. В будущем. И ничего не сделаешь. Бессмысленно пытаться перевоспитать и говорить своё.
Я не хочу себе такого будущего.

Когда я вижу такое не в гоблинах, а в людях, в которых ещё много правильного, мне начинает казаться, что этот мир уже не изменить.
И мне так хочется уйти…

***
В сетях – история некой Захаровой, обвинившей бывшего сенатора США в сексуальном нападении и получившей в ответ встречный иск с обвинениями чуть ли не в государственной измене с подделкой документов.
И смешно так перепечатывать эти слова сейчас, в 2017 году, с раздутыми через год уже новыми аналогичными сексуальными скандалами, которые сегодня как бы вопиют – это маниакальная совестливость у них на генетическом уровне. Ан нет! Год назад это было не выгодно и не интересно в США никому. Так что имеет значение такие мелочи, как - кто жертва и против кого иск.

Вспомнился сразу кандидат в президенты Франции с американской горничной, чьи беспочвенные подобные обвинения раздули на весь мир.

Сразу сложилась картина правосудия в оплоте демократии. Прямо налицо.
Меня, правда, не трогают судьбы уехавших в этот оплот свободы россиян – даже полезно увидеть подобные примеры для других. Чтоб знали. Хотя бы не дураки. Дураков – не убедишь ничем.

Всё дело в том, что эта система правоты сильнейшего (с властью и деньгами) существует и в России. Повсеместно.
Получается, что вроде Россия противостоит гнилому Западу, а его устои целиком и полностью поддерживает.
Идеология потребления порождает исключительно подонков, стремящихся к единственной цели, где им можно всё.
Говорить о совести и всяких «духовных скрепах» на этой смердящей куче основных правил жизни в новом мире без социализма просто смешно.

***
Послушала кусок выступления Путина перед евреями, где он в двух словах характеризовал революцию. Сказал мало, но ёмко и полно выразил своё отношение к социализму и к сегодняшнему пути России.

- Антисоветчик.

Человек, которого я выбрала, чтобы написать свою книгу, антисоветчик. Не просто не разделяет моих взглядов, а очень напористо и уверенно смотрит в противоположную сторону. А уж это его участие через год в открытии Стены победы либералов над правдой. Разве это можно забыть?..

В принципе, такая позиция Путина и не удивляет… Его прошлое его сделало, видимо, люди не меняются.
Да меня это и не огорчило. В конце концов это мои мечты. И книга МОЯ. Я себе всё объясняла. И веру я искала для себя, в первую очередь.

Но мечты – это моя слабость. Это навязчивая идея, начинающая иметь нехороший оттенок.
То, что никто не откликнется (буду говорить, что есть), в этом передо мной никто и не виноват. Это мои поиски, мои ценности. Здесь, в этом мире, мне никто ничего не должен.

Скорее, это признак моей нездоровой слепоты.

- Не надо бояться правды. – подумала я.

И действительно, я часто не хочу уже слушать и слышать правду. Как либералы, только наоборот. Надо уже как-то озаботиться избавлением себя от своих фантазий с принятием иной реальности.

- Надо научиться жить Богом, а не верой в людей.
Бог заполняет пустоту.

- Да, мечта хороша. Но мало просто хотеть. Важно, чтобы рядом был кто-то, кто смог бы её поднять. Если таких за 20 лет не оказалось, значит настало время признать её ложь.

- Твоя мечта тебе лжёт.
.

23.10.2016г.
Старость – это не обязательно внешнее старение.
Это интересный переход себя на новую ступень, осознания себя по-новому.
Я чувствую приближение приятного холода – внутреннего покоя с новым для меня фатализмом и отказом от подросткового максимализма. Среднего уровня у меня никогда и не было, что я заметила в себе очень давно – в классе восьмом, долгое время считала это изъяном, но потом привыкла.
И вот на пороге новая ступень, которая коренным образом меняет во мне отношение к себе, и к моим идеям, и к окружающим.

И мне это нравится!
Она даёт больше возможностей, разрешает что-то до сих пор запретное и меряет окружающих только своим опытом. И не конфликтует с выводами, а принимает их.
Значит, так тому и быть.

На унылом фоне моей реальности вдруг появился маленький кусочек скрытой ГЛЫБЫ – это то, ради чего я жила и всё это искала и писала. Только ради себя. Я начинаю ощущать всё сильнее и сильнее, что это нужно было именно мне, а не другим. Ещё немного – и ГЛЫБА поднимется и заполнит всё.
И это и есть реальность.

Старость – эгоистична. Это то, что мне всегда не хватало.

И это интересно…
.

24.10.2016г.
Сегодня с насмешкой прочитала слова украинского журналиста Шария о разнице между украинцами и русскими в отношении Майдана. Постсоветское образование, или, я бы сказала, разобразовательный процесс, конечно, даёт свои плоды везде.

Мол, вам не понять, что значит выходить на Майдан протестовать…

И сразу стало смешно. Потому что вместо революционеров (не меньше, как они о себе думают) увидела галдящий бабский базар, в котором слабоумные дуры побеждают таких же тёмных и невежественных дур криками. Кто кого переорёт. Иногда в ход идут кулаки и бабы начинают мутузить друг друга и драть за растрёпанные волосы.
И цель всех этих «выступлений» - оттяпать у соседа место получше, под шумок, а если повезёт, то и обчистить втихаря чью-нибудь лавочку.
Бессмысленная агрессивная орущая толпа, движимая только инстинктом разрушения и падкая на любые подачки. Это не майдан – в том понимании, что ему приписывают, это сборище торгашей, жаждущих лишь одного – как себя и других повыгоднее продать. Никаких позитивных идей. Ничего конструктивного – просто управляемое эмоциями стадо, которое можно толкнуть в любую сторону – в любой ХАОС. И они пойдут! Будут яростно уничтожать землю под ногами, пока не образуется пропасть, которая их и поглотит.
Эти люди ничего не слышат и не слушают – это классический вариант быдла, которому нужно «хлеба и зрелищ». Вот во что превращает народ генетическая истеричность – преувеличение всех эмоций.

Наверное, это закономерно для украинцев. Могли бы стать нормальным народом, но их движущая сила – ненависть и ложь. А что-то пошло не так… так что развернуться не дали.
Поэтому сейчас он должен сам себя уничтожить, этот народ. Это как приказ, который появился в каждом, кто считает себя украинцем. Этот народ не остановится уже, если его не остановить извне. И он уничтожит всех в себе и всех, кто рядом с ними. Даже белорусов, если им не поможет Лукашенко. Вырежут всех, как в 39 году их самих вырезали поляки.
А вообще интересно, стал бы Лукашенко помогать белорусам при развале стран, в которых они до этого проживали, или как Россия отвернулся бы от них, словно их и в природе нет? Ответил бы на этот вопрос, сравнил бы себя и Россию… А то все такие умные, храбрые и справедливые опосля.

Я, наверное, перестала жалеть украинцев, раз пишу такие слова.
А Шарию бы сказала так:
- Для таких людей, как ты, выходящих на украинские майданы, МЕЧТА имеет больше значения, чем реальность. Ложь ради мечты воспринимается правдой, с общего согласия. Ваша жизнь – это какая-то безумная говорильня с примитивной хитрецой селянина, верящего, что он может обмануть соседа и украсть у него мешок орехов или шмат сала. И вот только это для него – счастье и радость. Объегорить втихаря ближнего. Причём, эта болезнь очень заразна и глазом не удаётся моргнуть, как больны оказываются все.
Нет, апломб украинцев с их майданами и готовностью их устраивать – дутый пузырь. Вы – мне не пара.

Иногда мне хочется уже жить по закону: нет человека – нет и проблемы. Просто вычеркнуть кого-то из своей памяти, чтобы забыть и никогда не вспоминать.
Надоели дебилы.
Сбросить с себя свою ношу с облегчением, с радостью и только и сказать: «Да валите своей дорогой! Флаг в руки!»
И отвернуться.

Удивительно, но они, эти украинцы-националисты и наш либерально-демократический отстойник вообще не видят себя со стороны. И приписывают своим примитивным мыслишкам размах гиганта, своим клоунским выступлениям придают значение великой драмы жизни. Они реально думают, что творят Историю.

А именно о них в книгах пишут: «Начались бессмысленные бунты по окраинам империи, кровавые разборки сатрапов друг с другом, поля перестали засеваться, урожаи упали и начался голод.
В каких-то районах начались эпидемии болезней: где-то умирали люди, где-то начался падёж скота. Толпы людей, гонимые страхом, срывались с места, не зная, куда идти, лишь бы уйти.
И империя пала, ибо внутренние раздоры превратили в хаос некогда прекрасно благоустроенное государство».

И уже стало невозможно исправить что бы то ни было.

Скорее всего и Советский Союз уже не восстановим…

А я тут узнала, что в Башкирии прекрасно себя чувствует национализм и дегенераты и там правят бал.

Правда, ислам там всё равно мирный.
Но, может быть, это уже и не имеет значение.
.

25.10.2016г.
В любом протесте должна быть осмысленная Идея, для меня протест ради протеста с каким-то приземлённым хаосом требований – это просто орущее управляемое стадо баранов.

Но никакая верная Идея не сможет победить без Вождя, человека, который не просто хочет и может встать впереди, но и имеет для этого внутренние силы. Лидер – с этим рождаются, причём где угодно и у каких угодно родителей. Толпа без Лидера останется просто разрозненной толпой и никуда не придёт.
Если в толпе, даже несущей правильную Идею, я не вижу Лидера – настоящего Вождя, а не этих чирикающих воробьёв, вылезающих вперёд по безмерной своей наглости, Вождя, которому доступно умение управлять и видеть, я не войду в такую толпу.
Хотя отсутствие человеческого Лидера - это потеря для атеистов.
Для верующего человека невозможность изменить мир к лучшему не является катастрофой.
Потому что для верующего человека остаётся Бог.

А Бог – это Целый Мир, Целая Вселенная. Это больше и истиннее, чем жизнь и смерть человеческого тела.

Сейчас в России нет ни Идеологии, ни Лидера. То, что есть направлено в другую сторону, поэтому впереди неизбежен хаос и распад. Не сейчас. Но всё это неизбежно.
Да и события в мире – закономерны.
Так должно быть.

И это – не остановить.
.

30.10.2016г.
Сон со странной концовкой приснился.
Еду в переполненной электричке и сижу с какой-то не совсем адекватной тётей, которая вдруг прониклась ко мне любовью и симпатией. Материнской любовью, которой у меня не было в детстве. И как-то она увлекла меня за собой и когда поезд остановился, я за ней пошла. Идём через какие-то луга, через речку. И вдруг я понимаю, что иду не туда. Поворачивая назад. Кричу: «Где наши сумки?» Вспоминаю, что она забрала мою сумку и выкинула её куда-то подальше.
И я чуть не рыдаю о своей сумке. В ней столько всего было! Куда она её выкинула?

И тут ещё две дамы из какого-то оврага подают мне мою сумку. Нашли её. Я её беру. Перепрыгиваю через заболоченную речку, местами мутную, через чистый участок. Дохожу до платформы и кто-то мне покупает билет.
Две дамы с неадекватной тётей идут внизу, ведут её. И говорят мне: «Вы не обижайтесь на неё. У неё хозяин – противоположность нашего хозяина».
- Но иногда вам удаётся удачно скооперироваться. – отвечаю я, имея в виду, как удалось им меня увести.

Подъезжает электричка. Я еле влезаю, что-то мешает на входе, прямо не даёт войти, но я всё равно пробиваюсь, перехожу из тамбура в вагон и там сразу – контролёрша. Вынимаю из кармана кипу билетов, даю ей один, говорю:
- Вроде, этот.
- Да. – кивает она. Там дата, кстати, 29 декабря.
- Не выкидывайте билеты. – говорит.

Я сажусь. Смотрю. Везде грязь. На полу валяются недоеденные куски пирога. В вагоне говорят то на русском, то на грузинском. И музыка грузинская, хоровое пение, периодически.
- Это мы поминаем дедушку. – говорит контролёрша и протягивает и мне кусок пирога.
- Старик. Ещё с советских времён. – уважительно думаю я. – Динозавр.
Беру кусок пирога. Мы чокаемся кусками. Воды нет. Поминают только хлебом…

И я просыпаюсь.

А по телевизору опять заговорили о жертвах политических репрессий. В Воронеже. Первая мысль:
- Лжецы. Как достали эти демократические дегенераты. Слушать уже невозможно.
Тухачевского вспомнили! И ещё свидетеля свидетелей свидетеля, который видел и слышал что-то в 1938 году.
103 ямы с трупами!

Нет, эти идиоты неизменимы.
Лжецы, которых надо выкидывать пинком.
И эти уроды сейчас у власти!

Россия – труп.
.

31.10.2016г.
Ехала из Казани и наблюдала за школьницами из соседнего купе. И, глядя на них, опять, с холодком, ощущала их возраст – юность, молодость, не смотря на индивидуальные различия - одинаковое ощущение себя, одинаковость маленькой сущности с себе подобными, поставленными в начало пути.
И чувствовала собственное нежелание ещё раз проходить этот путь в этом мире. Прямо неприязнь.

Выделила двух девочек. Одна – брехливая, себе на уме, немного агрессивная, всегда о себе помнит.
Удивительно, но юность заставляет меня быть менее пристрастной, словно я даю фору тем, кого оцениваю и не столь пристально гляжу на их недостатки. Но, тем не менее, вижу в первой девочке пустоту, а вокруг – одна тьма. Полное отсутствие направления, скорее толкание вниз. Взрослые вокруг ничего для неё не сделали, чтобы создать у неё внутри хоть какой-то фундамент. От чего ей отталкиваться? – Только от себя самой. Она уже живой труп, у неё нет выбора.
Вторая девочка была, что говорится, никакая – неяркая, вперёд не лезла, но что-то иногда проглядывало правильное в её действиях и разговорах. Слегка.
И вот глядя на неё я видела, кроме тьмы, где-то вдали как маленький огонёк свечи. Далеко. А вокруг – тьма. Пойдёт ли к нему, а, если пойдёт, дойдёт ли?.. Трудный слишком путь.

В этом мире есть шанс лишь у тех, кто уже имеет что-то в душе, наработанное в прошлом. А остальные не имеют уже ничего.
Казалось бы, новая жизнь – новые возможности и новый путь.
А нет. Только хуже становятся. И не возвращаются никогда из тьмы.

И некому уже зажечь свечу для них.

А потом приходит взросление.
Наблюдаю я уже какое-то время за сменой статуса некоторых…

Для меня взрослость была от головы – я для себя решила, что после тридцати нельзя мечтать о человеческих глупостях, а надо принимать факты. И как только мне исполнилось 30, я вычеркнула музыку из своей жизни. В первую очередь. Не получилось – значит, всё. Для меня это был рубеж.

Но, к сожалению, я не чувствовала более ничего, как остановилась лет в десять на одном состоянии, так и зависла в нём. Тело и ум взрослели, а душа – нет. Но в других, уже сейчас, я этот переход почувствовала. Как и то, что все недостатки, которые молодость сглаживала, вдруг начинают костенеть в них. И приобретают неприятный оттенок. И уже никаких скидок и надежд на изменения в них. Суровый такой взгляд, без авансов, как говорится. Что было в них серым становится чёрным – и это так очевидно во время этого перехода.

Зато старость в себе я ощутила.
Старость для женщины я связываю с потерей воспроизводства – с климаксом. Если со взрослостью у меня были и есть проблемы, я не понимаю взрослых людей, мне удалось лишь слегка приспособиться, то здесь на меня прямо дохнула старость.
Раньше я её пугалась, а тут вдруг поняла:
Старость – это реально круто!
Те изменения в душе, которые она даёт, это потрясающе! Это как от надоевших фантазий подростка взлететь на скалу. Да, для меня старость – это не внешние изменения, в первую очередь, а внутренние.
Неуступчивого ребёнка сменяет приятный холод и покой.

И вот я вдохнула этого воздуха и теперь с нетерпением жду, когда старость придёт уже навсегда.
.

2.11.2016г.
Гуляла вчера, как обычно, за Лаврой. И как-то мысли вертелись вокруг выборов в США и их политики. Шла и вспоминала их антироссийские выпады. И вдруг заметила, что я не реагирую на подобные выпады, хотя ещё недавно воспринимала их очень лично. Как нападение на себя.
И вдруг увидела отклеенные листы своей книги, словно её края оторвались от Запада.
Недавно они пронизывала всех людей, не выделяя никаких территорий столь явственно, а здесь связь оборвалась. И я увидела загнутые, неровные края листа, вырванного с усилием.
Первая мысль после увиденного:
- Так я дописываю книгу!!!

Вот так она сама и отвалится. Позже.

А потом:
- Запад отпал.

И ещё я думала о том, что больше никуда не стремлюсь. Что я достигла своей цели и что теперь буду стоять на месте и ждать старость и всего, что ей сопутствует.
- Хотя Смерть, - сказали тогда мне, - со старостью не связана. У Смерти свои точки отсчёта. И Смерть ждать бесполезно, потому что желания человека и её появление почти никогда не совпадают.

Смерть видит глубже.
.

3.11.2016г.
Почему-то вспомнила о Дьяволе, о том, как он будет завоевывать людей.

Открытое давление. Открытое навязывание власти – это, конечно, будет, но это слишком примитивно, по-человечески. Ведь Дьяволу нужна не внешняя покорность, а внутренний выбор. А значит, открытый путь – не охватывает всех людей.

Есть же такие люди, на которых нападение действует прямо противоположным способом и борьба их укрепляет, а не ослабляет. Для них нужны иные методы и иные лидеры.
И вот тогда на передний план выйдут люди, которые, скажем, не принимают одну из десяти заповедей Бога. Но в девяти – безупречны. А к одной – ну не лежит душа и всё. И они очень логично доказывают правильность своей позиции. Находят слова и искренне в них верят.
И вот такие люди придут противостоять открытому наступлению Дьявола, будут собирать вокруг себя людей. Встанут впереди.
И это тоже будут люди Дьявола, потому что Бог по частям к Себе не принимает.

И такое войско «частичных праведников» будет делать всё для уничтожения истинного праведника. Они будут бороться с ним с не меньшей яростью, с какой нападут на открытых дьяволопоклонников, а, возможно, и даже с большей. Пока его не уничтожат.

Этот «скрытый» поход – один из многих способов, которые Дьявол готовит для нападения. Люди должны принять Дьявола – и они примут его. Я не сомневаюсь в этом, когда оглядываюсь вокруг.

Три «кита» есть у Дьявола для человека – один из них - личное негативное отношение к Богу в целом или в частностях, не важно, асоциальность в отношении к окружающим и упёртое неверие – и каждая линия даёт ему массу вариантов действий. И если в человеке слабая вера, если он не смог укрепить в себе веру – у него не будет никакой возможности противостоять Дьяволу.

Крепкая вера возникает только, когда человек сам хочет найти Бога и проявляет усилие.
Когда человек принимает чужую веру, разжёванную другими, часто не может даже усвоить взятое, не проглатывает – так и держит во рту чужую жвачку. Это – не вера, полувера, таких людей очень легко выбить, потому они избегают споров и сомнительных вопросов. Они колеблют в них их полуверу. Такие агрессивны, черствы и упёрты.
Но даже истинная, честно найденная вера, требует времени, чтобы закалиться. И если человек этого не сделал до прихода Дьявола, он будет им сбит с ног и уничтожен. У него уже не будет времени ни на что.

Сильнейший свой удар Дьявол направит на любителей «святых».
НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА.
Не разглядели ловцов душ – ваши проблемы.

Слова, которые я слышу, когда вижу Поклонскую с иконой Николая: Дай ей власть – и она зубами и когтями будет защищать свою «любовь и веру». Только попробуй тронь, мало что выглядит одуванчиком, так куда что денется.

***
- Как они упали?... Как они упали?... Как они упали? ...

В последнее время я как-то всё делала неправильно. Устала, видимо. От всего – от безнадёжности, от людей, от непонимания. От того, что ничего уже здесь не изменишь. И от того, что Бога здесь нет. Всё чаще появлялось раздражение, я обычно не ругаюсь, только в крайних случаях, а тут как-то легко, словно естественно, стал вырываться мат и по делу и без дела. Раньше, чтобы погасить в себе ярость я «заглатывала» их причину (своих врагов, если считала, что их действия агрессивны и несправедливы и они опасны). Я не проявляла никак это качество, вообще не задумывалась о нём. Мне важно было нейтрализовать своих врагов – и это действовало. Я об этом не мечтала.
А здесь мне вдруг захотелось в мечтах своих врагов победить. Причём именно тьмой, чтобы иметь наглядное доказательство этой победы. То, от чего я раньше бежала без оглядки. А теперь вдруг начала примеривать на себя возможности экстрасенсов и ведьм, хотя бы в мечтах. Как в фильмах. А что такого?
Я просто в какой-то момент поймала себя на этой фантазии, причём я уже и не чувствовала, что это плохо, что это куда-то затягивает. Пока вот так не поймала себя.
Я задала себе вопрос: почему я это всё себе сочиняю?
И ответила: мне не хочется рвать последние нити. Такой способ возврата в реальность. Я тяну время, чтобы не принимать нужного решения, а негатив накапливается и я с ним не справляюсь. Этот способ, с ведьмами, он вроде и позволяет не сходить с места, но он меня разрушает.
Ответила себе – и продолжила в том же духе, судя по всему.

Потом вдруг я почувствовала, что не хочу ничего делать у себя в квартире. Захожу – и меня словно она выживает. Какой-то психологический дискомфорт, который невозможно было объяснить. С потерей сил. Я это заметила, конечно, но не придала значения. И ощущение нарастающего стресса, как будто он сам по себе, вне реальности, и накапливающаяся усталость от непроходящего внутреннего напряжения. И это тоже я заметила. Порисовать тут вздумала, нарисовать холмы золотой осенью. Вроде и с радостью принялась за дело, а выходит всё мрачно, цвета тусклые, тёмные. Не могу понять в чём дело, бросила картину.
А мечты, наверное, всё те же. Для развлечения…

И вот в один момент, переключая телевизор, наткнулась на сериал. В мультфильме главного героя – маленького мальчика, преследовал какой-то обладатель стихии огня. Мальчик закрыл себя в камне, но сил его не хватило. И вот в момент, когда его враг уже его убивал, вместо гибели в нём восстали все его предыдущие рождения, мальчик вспомнил всех себя, объединился с ними и обрёл их силу. Из него стал бить свет и, короче, он своего врага победил.
Смотрела я всё это и на меня очень сильно подействовала эта картина объединения с последующим взрывом света. И в этот момент меня саму словно взорвало изнутри. Именно в момент нападения – и именно эта СИЛА. Чтобы вот так победить всех своих врагов! Как какой-то всполох произошёл в моей душе. Я даже подскочила на месте, так затянуло, так захотелось быть на месте героя. И меня так увлёк этот миг. Этот взрыв, словно я увидела свою мечту (победить своих врагов) воплощённой в жизнь и кто-то прошептал на ухо: «Хочешь так?» - И увлёк за собой, вне моей воли. Так это было сильно.
Это было НАСТОЛЬКО СТРАННОЕ И СИЛЬНОЕ чувство… И вот этот порыв, до конца и не понятый, оставил необъяснимый гадкий осадок. И он не давал покоя, поэтому я начала анализировать и разбираться в этом чувстве.
И вот я с печалью констатирую себе, что в этом мире победить врагов с помощью СИЛЫ (любой) невозможно. Ты ничего не меняешь, утверждая с помощью СИЛЫ свою правоту. Люди, так же, как и этот мальчик, в момент нападения свернутся и закроются от страха или от стресса, но это не изменит их изнутри. Силой можно лишь заставить подонка вести себя прилично, под страхом наказания. Но свою правоту силой не докажешь. Навяжешь лишь какие-то свои правила – и всё.
И вот так я прошла шаг за шагом по своим чувствам и обнаружила, что под ногами этого порыва – полнейшая пустота и ложь. Сидела и не могла понять: «Почему же меня это так увлекло?» - Такие сильнейшие чувства возникли вообще на пустом месте. Я таких всполохов вообще в своей жизни ещё не чувствовала.

Но всё равно что-то было уже не то, хоть я себе, вроде, всё и объяснила.

И вот иду я на следующий день, размышляя, как обычно, и вдруг замечаю: что такое? У меня, в моих ощущениях, Бог и Дьявол поменялись местами. Если бы это всё не стало для меня сильнейшей привычкой, говорю честно, я бы этого не заметила. А здесь я просто разумом понимаю, что должно быть так-то и так-то, а чувства у меня чувствуют что-то совершенно своё – чужое. То, что у меня принадлежит Богу, вдруг стало ассоциироваться с Дьяволом. И причём он стал как-то ближе, роднее, что ли, реальнее. А Бог – как за шторкой. Где-то там, далеко, словно Его и нет. Как будто кто-то в одно мгновение навёл в моей душе свои порядки и переворошил там всё. Даже позже, записывая впечатления в дневнике, у меня сам собой Бог писался с маленькой буквы. Или, вот например, для меня Дьявол всегда был «что». У него же нет пола, а Бог – «Кто». И вдруг машинально не только пишу, думаю противоположное! И как будто так и надо. Всё очень устойчиво и другое не применить просто. Причём разум понимает, что это не так, но НИЧЕГО НЕ МОЖЕТ ПОДЕЛАТЬ. Чувства – чувствуют что-то своё, новое. И не уходят!
Реально поверишь, что Дьявол – есть, когда вот так столкнёшься с необъяснимой, но очень реальной ситуацией.
Но я же помню, что было!
Я начала всё расставлять на свои места. Начинаю медленно объяснять себе постулаты своей веры, объясняю себе, что такое Бог. Вот так – прямо азы. И только после моих объяснений я начинаю всё вспоминать. А так – как вычеркнуто всё в мгновение ока. И словно МОРОК души проходит. Маленькими шажками. Объяснила – вспомнила – почувствовала старое чувство. Реально отвоёвывала себе каждый шаг, через подробные объяснения себе, потому что ощущала чужое глухое раздражение перед тем, как уступить место. Появлялось это недовольство – и нехотя, явно, нехотя уступало. И уходило только после объяснений себе неправильности своей новой позиции! И только тогда ощущала, что чувства-то новые – это не мои чувства! Чужие! Какого-то чужака внутри, уже различимого. Хоть только что они казались моими. Помню, напоследок, тающую в себе жгучую НЕНАВИСТЬ ко мне, чужую, прямо, мог бы – убил…
Слова «Что за чушь» или ещё что-либо подобное, просто констатирующее факты, совершенно здесь не действовали. Настолько каменно установились новые ощущения. Прямо, я бы сказала, чужие чувства просто вытеснили мои на задворки и заполнили всё освободившееся пространство.
И ещё я заметила, что все новые убеждения, появившиеся после УДАРА ДЬЯВОЛА, основаны исключительно на чувстве правильности – это прямо инстинкт. Ощущение чего-то вопреки всему, которое каким-то образом поставлено над всем остальным. Вот Дьявол – велик, вместо Бога – и ты это чувствуешь, как аксиому, не требующую доказательств. Как истину в первой инстанции. Самую истиннейшую из всех.

И я почувствовала очень чётко, что если бы я не привыкла анализировать каждое своё чувство, если бы я вот так, без конца, не копалась бы сама в себе, я не смогла бы вылезти из этой ситуации так, как у меня получилось. С этими шторками, заменами и перестановками.
И это не просто слова – оправиться после такого удара без соответствующих знаний – невозможно. Мало того, что бьёт внезапно, утрируя и выводя вперёд твою слабость, так ещё и в душе хозяйничает и незаметно так ставит ловушки и капканы. Чуть дал слабину, немного позволил себе лишнего помечтать – и всё.

Более того, у меня, в моём мире, мало персонажей. Только Бог и Дьявол. Святых нет. Поэтому подобная замена она как-то сразу бросилась в глаза. Но как можно незаметно заменить Бога на Дьявола?
Но Дьявол забирает себе и имена, и лица всех, кто ему принадлежит. Когда Бог заменяется Дьяволом, это заметно, а когда Дьявол замещает чей-то человеческий образ в душе того, кому нанесён УДАР? Например, Николашки Кровавого? И тогда для одержимого Дьяволом Бог замещается Николаем Вторым. И, как и должно в этом случае, Бог становится мелким, совсем незаметным, Бог вообще исчезает, зато Николай Второй вылезает на первый план, приобретая невиданную силу, и становится Христом.
И это реальное чувство для новообращённого. Это инстинкт. Это чувство не требует доказательств, настолько оно верно. За него и порвать можно, и устроить хаос в чужом государстве, которое тебя приютило, и спровоцировать погромы и даже убийства непокорных, которые в это не верят. ВРЕМЯ ещё не пришло для ТАКИХ людей, крылья вдруг им обрезали, а так – вам их не остановить.
Придёт время, и слабые и запутавшиеся люди, без веры в душе, пойдут за фанатичным блеском глаз поклонских, за их одержимостью, в которой понадеются найти Истину. Побегут за их убежденностью. А когда поймут, что все это – ложь будет уже слишком поздно. Они и сами очнутся, когда перестанут быть нужными Дьяволу. Но что с того?...

Вот это и есть УДАР ДЬЯВОЛА, который сгубил многих из ваших святых.

Нащупал слабость – нашел нужную картинку – подвел к ней – и ударил.

Всегда помните, что человек верующий, по-вашему, святой, пусть так, НЕ ИЗМЕНИВШИЙ БОГУ, не поменявший Бога на мечту из Тьмы, никогда не поставит себя впереди Бога, никогда не заменит Бога собой. Даже в обратившемся к нему за помощью и верящем в него. Бог всегда будет вокруг и впереди.
Если же в человеке ищущем от его веры в кого-то происходит совсем другое и появляется узкая одержимость тем, кого он называет «святым», заслоняющая всё, – это уже признак вотчины Дьявола. Это уже дело рук Дьявола.
Не сотвори себе кумира – лучше не рисковать на пути веры. Опираться на человека – самое худшее, что здесь только можно придумать.
Но как трудно избавиться от подобной одержимости, укоренившейся за долгие годы и ставшей привычкой! Как трудно избавиться от влияния несвятых святых, если уже позволили им поселиться в вашей душе, если бы вы знали…

Три класса церковно-приходской школы, конечно, защитят от искушений из телевизора и от интернета. И заборы могут защитить от проблем и пороков внешнего мира. Но они совершенно не защищают от УДАРА ДЬЯВОЛА, которому очень даже на руку ваша неграмотность и наивность. Как, впрочем, и ваше необразованное узколобое сегодняшнее образование.
А слабости у вас он найдёт.

А одну слабость – бытовое скотство – я хочу осветить отдельно. По одному своему знакомому, в целом неплохому человеку, за исключением крайне агрессивного атеизма. Когда этот человек начинает нападать на Бога, я прямо всей кожей ощущаю его неприкрытое ненавидящее торжество, словно он Бога победил уже в одних своих обвинениях. И, кстати, нет у меня желания его спасать в такие моменты, потому что это его чувство вызывает у меня такое же неприкрытое отвращение, словно я вляпалась в омерзительную гнилую помойку. И единственное, что я хочу – это подальше от него уйти, даже иногда – бежать, куда подальше. И это желание непреодолимо на тот момент. Не чувство превосходства, не ответная ненависть, ни, тем более, жалость. Отвращение. А отвращению войну не объявляют. Оно сильнее вашего негатива и вашего позитива. Оно вас просто мгновенно сокрушает со всеми вашими добрыми позывами и мечтами.
И вот у этого человека, без особого удовольствия, я заметила характерную особенность: у него рядом сосуществует две личности. Одна – понимающая, глубокая, неглупая. И вторая – эдакая разновидность пещерного человека, подлого, мелкого, брехливого, с удовольствием топчущегося на голове другого, кто даёт ему такую возможность, причём с каким-то похабным холуйским удовольствием. И при этом, готового и сам пресмыкаться перед кем-нибудь, кто докажет ему право стоять уже на его голове. Именно – по его правилам докажет и по его правилам будет топтаться. И между этими двумя личностями вообще нет границы! То есть, как бы скот в нём сосуществует рядом с порядочным человеком, периодически меняясь местами, при этом не испытывая по этому поводу никаких эмоций и внутренних конфликтов. И, что главное, ипостась скота – это как бы очень личное для этого человека, он подпускает к этой ипостаси чужого, как избранника к своему телу. Такой способ приблизить к себе. Он словно раскрывает себя, как «подарок», по другому и не скажешь. Если ты хоть немного расслабился, перестал соблюдать дистанцию между ним и собой – тут же следует реакция. И смотрит внимательно, как ты отреагируешь. Свой ты или не свой? Давить тебя дальше или самому лечь под твои ноги? И если ты хоть немного поддался, то начинается какая-то дурная игра с затягиванием тебя в этот омут.
Реально – затягивает. И приходится сделать сильнейшее усилие, чтобы опять восстановить дистанцию и больше уже не позволять себе переходить её.
И вот, глядя на этого человека, на эти две его несовместимые личности, прекрасно в нём сосуществующие, я поняла, что позитив в нём – наносной, это как глянец советского воспитания, который отложился на нём, но внутрь не проник. Эдакая чужая нашлёпка на душе, отваливающаяся при первой же возможности. И эти правила советского сосуществования людей друг с другом, я так называю его позитив, они в нём существуют для других, как средство защиты от чужаков. Это – чужое в нём, хоть он и пользуется им. А родное – это какое-то глумливое подленькое скотство. Ему в нём хорошо. Он сразу становится другим, словно одетым в семейные трусы или неглиже. Хрюканья только не хватает, удовлетворённого, из эдакой своей удобной грязной лужи, из которой ни за что не желает вылезать. И он хочет, чтобы и ты вёл себя рядом по его правилам. И как-то очень сливается в эти моменты его агрессивный атеизм и вот это скотство, словно из одной кубышки дурманящее зелье. И оно не стоит на месте, это зелье, медленно расползаясь и завоёвывая в душе новые и новые позиции.
Удар Дьявола – он вовсе необязательно идеологичен, хотя агрессивный атеизм – это результат Удара Дьявола. Он и вот так, на бытовом уровне меняет человека. Меняет всенепременно, переделывая чувства «под себя». Поэтому так много в обществе отмороженных подонков, без границы, вот так легко и без переживаний переходящих от ипостаси нормального человека, с одними людьми, к полному беспринципному уроду, с другими. И совершенно не заморачивающихся по поводу столь несовместимых скачков внутри себя. Их хорошесть – она фальшивая. Как маска. И когда это понимаешь, только тогда всё становится на свои места.
Нет в одном человеке плохого и хорошего одновременно. Нет в нём одновременно Бога и Дьявола. Есть или Бог, и стремление к Богу, и Бог пронизывает всё в человеке. Или Дьявол, и огромное множество масок, скрывающих истинную суть одержимого Дьяволом человека. И вот это скотство, которое я наблюдала, такое было непонятно знакомое скотство, непонятно знакомое чувство отношения к себе и к другим. Нечеловеческое чувство. Не знаю почему, но когда я так глядела на этого человека, я знала и ЭТАЛОН. Один к одному – этот ЭТАЛОН повторил себя в этом человеке. Не в идеологии пока, хотя это тоже прорывалось в его агрессивных нападках на Бога – и напрямую, и через неприятных ему священников, а в глубоко личном.
Так что такой «актёр» может поиграть и в верующего, и в советского, и в честного. Только всё это – игра. И не более. До того лишь момента, пока он не расчехлится и не попытается тебя утянуть за собой. И это – главное для него, хоть он может этого и не знать. Потому что это – ГЛАВНОЕ для Эталона внутри него.

Одержимые Дьяволом опасны. Их нельзя близко подпускать к себе.

И видение.
Забегаю с раздражением в какую-то конуру с тяжёлой такой дверью. Я её резко распахиваю, вбегаю, и она начинает медленно закрываться, как на доводчиках. И я знаю, мне надо выйти, пока она не захлопнется. Изнутри дверь не открыть. Зачем я туда пошла? – Не помню, но что-то мне там надо было сделать. Там никого нет, темно, всё заставлено, ящики какие-то, как прихожая какого-то дома. Каким-то образом попадаю в гигантскую светлую комнату, и в ней – столы с трупами. Немыслимо гигантская комната, конца не видно – и неисчислимые столы, а на них – обнажённые трупы.
- Будут резать. – то ли мне говорят, то ли я говорю себе.
И тела все – красивы. Люди же – уродливы – и несовершенны физически, и разного возраста и комплекций. А здесь – как на подбор. Без каких-либо признаков смерти. И почему-то все белые. И не старые.
- Это лишь первый объект. – говорят мне. - Там, дальше, - другие объекты.
- Это и есть колбы.
А потом мне говорят:
- Пока не пришли патологоанатомы – беги отсюда.
И я бегу назад, к двери, и выбегаю в оставшуюся щель.
.

5.11.2016г.
Книга моя не для всех.
Только для тех, кто почувствовал –
Кто испытал –
Кто нашёл, как я.

Для остальных чтение бессмысленно.

Моя книга – это способ помочь этим людям. Информация собирается долго. Видения и откровения приходят хаотично. Чтобы просто понять, что увидел, нужно время. Порой очень много времени.

Скорее всего, моя книга не будет напечатана.
Скорее всего, моя книга – это способ для меня найти ответы на все вопросы.
Она меня освобождает – от этого мира, от людей. Вот я пишу, думая о чужих проблемах, и словно ставлю где-то внутри себя галочку.

Я по-другому не могу обратиться к людям.
Но каждое написанное слово, пусть не дошедшее до адресата (не по моей вине) – это освобождение. От каких-то, мною уже не ощущаемых, внутренних обязательств перед этим миром и людьми.

Поэтому как-то незаметно моя книга перестаёт нуждаться в печати.

И после этих строк я целых два листа в дневнике возмущалась якутами, которые конституционно коренными жителями своей территории назвали якутов, а остальных выставили вон. И чего-то им объясняла подробно.
И такое у меня пошло отвращение, и так мне надоели эти якуты, в том числе… Я не стала это перепечатывать.

Да что я тут каждую блоху выискиваю!
Пусть прыгают, пока прыгается.
Совесть таким назад не впечатаешь.

А у меня уже аллергия пошла.
.

8.11.2016г.
С насмешкой наблюдаю за распространением новой тенденции ( по правде говоря, довольно старой), которую навязчиво так начинают внедрять в жизнь.
Советский Союз – это хорошо, но Сталин…
Сталин – государственник, но убил…
Мы должны ценить прошлое, но репрессии…

Вот это холуйско-либеральное «но» вылезает везде сейчас. Без доказательств, опираясь на псевдоисториков, солженицыных и суворовых, на Хрущова, в конце-концов, но пролезает настырное желание сделать это утверждение аксиомой. Нескрываемая жажда вымазать дерьмом любой ценой, используя уже иные способы лжи – не прямо, а вот так, исподтишка.
И как-то ушли в тень другие историки, доказывающие о том, что это чистейшая ложь.

На Украине десоветизация вызывает истерику, а десоветизация новым кланом белоленточников, здесь, в России, подаётся как откровение. Правда жизни.
Эти люди решили провести её не столь агрессивно, как в былые годы. Просто наглухо заткнули всех оппонентов и вещают новые мантры с этим пресловутым «но». Чтобы ненавязчиво так проникнуть в уже давно невежественные мозги российского народа. Чтобы неподдающегося заставить защищаться и сделать шаг назад.
Потому что большая ЛОЖЬ всегда вырастает на маленькой, но хорошо укоренившейся лжи.
Если народ примет, наконец, одну враку за аксиому, дальше его уже будет легко сбить. Надо же на что-то опираться, выстраивая свою антисоветчину!

Я помню «борьбу» по телевидению, затеянную смелыми либералами за свою правду о Сталине: три молодых крепких демократа противостояли девяностолетнему старику, еле-еле разговаривающему из-за проблем с дыханием. Других оппонентов не нашлось, видимо.
Я такое слушать не смогла – меня одышка старика доконала, но аудиторию он всё равно выиграл.

В то время антисоветчина (и антисталинщина) была оружием русофобствующего демократа. Сейчас родился новый подвид антисоветчика – белоленточный патриот. Как бы за Россию. Но с душком неприятия её советского периода истории. С полным или неполным его отрицанием (а по сути – полным), и с этими самыми «но».
Люди, действующие методами либералов – наглые, попирающие чужое право на защиту, беспринципные. Вроде бы не самые плохие, как Поклонская, но с лёгкостью, при необходимости, плюющие в чужую душу. И только потому, что ОНИ ТАК ЧУВСТВУЮТ и, значит, это правда, не требующая доказательств.
Вышла, вон, с иконой Николая II на марш Памяти.
Или последние её записи с нападками даже на Китай. Невежественна и упёрта. А как она сметает оппонентов! Она даже их не слышит. И ведь она искренна в своей ненависти. Всё идёт из души. Придёт время – и вы уже не остановите таких. Выйдут вперёд, с горящими глазами, с печатью аскезы на лицах – чем не святые? И тут же, из всех щелей, на их зов выползут и их сторонники. Агрессивные, недумающие, опирающиеся на инстинкты. И пойдут крушить тут всё подряд и всех подряд, несогласных с ними. А «святые» будут лишь торжествующе покрякивать с трибун и ждать, пока граница не будет пройдена и не наступит хаос. Тогда многие из них опомнятся, что натворили!? А некоторые из них даже догадаются, ЧТО ими двигало. Да поздно уже будет. И для них – поздно. У ТАКИХ в то время уже обратного пути нет.
И ведь она не одна такая. Вот новый министр образования заявила тут о преступлениях Сталина. Объявили сталинисткой – надо же отмыться.
О каких преступлениях? – Уже даже не уточняют. Это ведь не требует доказательств. Все знают и так. Маленькая врака уже прижилась.
Признали (так и быть! – деться просто некуда было, а то и здесь дерьмо лили вагонами) государственным мужем, НО…

И вот я отвечаю на все эти выпады и антисоветские истерики:

Ни в Конституции, ни в идеологии Советского государства не было никогда законов, позволяющих безнаказанно убивать или унижать своих граждан. В отличие от той же Америки с её бесправными неграми. И Советское государство не наделяло своих чиновников вседозволенностью без всякой уголовной ответственности за совершённые преступления.
Советское государство создавало законы и правила, позволявшие каждому гражданину иметь равные возможности, равные права на образование, медицину, отдых и пр.
И Советское государство делало всё возможное, чтобы претворить в жизнь свои цели, вкладывая все силы в улучшение качества жизни граждан.
Поэтому Советское государство и те люди, которые руководили им, не несут ответственности за наличие человеческого фактора на любой ступени общества, в т.ч. и во власти.
Тот же Ежов, который устроил террор 37-38 годов был вычислен и понёс заслуженное наказание. Больше таких ошибок допущено не было.
Вас раздражает, что его не сразу разоблачили? Не мгновенно? – Я думаю, история сохранила для вас все документы, по которым вы сможете восстановить эти события. И получить ответ.

Государство лишь в том случае несёт ответственность за человеческий фактор в своём обществе, если оно ничего не делает для защиты своих граждан и себя от этих асоциальных элементов: воров, убийц, преступников всех мастей, диссидентов, устраивающих теракты, казнокрадов и пр. уголовных элементов. Если государство потворствует преступникам, давая им права, которые не имеют окружающие их обычные, честные граждане, списывает или не замечает их преступления, сводя их обязанности, как граждан общества, к минимуму.
Если государство попирает справедливость. Ухудшает условия жизни своих граждан, непомерно увеличивая цены и налоги, порабощая, таким образом, искусственно, доведённых до нищеты бесправных граждан – большинство населения своей страны, делая это ради интересов кучки маргиналов, местных или иностранных, то только тогда государство (и, соответственно, его власть) несёт ответственность за совершаемые внутри него преступления.
Ибо такие преступления СИСТЕМНЫ (государство само плодит их и не заинтересовано в их искоренении).
В таком государстве права маргиналов закреплены в Конституции, в Гражданском и Уголовном праве и так же законодательно обычные граждане этих прав лишены.

Ни Советскому Союзу, ни Сталину НЕ ЗА ЧТО извиняться перед вопящими психопатами, двуликими и скользкими елейниками и лживыми интеллигентами, обвиняющими их во всех грехах, какие только смогло создать их гнилое воображение.

Зато у этих людей, если они обладают властью и деньгами, как у сегодняшней России и у всей её политической элиты, боюсь, уже сейчас очевидны большие проблемы и именно по тем обвинительным приговорам, которые они так навязчиво пытаются налепить своим оппонентам.

***
Как жаль, что моя книга – это всего лишь слова, мой мир – всего лишь иллюзия…

Но мой Бог – реален. Моя вера – реальна.

И это даёт мне надежду, что они не смогут сбежать.
И что наказание преступников обязательно впереди. И оно их ждёт. Их прислуживание деньгам должно быть наказано.
А своей ложью они лишь подыгрывают Дьяволу.
И я очень хочу, чтобы все они ответили за те преступления, которые вот таким образом оправдывают. Вплоть до мальчиковкольизуренгоя. Потому что все соучастники преступления должны нести ответственность за свои действия.
И я верю, что так и будет.

И я уже не хочу их останавливать.

Иной друг хуже ста врагов.

Мне надо перестать реагировать на происходящее. Когда ничего нельзя изменить остаётся одно желание, чтобы то, что должно произойти, произошло поскорее, и одна проблема – встретить свою судьбу достойно, без страха, сожалений и упрёков.

Уходить надо красиво, как это ни смешно звучит.

Вот приснился сегодня сон:
Я в Коммунарске, в доме бабушки, но ничего там не узнаю. Незнакомый молодой мужчина открывает духовку и подводит к ней еле идущую молодую женщину.
- Хочет покончить самоубийством? – думаю я совершенно спокойно и решаю уйти в другую сторону.
Я знаю, где выход. Кучи дверей. Я выхожу во двор и иду к воротам. Калитка закрыта и блестит ручка на ней. Металл блестит от чьих-то частых прикосновений к ней.
Я бегу к калитке. Легко так, быстро и чувствую, что сзади меня нагоняет этот мужчина. Я знаю, что он опасен, но не боюсь.

Я хватаю ручку, но он меня опережает и сам открывает дверь. И вот тут я оборачиваюсь к нему. И вижу его лицо, искажённое от злости, ярости. Он идёт, а за ним – Тьма. И он, как точка, с которой прочерчена линия. Посередине идёт, вокруг, перед ним, ещё дорожка, кусок забора, деревья, а за ним – Тьма непроглядная. Ничего нет.
Он доходит до меня и двумя руками выталкивает вон. И закрывает калитку.
.

11.11.2016г.
Сложные у меня отношения с моей матерью. Трудно быть рядом с человеком, который тебя не любит, а просто терпит. А если этот человек – твоя мать… Не хочу уже ничего перечислять, привыкла, наверное, постоянно держать дистанцию и не подпускать её к себе. Чтобы не получить неожиданный удар в спину. Только всё время медленно уходила и уходила в сторону.

Но я тут вспомнила свой недавний сон, в котором в вагоне ко мне вдруг прилипла какая-то женщина и своей материнской любовью и жалостью увлекла за собой, прочь куда-то… Забрала и выкинула мою сумку – мою ношу.

- А если так должно быть? И это единственный способ оставить меня наедине с собой, чтобы я искала помощь не в окружающих людях, которые в этой ситуации опаснее убийцы? Как и в случае с отцом.
Ведь человек – это не машина. Его не выключишь и не перепрограммируешь мгновенно, когда цель достигнута.
Если нужен был определённый порок, он должен был быть истинным, иметь почву под собой. Тьму не обманешь. И негатив не сыграешь, если его не чувствуешь в жизни.

Да, её отторжение и враждебность были и есть очень болезненны для меня. Но они замкнули меня на себе и сделали почти невозможное в моей ситуации – дали понять, что у меня, кроме меня самой, нет ни друзей, ни помощников. Что нельзя ни к кому обращаться за помощью, потому что я – никому не нужна.

Не знаю, насколько это хорошо ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ, но в поиске веры и Бога – это было единственно верное психологическое состояние. И только значительно позже я и сама заметила – МНЕ ВСЕ МЕШАЮТ. На этой дороге, именно в поиске Бога, не должно быть никого, кроме ищущего и Искомого. По крайней мере, на моей дороге было именно так. Чтобы не свернуть случайно, по слабости, на неверную, но уже исхоженную тропинку.
Первопроходцу всегда непросто.

И вот тогда я поняла, что не могу ничего утверждать. Откуда у неё этот негатив ко мне и на чём основан?

Причём я не говорю, что это не проблема для неё. Мне бы очень не хотелось, чтобы она ушла, так в себе и не разобравшись и не выделив в себе этот негатив, который она ко мне испытывала и испытывает.
Я по этому поводу вспоминаю её рассказ о том, как её напугал мой первый ОСМЫСЛЕННЫЙ взгляд. Младенческий! Когда мне было месяца четыре. Заметила, что я смотрю на неё и наблюдаю за её движениями. И это вызвало у неё не интерес или радость матери, а СТРАХ!
Это и есть инстинкт. И основа её дальнейшей враждебности ко мне.

- Почему ты боишься меня?
Что тебя пугает?
Что ты ждёшь от меня?
Только ты можешь это вспомнить – у истока моего появления рядом с тобой.
Искренне, без лжи самой себе, и без страха.
А лишь с интересом найти любой ответ и принять его и себя, ибо отрицая очевидное изменить его невозможно.
И, к сожалению, я не смогу быть рядом во время этих поисков.
Слишком всё уже запуталось и я буду мешать тебе.
А нужно, чтобы настоящее не влезало в прошлое.
Ответы все – в прошлом.

Возможно, это поможет, а возможно и нет. Вопрос к ней из далёких дней, который в своё время так и остался без ответа:
- Почему? Почему она покончила собой? Почему бросила, оставила двух маленьких детей? Что ей не хватало?

И уже в те дни существующая у неё сейчас проблема уже была.

Но что бы она не нашла, пусть знает, на моем пути мне нужна была именно такая мать, как она. Но мне не хочется, чтобы свое неприятие меня она унесла с собой…

Даты закончились.
О Правосудии.
Меня не устраивает существующее здесь правосудие, его законы для меня – неприемлемы. Поэтому, хоть я и пишу о своих претензиях, лично не собираюсь участвовать ни в каких судах. Не хочу, чтобы какой-нибудь неопрятный судья, вроде той распальцованной миллионерши из Краснодара, которая стала судьёй по блату, с помощью братков, с купленным дипломом, или судьи из Головинского московского суда, узаконившего перед подонками полную бесправность всех русских, как национальности, перечислять можно бесконечно, ко мне прикасались.
Но я определю основную разницу между вашим и моим правосудием.

Я уже писала о том, что существующее правосудие защищает преступника от жертвы и создаёт максимальный комфорт для правонарушителей и правонарушений.
Существующее правосудие создано по принципу игры в прятки, эдакой видимости правосудия, иллюзии: «Попался – плати. Не попался – ты выиграл! Бонус тебе и наши аплодисменты, потому что платят только лохи».
И в этой игре любая попытка не заплатить по счетам молчаливо и с одобрением всеми, кроме жертвы, приветствуется. И если в ней нужно пнуть жертву для того, чтобы победить её в своём споре об оплате, то это даже поощряется. Только пнуть надо по правилам, чтобы не заметили, иначе преступник сам становится для судебного процесса лохом и жертвой, на которой все отыгрываются.
Такое вот человеческое правосудие, существующее здесь и сейчас везде. В том числе и в России. И потому и судьи и все, кто непосредственно включён в эту игру в иллюзию правосудия, поддерживают установленные в ней правила всей своей душой, и потому очень легко превращаются из людей в откровенных мерзавцев, которых самих требуется судить.

Моё же Правосудие таково:
Если в обществе совершено преступление, то в этом сразу обвиняются ВСЕ. По умолчанию. Не по принципу «не пойман – не вор», а все виновны. Потому что, если в обществе произошло преступление, значит это общество ГНИЁТ, и в этом виновны все. Не досмотрели, проигнорировали проблему и не захотели её вовремя решить. И это значит так же, что под подозрение сразу попадают все, кто оказался рядом так или иначе.
Вот, скажем, рядом со мной произошло убийство и, естественно, раз я была неподалёку, я попадаю под подозрение. Но так как я не совершала этого убийства, то в моих интересах предоставить в правоохранительные органы все доказательства моей невиновности. Любой ценой. Пожалуйста. Если не оказалось у меня алиби, то детектор лжи, гипноз, проверка моих мыслей – я сама заинтересована в том, чтобы убрать себя из подозреваемых и не мешать следствию своим присутствием искать настоящего убийцу. Преступники лживы и коварны. Они любят прятаться. А я хочу, чтобы его нашли.
И так мыслит каждый нормальный человек, понимающий, что наличие преступлений в обществе говорит о том, что общество идёт не туда. И что это - вина каждого.
Зато преступник, не желающий платить за свой проступок и любой отмороженный индивид, ассоциирующий себя именно с преступником, а не с жертвой, будет агрессивно отстаивать своё право на прятки в тёмном углу. Он не хочет никаких проверок, даже если он и не виновен, потому что уже видит себя на месте преступника и хочет сохранить себе лазейку.
Ни у одного человека в моём обществе нет именно ПРАВА на падение, на ошибку. Есть просто возможность (свобода) упасть в Бездну. И эта свобода ничего не гарантирует упавшему, потому что раскаяние, без полной оплаты своего проступка, практически никого не спасает. Потому что, таким образом, оступившейся теряет способность к раскаянию.

А в вашем обществе, преступник и сам даже об этом не знает. Не говорят, почему-то, гражданам, что оступившиеся теряют саму возможность стать нормальными.

Я, конечно, продолжу, но по названной выше теме я написала всё.

Это как раковая опухоль в здоровой ткани.
Когда человек мысленно соглашается с возможностью совершить любое преступление, он впускает в свою душу эту болезнь. Рак – это живой организм, живущий за счёт хозяина. Полип. Организм человека устаёт, не имеет уже жизненных сил и тут же появляются подобные полипы – вирусы, которые помогают организму умереть побыстрее.
Главная особенность полипа – это нейтрализация всех нервных окончаний вокруг, чтобы организм не чувствовал, что его кто-то начал есть и не начал сопротивляться. По крайней мере, пока болезнь не окрепнет.
Так же действуют и вирусы, поселяющиеся в душе человека, когда эта душа отказывается от законов своего существования. Только действуют они на ментальном уровне, уничтожают жизненную энергию, потому что питаются продуктами её гниения, и преднамеренно создают в душе для себя питательную среду.
Можно не верить в душу человека, скептически относиться к её болезням и к возможностям подселения в неё ужасного полипа, который медленно, но верно, её сгрызает, нельзя лишь отрицать то, что нарушение внутреннего ТАБУ освобождает выродка от совести, даёт ему непередаваемую свободу без ощущений своих комплексов, без сомнений, почти мгновенно непомерно раздувая его эго. И куда это всё вдруг девается!? Вопросы как-то уже не задаются. Но зато какой полёт! Какая мания величия! Такое презрение и пренебрежение к оставшимся с совестью придуркам!
И не важно, какое было нарушено табу – педерастия, педофилия, убийство или случки с животными, КАЖДОЕ НАРУШЕНИЕ отвечает за свою сферу. Их много – разновидностей этих ментальных червяков.

Пустых мест в Природе нет. А ослабленный организм уничтожается. И на ментальном уровне тоже.

Так какой вирус вы запустили в свою душу? – Огромного зубастого монстра, который вас превратил в бездушного отморозка, обезвредив все тончайшие душевные «нервы», или же маленького червячка, который, тем не менее, очень лихо вами закусывает? И вот человек, любящий всего лишь приврать, вдруг совершает подлость, затем ещё одну, уже не задумываясь, затем на глазах мельчает, затем начинает ненавидеть просто из зависти, невесть откуда взявшейся… А в его душе, думаете, господствуют именно его, человеческие, чувства, а не чувства этой примитивной сущности, которая знает, куда осесть и что задеть, чтобы именно она доминировала в этом союзе? Оттого и господствующие, такие примитивные желания и потребности, оттого и такая неудовлетворённость, такая, порой, непонятная усталость и дискомфорт, такая злость, на себя самого, если приглядеться…
Они так похожи, эти носители в своих душах пришельцев из тьмы. Их лечили, вытаскивая после их смерти, этих червей. Но они же как дырявое сито. Не залечивают свои раны, а тут же заполняют образовавшуюся пустоту ещё большим количеством этих сущностей. Для многих из них жизнь уже давно идёт авансом, а не за счёт их желания жить. Что там от них вообще осталось?- Нельзя реанимировать их вечно.
И только позже, когда позволят, в свой срок, они почувствуют боль своей разложившейся, сгнившей, съеденной души!
И не только боль.
Вы все тут больны глистами.

Но Бытие не позволяет ещё менять реальность столь кардинально.

Мне тут приснился сон на эту тему:
Бегаю я по какому-то помещению, ищу выход. Потому что знаю, что мне надо уйти. Какие-то лестницы, переходы. Причём знаю, что на улице – ужас, страх, и что все бегут вот сюда – к другим, что-то вроде огромного магазина, потому что одному страшно. И вот я нашла дверь – выход. Там рядом стоит Охранник – моложавый мужчина. Он охраняет дверь. Он мне говорит: «Туда нельзя».
Но я всё равно открываю дверь, ведь мне надо куда-то уйти отсюда!
И тут же, с улицы, на меня кидается совершенно невменяемая старуха. Она, как зомби из фильма ужасов. Я от неё отбиваюсь и знаю, что она заразна, нельзя, чтобы она меня укусила. Каким-то образом отбилась, как-то и не помню как, дверь опять закрыта и я спрашиваю у Охранника: «Когда всё это началось?»
И он мне отвечает: «Да вот два часа уже».

И я проснулась с мыслью, что пройдёт всего два часа, когда придёт Конец, и за эти два часа мир изменится до неузнаваемости. Мгновенно. Не останется никаких сомнений в том, что происходит.

Так что не беспокойтесь о Конце Света. Когда он наступит – это сразу поймёт каждый. Почувствует. Увидит. Вдохнёт.
И Бытие уже будет другим.

А пока этого нет, значит, для держателей в душах своих червей ещё есть шанс подумать о себе.

Две жизни.
Две жизни от начала и до конца, сегодняшняя не в счёт, с условием правильного общества и правильного воспитания от нуля. Это то, что нужно каждому такому индивиду, чтобы у него действительно появился выбор.
Весь вопрос – а будет ли для этого у них время?

*
И опять меня отвлекла от прошлого сегодняшняя тема – олимпийская.
Посмотрела я на холуйское торжество нынешних лакеев у власти, я имею в виду министра спорта Мутко и главу олимпийского комитета Жукова, и иже с ними, и подумала: «Лакейскую природу не исправить ничем».
Их унижают, им дают пинки, их обворовывают, их оболгали с ног до головы, а они – ничего – как всегда, отёрлись и дальше продолжают лизать зад. Это же не вчера возникло – вот такие нападения на российских спортсменов. Ещё до поднявшегося срача с допингом были такие случае – и вот эти лакеи, вместо того, чтобы защищать своих, просто отмалчивались. Их либеральное мировоззрение не давало им возможности защищать ни себя, ни других. Как можно нападать на Хозяина? Ещё и 15 миллионов выплатят, холуи, за собственную травлю, и ещё и спасибо потом скажут. Отрутся от плевка в лицо и сделают подобострастный поклон.
И вот теперь я просто говорю спортсменам, поставленным лакеями у нашей власти в непростую ситуацию, ведь и среди них могут быть ещё адекватные, а не отравленные либерализмом:
- Иногда бывает, что одно единственное неправильное решение становится причиной падения в Пропасть. Один раз согласишься, склонишься перед обстоятельствами, попробуешь приспособиться – и всё. И уже не поднимешься. Душа не прощает таких ошибок.

Ну а для других, из лакейской породы, скажу:
- Не забудьте потом, после вашей олимпиады для лакеев, ручку облобызать у своего Хозяина. Он это любит.
.

Даты нет.
О вере.
Я считаю, что у меня не сформировалось чёткого определения веры в книге. Я не успела это сделать, чёткая картина пришла позже. И вот ниже то, что я хотела бы сказать:

Вера- не естественное для человека состояние. Для его природы, замкнутой и зацикленной на себе.
Позволить себе впустить в себя НЕЧТО ПОСТОРОННЕЕ и при этом полагаться на НЕГО, опираться именно на ЕГО решения, а не на свои – это тяжёлый труд, требующий постоянных усилий, внимания и терпения.

Бог даёт человеку очень много, по сути, приравнивая к Себе, по дающимся человеку возможностям, и именно потому Бог ни в коем случае не навязывает человеку веру в Себя. Авансом ничего человеку не даётся – чтобы стать богом, человек добровольно принимает Бога в себе. Намеченная Богом для людей Цель слишком велика, чтобы наградить ею недостойных, не согласных с Богом.
Именно потому к Богу приходят только по собственному желанию, добровольно. Потому что без своего истинного желания человек ничего и НИКОГО не впустит себе в душу. Это невозможно по факту – так он устроен. При агрессии он закроется, как сможет, приспособится, как сможет, но себя не отдаст. Будет выжидать. С надеждой или безнадёжно – не важно. Смерть – это тоже решение неразрешимых проблем.
Именно поэтому все, кого привели в церковь или по причине немощности (младенцами), или под угрозой жизни (как в исламе) должны будут подтвердить свой статус принадлежности к той или иной церкви уже сознательно. Юность – смывает крещение вместе с взрослением. И не только крещение. А приведённых насильно нет в Списках Бога изначально. Таковы Правила.

Другое дело – Дьявол. Он создан, чтобы убивать жизнь. Ему не нужно согласие жертвы. И смерть – это сопутствующая часть его цели. Конечно, смерть смерти рознь, но чтобы разрушить тело, а заодно, и душу человека, здесь согласия не спрашивают. Падающий объект бьют во все слабые места, заставляя подчиниться.
О Дьяволе вообще надо писать очень осторожно – это очень опасная и скользкая тема . Потому что, чем больше о нём говоришь, тем ближе он к говорящему. Ну и к слушающему, если задело кого неправильно. Но и не говорить о нём нельзя. И, кстати, эта тема очень отвлекает – прямо втягивает в себя.

Для веры, для её правильного формирования, очень важен пассивный атеизм. Детство своего рода. Именно в это время в человеке должны закладываться все правила социального общежития – высокие идеи человечности, необходимости внутреннего развития с желанием познать себя. Именно у такого человека, повзрослевшего достаточно, чтобы осознанно глядеть на мир и на себя (в отличие от детского восприятия, живущего чувствами), должно появиться желание найти Бога. С соответствующими вопросами: есть ли Бог? Кто есть он сам, этот человек? Зачем он живёт и что его ждёт? Где он и что он?
Это очень важно, чтобы у человека возник подобный интерес. Искренний, непредвзятый. Для себя.
Потому что, чтобы найти веру, надо найти Бога. И этот поиск должен происходить один на один – человека и Бога. Потому что Бог открывается именно в меру человеческого желания ЕГО найти. Нет этого желания – нет и Бога. И человеческий шантаж типа «дай мне, Боже, то и то – и я в Тебя поверю» - здесь не пройдёт.

Очень легко на этом пути убедить ребёнка (=ищущего) в своей правоте и в своей вере. И он чувственно пойдёт вслед – сделает несколько шагов за чужой верой. Но эта вера в чужую веру, она действенна только, пока объект поклонения находится рядом или пока безупречность этого объекта находится на нужной высоте (с точки зрения оценивающего). Стоит что-то здесь потерять и вслед за разочарованием неизбежно придёт безверие, потому что сам человек ничего ещё не искал и ничего сам для себя не хотел найти. Ещё никогда.
Взросление ребёнка изменяет его внутренний мир и его восприятие и мира, и себя в нём, и окружающих. Ещё недавно безмерные чувства теперь требуют доказательств с опорой на логику и опыт, а не на сказки о вечном. Если раньше времени навязать ребёнку свою веру, которую он не может проверить, к началу поисков у него внутри уже отбушует небольшое, детское, пламя и его будет достаточно сложно зажечь заново.
Потому что в поиске Бога – В ПОИСКЕ БОГА – надо отбросить всё, стать неверующим ни во что искателем Истины, без суеверий, без багажа – на полном нуле. Чтобы ни обо что не споткнуться, чтобы впечатления были свежи и не заполнены прошлыми, утраченными, взлётами и падениями.
Так вот, детство – это и есть то состояние пассивного целебного атеизма, который вкупе с правильным воспитанием уничтожает в душе всё лишнее. Все эти смутные страхи, боязнь тёмных углов, вот эти все маленькие веры «на всякий случай» и попытки усидеть между стульев. И, вроде, и не атеист, во что-то, вроде, верит, сам не понимая точно во что, но и не верующий точно. Бредёт себе во тьме, не зная куда, и ничего не хочет. Потому что нет сил хотеть. Его огромная масса малюсеньких вер «абы во что» сожгла уже всё внутри, оставив только пепел.

Найти Бога – это самая главная Цель человека.
И когда человек ЕГО найдёт, он должен знать, что это только начало пути. Что заставить себя поселить БОГА в своей душе – это очень тяжело, потому что это перебарывание своей природы. Чтобы не получилось так, что Бог появился и тут же исчез.

Обращаясь к Богу (к найденному Богу!) не просите у Него чуда и немедленного исполнения своих проблем и желаний. У вас ещё нет веры, чтобы посылать Богу такие просьбы. Без веры вы ничего не получите.
Просите у Него силы для разрешения той или иной своей проблемы. Надо так формулировать своё обращение, чтобы смысл был именно таков: «Господи, дай мне силы, чтобы решить мою проблему (и чётко, коротко определите проблему)». Только в таком обращении Бог находится внутри человека – что очень важно.
Когда же вы просите у Бога помощи, без крепкой веры, то, по ощущениям, Бог сразу становится вне просящего, который в стороне, инфантильно, как бы начинает смотреть вверх и ждать оттуда чуда.
Поэтому слова «Господи, помоги мне» и прочее в этом роде, для человека не просто бессмысленны, с его-то заплутавшей во тьме душой, но и крайне опасны! Эти слова просящего просто выбивают с дороги веры и уводят в сторону от Бога.

Не повторяйте имя Бога в суе. Вы перестаёте ощущать это Слово, от своей бесконечной говорильни и бессмысленных повторений. И Бог уходит от вас. И поэтому, если вы, например, не чувствуете благодарность к Богу за пищу, просто не понимаете этих слов, то и не лгите себе и не благодарите. Вера от бессмысленных повторений, не опирающихся на чувства, к вам не придёт, зато отторжение от своей лжи вы получите самое полное. Отложите свои слова. Если вы и дальше будете идти по дороге к Богу, вы непременно вернётесь к этому вопросу, уже осознанно. Когда придёт время.
Лжи во спасение у Бога – не существует. Можно что-то не договорить по причине того, что рано и не поймут. Но врать – это правило Дьявола. Тем и отличается ищущий Бога от фарисея – ищущий Бога готов на всё ради Истины, даже жизнь положить за неё, и душу, а фарисей хочет только то, о чём мечтает. Даже если эта мечта – ложь. И Истина ему не нужна. И Бог тоже, если Он не разделяет мечту фарисея.

Именно поэтому я по-новому взглянула на молитву «Отче наш». Чтобы проверить её с этой точки зрения. Я прочла её для себя по-старославянски – и ничего не поняла. Абракадабра, требующая невероятных усилий для перевода себе каждой строчки. Тут не до ощущений. Потом я сказала её себе по-русски. И почувствовала её автора, стоящего вне Бога и смотрящего на Бога. И ещё я почувствовала самодовольство смотрящего, его ощущение важности того, что он делает – он восхищается, он служит Богу! Но Бог был не в нём.
И вот тогда я сказала так:

«ОН НИКОГДА НЕ ДАВАЛ ЭТОЙ МОЛИТВЫ СВОИМ УЧЕНИКАМ».

Либо люди настолько исказили Его слова, что молитва потеряла смысл.
Можете понимать, как хотите.

И потом я так сказала о церкви:.
Церковь – это такой предбанничек перед Домом Бога, который делают себе люди. Вот они стучатся к Богу и говорят Ему: «Господи, мы идём к Тебе. Дай нам достаточно времени, чтобы каждому из нас хватило для выбора. Вот мы собрались в этом предбанничке – те, кто хотел».
И Бог смотрит в Церковь, считает в ней людей и даёт им время для выбора. Если их просьба искренна. Не вокруг смотрит Бог, не на всех, а только на тех, кто в Церкви. И тогда время растягивается, даже с учётом отстающих и завязших в грязи, но примкнувших, дураков. Потому что в человеческом обществе ОБЩНОСТЬ имеет большую цену, чем отдельный индивид.
Конечно, когда церковь умирает и остаются одни единицы, они имеют цену для Бога и время распределяется только на них. Но у них, у этих отдельных избранных, его очень-очень мало. И они не могут им делиться с другими.

У Бога в человеческом мире нет собственности. И Бог не платит избранным своим деньгами за их служение Ему и не принимает от них деньги. И Бог не нуждается ни в чьём служении Себе.
Человек – нуждается в Боге.
Просто Бог не смотрит на человека, который не смотрит на Бога.

А у меня, в моём мире, не в вашем, где нет храмов на земле, а только в сердце человеческом, Церковь – и есть Бог. Но для такой Церкви – у вас тут нет ни веры, ни даже обычной человеческой совести.

Что такое обет безбрачия?
Это когда в человеке загорается столь яркое, столь сильное пламя Веры, что в его душе не остаётся места для другого человека. Если такой верующий впустит в свою жизнь кого-то, партнёра, он просто превратит его жизнь в череду обид, разочарований и пустоты, и даже в настоящий ад. Потому что не будет его видеть вообще. Его Пламя заслонит от него всех.
Это возможно, когда человек один идёт по жизни. Ни за кого не в ответе. В ином случае, это неправильно. Это эгоистично. Безусловно, есть люди, которые добровольно готовы принять чужие условия, заранее предупреждённые. Без обмана. С открытыми глазами. Тогда это возможно.

Но если в человеке не загорелось такое яркое и сильное пламя Веры, а тлеет внутри непонятно что, то обет безбрачия ему ни к чему. Монашество будет только будоражить его душу искушениями, его одиночество поселит в нём гордыню и чрезмерное, утрированное ощущение своего подвига.
Подвиг безбрачия! – подвиг на пустом месте, служение непонятно чему.

Обет безбрачия – это свободный выбор по велению души, обретшей Бога.

Это не назойливые запреты, влекущие к неизбежной корректировке Бога с отрицанием того, что Он создал. Не человек создал природу, в том числе и свою. Любая корректировка Бога влечёт за собой гордыню и основана на обычном неверии. Человек и сам не замечает, что теряет Бога.

И появляются вегетарианцы, например, которых я терпеть не могу. Когда живая особь, живущая исключительно за счёт Другого, Некоего Высшего Существа, Который её создал и даёт ей Свою силу и даже часть Своей Души, чтобы эта особь могла жить, вдруг начинает тут предъявлять претензии к самой Основе существования этого мира, и становится для себя, что называется «святее папы римского», то она превращается тут же, мгновенно, в обыкновенного неблагодарного упыря. Ешьте, что хотите, придурки, но не делайте из еды фетиш. Еда не делает чище вашу душу. А душа – она есть у каждого объекта в этом мире. Даже у неживого.
Но это я отвлеклась.

Поэтому не стоит утрировать значение обета безбрачия, иначе очень легко этот выбор лишает рассудка. И зацикливает человека не на вере и Боге, а на проблемах ниже пояса с непрерывным их смакованием.

*
А теперь я затрону ещё одну, крайне раздражающую меня тему, обращённую именно к таким зацикленным:
- Вам известно, что лезть в чужую постель и подсматривать за чужой наготой – это, по меньшей мере, неприлично? Или вы пропустили эти слова в Библии?
Так вот, вы, озабоченные старые мухоморы, прилипшие к чужой девственности, ДОСТАЛИ УЖЕ!

ОСТАВЬТЕ ЕЁ, НАКОНЕЦ, В ПОКОЕ!
ПОШЛИ ПРОЧЬ ОТ ЕЁ ПОСТЕЛИ И ОТ ЕЁ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ!

Или вам надо дать реального пинка, чтобы вы или пришли в себя, или улетели прочь?
Присосались к теме, как пиявки.
Не мешайте ей, пока стоит этот мир, пройти свой человеческий путь. И не ваше это уже дело – этот путь.

Как вы собираетесь проверять её, эту девственность? – Медицинским освидетельствованием?
Вы, думаете, для вас были написаны эти слова в Библии?
Есть факты, которые принимаются только вкупе с другой, более доказательной базой, и эти факты стараются просто не трогать. Потому что они – недоказуемы. А уж подобного рода факты просто стыдливо пропускают. Нормальные люди.

А даны были эти слова не для вас, а для вон того, озабоченного совокуплением Должикова, и иже с ним, возможно, кое-кто, который должен был их прочитать и насторожиться, потому что Богу не нужны реальные мужчины, чтобы прийти сюда. И пересмотреть свою позицию и своё значение в этой ситуации.
Опять отвлеклась.

Если же пассивный атеизм (=детский) не переходит вовремя в стадию поиска Бога, он становится содомией.
Содомия – это атеистическое преобладание низменных биологических потребностей человека над духовными.
И это происходит, как в отдельном человеке, так и в обществе.
В том числе и в церкви.
И они умирают.

Подумала тут о сгнившей Западной русской православной церкви.
Подумала о том, что всё-таки у РПЦ – особый статус. И хоть исключений здесь не даётся, но ведь особый статус, что-то да должен значить! Так что, если отпавшие, в своё время, от РПЦ церкви захотят самоликвидироваться, признав свою неправоту, и тем войти назад в РПЦ, то никто им мешать не будет. Но принять решение они должны до того, как в церкви начнутся какие-либо перемены.
А так – Византия их ждёт. Если захотят.

Но сразу напоминаю, что если до моего пятидесятилетия ничего не произойдёт, то все эти слова – просто пустой звук. Я закрываю двери для всех, кроме близких по духу мне людей.
На этом пути церкви мне уже не нужны.

Последний видение.
Смотрю, летит ко мне какой-то предмет и вдруг он замер в полёте, как и всё вокруг. Подхожу ближе, дотрагиваюсь до него пальцем, вижу, это в меня кто-то кинул каменную плиту. Оглядываюсь – а вокруг целый скоп зависших ножей, тоже на меня направленных. Со всех сторон.
И тогда говорю:
- В этом дружелюбном мире мне, видимо, придётся исчезнуть. Не скажу, что я собираюсь прятаться, но я не желаю, чтобы толпа была в курсе того, где я, что я и с кем я. И уж тем более не потерплю, чтобы посторонние совали нос в мою личную жизнь.
А потом ещё говорю:
- В этом мире добра и любви, в переходный период, придётся существующей власти, и светской, и в церкви, выполнять роль говорящих голов. Чтобы никто не знал, кто им диктует слова, но чтобы все знали, что реальная власть – стоит за видимой. Адекватному человеку сейчас вылезать вперёд просто самоубийственно, существующая человеческая слава гораздо хуже и опаснее хулы. Даже если есть такие и во власти, им ни к чему себя афишировать. Пусть же вокруг гадают и скрежещут зубами от бессилья.
И не забывайте, что, если вы будете всё здесь менять, то делаете вы это ВОПРЕКИ, а не по заслугам и по вашей оплате. А значит, лишний шум вам ни к чему.
Кроме, конечно, решения ситуации на Украине. Сейчас уже не 2013 год и потому давно пора отправить, окопавшуюся там канадскую диаспору рогулей, обратно в США и Канаду и предложить Захарченко распространить ДНР на всю оставшуюся территорию. Убедительно так предложить. Показали миру и себе, в первую очередь, пример, раскрыли себя – пора теперь помочь украинцам закончить их вакханалию. Сами же они с запущенной уже в себе программой на самоуничтожение и со своей совершенно безумной властью уже не справятся. Так будет лучше. ВРЕМЯ ГЛОБАЛЬНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ, в том числе и разделения Украины, ещё не пришло – к нему надо подготовиться, решения должны принимать адекватные люди, но оставлять этот саморазрушающийся гнойник рядом с собой тоже нельзя. Вот когда оно придёт, ЭТО ВРЕМЯ, вы уже ничего и никого остановить не сумеете!
А пока пользуйтесь возможностью. Если хотите.
- А Крым? – спросил кто-то рядом.
А Крым уплыл. – ответила я. – И вы могли бы уплыть. Но не уплыли. Так что будет так, как будет.
.

Ну нет даты.
Моя книга построена так, чтобы дать все возможные варианты развития событий. Хотя, конечно, в свете настоящего, основной мой упор – на моих близких. Я не могу изменить мир – я смиряюсь с ним. Пусть идёт уже, куда хочет. Слишком большое сопротивление в нём я вижу себе.
Но своим близким я ещё помочь могу, особенно, если мне удастся найти издательство, которое согласилось бы напечатать мою книгу. Так у неё больше шансов найти моих людей.
И, конечно, мне бы хотелось, чтобы моя книга проникла как можно глубже в этот мир.
Тогда больше шансов у моих людей притянуться к ней.

Неплох бы был здесь небольшой скандальчик, или даже скандал побольше, потому что это способ в самое короткое время пробить здесь приличную брешь, чтобы в ней утвердиться.
Я не люблю скандалы, но здесь бы я согласилась даже пойти против своих желаний, до известных пределов, конечно, если цель бы оправдала средства.
Даже готова перетерпеть короткий отрезок славы и внимания к себе, ведь надо же как-то объяснить людям, кто я такая и почему я здесь. Но только очень короткий отрезок. Потому что я терпеть не могу, когда кто-то суёт свой нос в мою жизнь. И ещё больше не могу терпеть, когда кто-то идёт поперёк моих желаний.
А я хочу быть автором сказок.

Не зря ведь я шла как-то и услышала слова:
- Это ТВОЯ жизнь.

Так что я имею полное право так хотеть.

***
Так как я уже описывала, в своё время, принцип внедрения моего Бога в этот мир, повторяться не буду, противно, то я выдвигаю здесь последнее моё условие, напрямую связанное с этим принципом. Причём оно для меня настолько важно, что его невыполнение вычёркивает сразу все варианты с чужаками. Не раздумывая.

Так вот: я хочу забрать себе все пророчества из Библии о торжестве Иудеи, о её славе и мытарстве, о её детях, которые будут славны в веках.
Это не народ там указывается. Вы плохо переводите и понимаете тексты древних пророков. Это реальная женщина. И это женщина – я. И дети мои – не для вас рождённые, а для меня и для моего любимого человека, если такой вообще здесь может быть. И слава их – это слава их детей и их народа, который живёт по законам моего Бога. Я перевожу эту часть Библии на себя. Хотя говорить вам об этом будет нельзя. Будете молчать, зная. И пророчества остаются, и вопрос о будущем победном торжестве умершего Израиля как-то сразу, сам собой, отпадает.
- Отличный и правильный ход. – сказали мне.

И если в этих пророчествах что-то станет для меня недоступным, если хоть какое-то пророчество из всех их я не получу, а ведь мне уже будет 50 лет! – то я не буду играть с вами в мою игру. Я тут же пошлю всех вас к евреям. – .
И ждите с ними чьего-нибудь прихода…
Всего, чего хотите. Но без меня.

И это всё, конечно, не означает, что об этом можно говорить и это можно утверждать. Сказки – есть сказки. Просто мечты творческого человека.
И, конечно, это не означает, что семья – это моя сегодняшняя мечта. К сожалению или к облегчению, даже не уверена, встречи исключительно с зацикленными на себе мужчинами, которые очень легко мною жертвовали ради своих интересов и интересов непонятно каких, в большей степени, что ещё хуже, создали меня такой, какая я сейчас и есть. Я не верю и особо уже и не нуждаюсь в любви, в дружбе и прочих человеческих ценностях. Мне не интересны даже дети, потому что это – дети чужаков - серые, неинтересные, без будущего. Из них вырастают безумцы и их уже не исправить. Весь мир против.
Я так долго от всего этого избавлялась, что, похоже, наконец, избавилась. Здесь играет роль определённая женская стервозность – такая жизнь требует продолжения, а не скорейшего её окончания, а я не хочу жить ради своих врагов. Я не хочу жить ради людей, не похожих на меня. Я не хочу их спасать ценой самой себя.
У них уже есть один такой Спаситель – вот пусть Его и ждут. Пусть приходит и объясняет им, где они не правы. Я только за такой вариант.
Второй же подобной ситуации пусть не ждут, особенно от меня. Я – злопамятна, мстительна и ничего не забываю. И я уже выработала в себе те здоровые безразличие и холодность, которые и должны быть при мыслях о своих врагах. Я готова их отдать кому угодно. Это было сложно, но у меня получилось. И я готова и дальше идти по этому пути. Он мне уже начал нравиться гораздо больше, чем мои уходящие мечты о человеческом. И чего я за них так цеплялась? Было бы за что…
Поэтому я могу внутренне согласиться со своей дальнейшей жизнью только исключительно ради счастья самой себя, хотя уже давно не уверена в том, что мне это нужно. Пока не столкнусь с реальностью – не узнаю, и, конечно, если всё будет плохо, об этом не скажу уже никому. Значит, вы – враги гораздо большие, чем я сейчас о вас думаю. Убегу, не предупредив. Но пока мечта ещё жива и лишь всё остальное как-то потеряло для меня смысл. А послав эту рукопись в издательства – я выполнила свой план минимум, даже если эти издательства и не захотят печатать мою книгу. Самый главный для меня план, потому что потерять своих – это трагедия. Не дать им шанс – это зло. Бросить их во Тьме – это подлость. Таковы мои принципы. А время этой книги придёт теперь в любом случае.
А чужаки – эти уже, как хотят…
Если честно, мне на них плевать.

Так что ЕСЛИ Я ЗАКАЗАННОГО НЕ ПОЛУЧУ – ПЕНЯЙТЕ НА СЕБЯ.

Но для последнего варианта, для моих близких по духу людей все эти сложности мне и не к чему.
Одиночество с Богом – мне не в тягость.

***
Вспомнился мне тут Должиков, и с новой какой-то мыслью «Так что же это за говнюк такой был на моём пути и кто он вообще такой?» решила я сделать то, что никогда ещё не делала. Залезла в интернет и посмотрела его фотографии и видеоролики с ним, какие нашла.
Скажу по правде, я была более, чем удивлена.
По моим воспоминаниям - это был какой-то совершенно неприятный, фальшивый и подлый человек, всё в нём настораживало, каждое его действие вызывало раздражение. И вот это ощущение какой-то непонятной связи с ним, какой-то опасной и скользкой, которой не должно было быть… Она даже в фотографиях его ощущалась – в ТО время. Беспардонная личность, сама влезшая в мою жизнь, без моего приглашения, причём со своим уставом в мой монастырь, настойчиво навязывая мне какие-то свои правила поведения с ним и при этом не удосуживаясь даже элементарно познакомиться… Я так до конца и не поняла причин его глумливой агрессивности. И почему он был храбр только на воплощение зла.
Это была совершенно тёмная личность, в моих воспоминаниях, если не чёрная, от которой исходила реальная угроза. Он мне хотел только зла и делал только зло – это я знала совершенно точно. Я на него реагировала, как бык на красную тряпку. Я прямо чуяла опасность. Это был реальный инстинкт. Этот человек прямо разбудил во мне хищника, готового убивать мгновенно, не раздумывая, ради защиты – себя, своих, своего мира, своего детёныша, попавшего в беду. О, какого ХИЩНИКА он разбудил! Заставил оскалить клыки и вылезти вперёд! Я и не знала, что вообще такое может быть.
А тут смотрю фотографии – и не узнаю вообще. Нет в его фотографиях той, очень ощутимой, тёмной пустоты, что я увидела в его снимке в то время. Ну ничего нет. Мало того, что я его вообще не помню, так и в помине нет и той, очень ощутимой когда-то, связи. Единственная мысль, возникшая после первого просмотра: «Как!? этот обычный, в принципе, человек смог залезть в мою жизнь и так в ней нагадить?» .
И зачем он в неё влез?
Что ему мешало жить себе, в своём кругу, и тихо проплыть мимо меня? Даже не заметив.
Ну ничего нас не связывает.

Раз такое дело, решила посмотреть и видео. Нашла три ролика: старый, советский ещё, фильм о нём, как о профессоре, предсмертное видео и отрывок записи с концерта в честь его 60-летия.
Вот этот отрывок был – прямо из ТОГО времени, прямо перед нападением, но уже и тогда его вовсю колбасило рядом со мной. Эти воспоминания у меня были особенно чёткие.
И вот смотрю я запись – и не нахожу никаких следов от тех моих воспоминаний! Как и в старом советском фильме о нём. Ну ничего, в лице этого, нового для меня человека, не указывает на его неостановимую жажду совокупляться с первой попавшейся юбкой за первым попавшимся углом! Как было в моих воспоминаниях. И с детьми он вёл себя вполне корректно, в старом фильме, и я не увидела того людоеда, который проявился, когда я ТОГДА наблюдала, как он разговаривает с маленьким мальчиком. Я даже пожалела на мгновение, что не увидела этот фильм раньше, когда только взяла в руки флейту. Но потом махнула рукой: «Значит, так должно было быть».
Да, я внимательно разглядывала этого старого, но совершенно нового 60-летнего Должикова, вспоминая, большей частью, себя. Пыталась найти в нём те странности, к которым я привыкла. И ничего не находила. Видимо, он сходил с ума только в моём присутствии. А так, вполне нормальный мужчина, моложавый, незнакомый, самовлюблённый, что есть, то есть, хамовитый, и не без странностей – это да. И друзья у него странные, несут на публику полнейшую ахинею. Причём искренне. Не мудрено быть со странностями с таким окружением и с такими правилами общения друг с другом. Но мир музыкантов очень специфичен, и это, конечно, - не моё. Я не смогла бы и не хочу жить музыкальными проблемами. У меня отец был таким – из разряда «сыграть на скрипке – и умереть», и после жизни рядом с ним, с невольным ознакомлением с этим пороком или человеческой слабостью, как хотите, во всех деталях, я бы никогда не смогла оценить такую жертвенность. Отец личным примером выработал во мне полный иммунитет на подобных ему людей, можно сказать, полное их отторжение. Я вижу в подобной одержимости искусством только пустоту. Как и в любой другой одержимости человеческим, где даже ваша слишком очеловеченная вера, напоказ, словно она – не для себя, а для окружающих, для меня не несёт в себе Истины. Так что метать бисер передо мной в этой теме было бессмысленно уже в то время… Только личная приязнь или неприязнь без лишнего. Но, конечно, плохие мальчики мне нравятся. Не до крайности, до известных пределов, но ведь это МОЯ жизнь.

Посмотрела я и какие-то ролики уже о нём, выделив из них только одно: как хорошо, что меня нет в этом элитном флейтовом сообществе.
И, наконец, предсмертное видео.
Я, конечно, многое понимаю, и, конечно, помню, как он мог постареть, в миг, лет, эдак, на пятьдесят, что было, то было, но это предсмертное видео – это просто слёзы. Мятый старикашка…
Да и к последней жене его так и осталась старая неприязнь.

Что там говорить, неоплаченное преступление перечёркивает для преступника будущее, и пока не оплатить счёт, он сам подставляет своих близких. Убеждённость выродков, что, уничтожив чужую жизнь, они имеют какие-то права на свою, вызывает у меня просто ВЗРЫВ ярости с желанием стереть саму память о них, не оставить от них ничего. Моя СПРАВЕДЛИВОСТЬ, к большому сожалению подобных граждан и всех, кто их поддерживает, оказалась очень злопамятна, имеет длинные руки и у неё нет жалости. И потому подобные счета лучше оплачивать как можно быстрее. А то именно впечатления жертвы о преступнике (преступниках), а именно, мои впечатления, будут положены в основу обвинительного приговора. ПОТОМ – уже не докажете ничего. Поэтому я не жалею детей Должикова и не считаю свою неприязнь, в том числе к этой, слишком продвинутой по части секса девице, чем-то особенным. Их будущее – это его решение. И мне нет дела, знала ли она о месте Должикова в моей жизни, о его подлости и о том, что он нагадил мне выше допустимой меры, или нет. Он – преступник и потому для меня все его родственники– преступники.
Внезапно возник образ патриарха Кирилла, попытавшегося оспорить это утверждение, в кругу ему подобных, в смысле, больших сторонников чужого прощения их самих, но без умения прощать самим. Не доступно им это, и потому они-то сами никого не прощают из напавших на них и мстят сразу и сильно. И РУКА, сдвигающая их куда-то в угол, чтобы не звучали и не мешали своим враньём. Раскаяние – оно ведь только для тех, кто умеет раскаиваться, а не для тех, для кого оно – только слова и способ избежать наказания. Для таких чётко и ясно говориться, что слова без дел – не засчитываются. Хоть распойтесь соловьями. Тем более о чувствах жертвы имеет право судить только жертва. А какая он – жертва? Схоласт какой-то. Не знаю, что это, само пришло в голову, но точно – схоласт. Да, мнение у меня о нём сложилось

Никогда не принимала и не принимаю девок, которые соглашаются сожительствовать с уже рассыпающимся на части гражданином. Особенно с таким, кто задолжал мне слишком много, но не расплатился со мной за свою предыдущую жизнь, чтобы получить право на новую.
Но: умер – так умер.

И, раз уж я затронула тему Должикова, то, почему-то, считаю нужным объяснить и свой отношение к сексу. Я не против секса. Просто для меня секс – это не физиологический процесс, существующий сам по себе, а как бы Финал взаимоотношения мужчины и женщины, которые влюблены друг в друга. Более того, этот процесс – очень жизненный, он верит в будущее, если так можно сказать. Это не то, чем можно было бы заняться за минуту до ожидаемой смерти. Смерть делает секс бессмысленным, мелким, каким-то кроличье-животным. Это ощущение очень сильно в нормальных людях, а не в безмозглых либеральных режиссёрах, которых просто надо поставить в такую ситуацию, чтобы они, на своей шкуре, по опыту, убедились в правдивости этого моего утверждения. По-другому до них не дойдёт. Смерть – она очень высока, даже не героическая, а секс – он в этом плане стоит в самом дальнем углу. Смерть – это высшая Цель физиологии живого индивида, а секс – рядовой продукт. Когда приходит Смерть, мысль о ней сразу отодвигает всё на задний план. Смерть может потеснить только какая-то Высшая Идея, я имею в виду человеческий страх смерти, пусть даже такой Идеей будет истинная любовь. И уж поверьте, это будет уже платоническая любовь, это будет попытка запомнить последние минуты нахождения с любимым человеком, который тебе очень дорог и которого ты сейчас потеряешь, а не желание последний раз совокупиться и испытать оргазм, который, скорее всего, придётся испытывать одному. Но для этого нужно, чтобы любимый человек встретился до твоей встречи со Смертью, до того, как ты ощутил рядом с собой её присутствие. Если же Смерть пришла раньше и встала рядом – она убивает любую глубокую привязанность. Особенно, когда опирается на веру.

Это я так недвусмысленно намекаю на озабоченных сексом фантазёров, приписывающих Христу жену и детей. Вы плохо знаете Смерть, граждане, и я надеюсь, что при встрече с ней ваша ошибка вам раскроется и вы успеете выбраться из постели Христа. А если нет, то вам будет совсем нехорошо, ибо носы в чужих постелях обрубаются по шею.

Я потому так красиво написала здесь о Смерти, потому что она – всегда рядом. У меня были возможности завести себе любовника, но рядом со Смертью одна эта мысль всё перечёркивала. Это – просто невозможно. Тот, кто не чувствует Смерть, может до неё дойти в реальности, и ощутить почти тоже самое. Но это сейчас. Поэтому я одна. А в то время, во время Должикова, у меня было глубокое чувство внутреннего человеческого достоинства, которое не позволяло мне опуститься до уровня животного. До уровня порно, которое мне однажды показала моя знакомая и которое вызвало у меня не похоть, как у неё, а омерзение. Как в зоопарке, честное слово. Просто это чувство внутреннего достоинства, оно требует, чтобы и ты вёл себя, сохраняя для себя какую-то границу дозволенного, и с тобой вели так, чтобы эту границу не нарушать. То есть, соблюдая определённые и не такие уж сложные правила. Причём я никогда не критиковала тех, кто жил иначе, как моя знакомая, не считала для себя это возможным – лезть в чужую постель, если подобные люди, при этом, не лезли ко мне в душу и не пытались заставить меня измениться под их лекало. Их жизнь – это их выбор.
Но моя жизнь – это мой выбор. Мои правила. И не уважать мои правила, игнорировать их – это не уважать меня, презирать меня, это попытка меня уничтожить, как личность. У меня были и комплексы, и проблемы, и вообще я не монахиня по своей сути, хоть мой сегодняшний выбор, из неизбежности, - одиночество, но я видела, что я нравлюсь своему первому мужу, по крайней мере, так было в начале наших отношений, поэтому я согласилась жить с ним. К тому же мы были с ним давно знакомы.
Я не увидела этого в Должикове, его действиями руководил физиологический процесс сам по себе, без реальной, для меня, причины его возникновения. Как в порно. И он был чужак. Поэтому и его недвусмысленные предложения остались без ответа. Для меня пойти с таким человеком, согласиться на его условия – было оскорбительно уже само по себе. Я знаю, что существуют другие люди, для которых такой проблемы нет вообще. Для которых секс стоит в одном ряду с актом дефекации. И для них нет разницы, что на унитазе они сидят в одиночестве, а секс требует пары, живого партнёра, что это выражение определённых чувств друг к другу, а не просто физиологический акт. Но для этих людей существует лишь их половой орган – и резиновый член или резиновая кукла. Потому что это и есть их реальное отношение: просто совокупление для здоровья не важно с чем или кем. Некоторые, кстати, совокупляются для потомства, как мартовские коты. Но им тоже плевать на инкубатор, взращиваемый их ребёнка, или семясодержатель для оплодотворения.
Я такого отношения к себе не хочу. И не хотела никогда. Мне это оскорбительно – такое отношение. Пусть лучше вымрет человечество, чем превратится в подобных бездушных животных. Если по телевизору, казалось бы, по пророссийским каналам, проблемы секса сводят исключительно к желанию или нежеланию совокупляться, вычёркивая всё остальное, если это уже – норма в нашем развращённом обществе, то этот народ уже сгнил. Без чувств человеческий секс – грязен и пошл и ничем не отличается от собачьей случки. И рядом с таким похотливым сексом прекрасно себя чувствуют все извращения, потому что я не понимаю, а почему, собственно, им и не быть в обществе кобелей и сук? В чём, собственно, разница, в спаривании двух похотливых особей противоположного пола и одного и того же пола? Что одни – животные, даже гаже, чем животные, что другие – такие же. А детей можно и в пробирке зачинать, чтобы не иметь потом дело ни с кем лишним.
Знания, кстати, освобождают от похоти и от любых зависимостей. Только здесь нет никаких знаний.

И написала я так лишь потому, что в таких делах подобные слова ничего не решают. Слова – словами. А жизнь – жизнью. Я же терпеть не могу, когда кто-то пытается влезть в мою личную жизнь и указывать мне, игнорируя напрочь мои чувства, что мне делать или с кем мне, в моей личной жизни, быть.
Это я к тому, чтобы подобные граждане, любящие искать для своих детей и близких партнёров для совокуплений, по своим мечтам и через их головы, ко мне свои правила не применяли. Пусть ваши близкие работают над улучшением вашей породы, в своих постелях, по вашей указке, раз уж вам так надо и раз они, судя по всему, не против. А меня в подобные фермерские планы по разведению человеков я прошу не включать.

***
Но подняла я этот вопрос для себя не зря.
Эти старые снимки и видео всколыхнули во мне старые воспоминания. И вот сижу я и чувствую ту же, что и 25 лет назад, щемящую тоску, для которой, как я знаю, нет уже никаких причин. А я ещё помню своё удивление, когда в ТО время, время первого видеоролика, впервые ощутила в себе необъяснимое противоречие и задала себе вопрос: почему, когда этого человека нет рядом, меня целиком заполняет самое отчаянное чувство, словно я жить без него не могу, но стоит мне прийти в его класс и посмотреть на него – и всё. Как отрезает. Пустота и полное отсутствие к нему интереса. Как приворожили. Или внушили под гипнозом. Такая, очевидно искусственная, влюблённость.
И проанализировала я эту тоску и увидела, что она реагирует именно на его самый ранний образ, как в первом видеоролике. Потому что позже он резко изменил свой внешний вид, хоть и не перестал нападать на меня. И как только я обнаружила эту связь, тоска исчезла. Я только и подумала, как глубоко могут заходить такие внушения и что «привораживали» меня именно к подобной фотографии.

Вот не было любви, не было интереса, причём взаимно не было, не только у меня, я просто этого не понимала, но он и те, кто с ним, понимали это прекрасно. Но играли с моей жизнью из какого-то спортивного азарта, как куклой, пытаясь заставить сделать то, что я не хотела делать. На мгновение кольнула обида от этой мысли. Но потом я вспомнила, как, после совершенно сумасшедших выходок, как, например, на вступительном экзамене, чтобы меня сбить, Должиков выходил потом из класса и с грустным видом на меня смотрел. И подумала – а ведь это он играл. Не чувствовал, а изображал грусть, потому что я была девочка ранимая и чужую боль всегда видела. А он видел мои слабые стороны и пытался ими воспользоваться. Думал, что я посмотрю на его грустные глаза и поверю, что это он грустит из-за меня. Только что ржал на весь класс, развлекая своё общество и выставляя меня перед ними полной дурой… И тут же удар в другую сторону. Да, он был здесь мастер. И садист - всё это глумление доставляло ему несказанное удовольствие…
Но как мне можно было устоять в этом агрессивном напоре?
И это ещё при том, что я пару раз пыталась вычеркнуть его из своей жизни, поставить точку, особенно, когда нашла для себя веру, и мне нужно было безразличие этого человека. По-человечески так хотела попрощаться, чтобы идти дальше своей дорогой. Мне казалось, что это нужно мне. Но я, к сожалению, была ещё слишком мала и не учитывала его подготовленность и целенаправленное скотство. Ему всегда удавалось завладеть моим вниманием и разыграть передо мной очередной фарс. И сбить меня и мои цели от него внутренне избавиться.

Я вот опишу последний раз, когда я попыталась это сделать.
Он был уже женат (в очередной раз) на своей последней жене. И мне было на это наплевать. И вовсе не потому, что я собиралась влезать в их отношения. Просто этот человек уже давно мне показал и показывал всегда в своих разыгрываемых фарсах, что его жены не имеют для него никакого значения. Все. И я это приняла.
Она, эта девица, очередная жена Должикова, в это время ещё была в аспирантуре. И вот эта девица идёт на сцену играть какую-то пьесу, я помню её спину, когда она проходила мимо, а за её спиной он мне несёт какой-то очередной бред о своём возрасте. Вот она – и как будто её нет. А акцент на свой возраст появился в его монологах после нашей встречи с ним в метро. Он как играл своей старостью, выпячивая её всеми средствами. И видно было по его игре, что для него и эта его жена, как и все предыдущие (а их было три за моё время – он разводился, когда собирался, видимо, жениться на мне, потому что знал, что с женатыми я общаться не буду, затем, поняв, что не получилось, находил себе женщину, затем, когда опять я появлялась, устраивал очередной спектакль с последующим разводом – и так до последней) – значат не больше, чем я, хотя в этих союзах все его женщины оказывались третьими в нашем с ним треугольнике. Вот в первом видеоролике упоминают его вторую супругу в этом счёте.
Он и сейчас не скрывал, что её, уже третью в счёте, он так же легко бросит, как и на ней женился. Случайно. И цена её в его глазах – три копейки. Пишу я это не со зла, а потому, что не я этот треугольник создала и сама была в него втянута помимо своей воли, по чужому, а не моему выбору. Так, для целостности картины. Если для Должикова вообще женщины что-то значили, с таким-то отношением, кроме, конечно, каких-то утилитарных функций. И это было реальное отношение к ним Должикова, которое он мне почему-то демонстрировал открыто, ничего не скрывал, и потому я принимала его за факт. И до поры до времени искренне верила, что он в меня влюблён.
Его же жён, любых, просто не существовало, когда он появлялся передо мной. И, возможно, и всего остального, в виде приложения к жёнам. Он легко через всё и всех перешагивал, если это было ему нужно. Видимо, напрочь игнорируя мои чувства, считая полной дурой или ещё кем, уж и не знаю, заигравшись в свою игру, он потерял для себя и необходимость хотя бы выглядеть передо мной человеком. Слишком расслабился и показывал то, что есть. Он здесь явно меня очень сильно недооценил.
Но платил, правда, за подлость и за услуги. Это, видимо, было положительное в его чувствах к тем, кто был с ним рядом. Как в магазине. Оплачивал услуги чеком. Но только своим, кто прогнулся.
Поэтому я и не люблю его жён – я не люблю таких женщин, которые в желании устроиться не хотят видеть, что за скотину они выбирают. Они – под стать своим мужьям. Каждый что-то друг другу продаёт.
Вот жил педофил Должиков, который следил за совсем маленькой девочкой. По-другому и не скажешь. Ждал, когда девочка вырастет и его соблазнит. Её возраст здесь значения и не имел, потому что он начал с четырёх лет, затем вылез в её 10 лет, потом в 16 лет, потом в 19 лет и так далее. Это лишь то, что я заметила. И при этом он был женат, на первой, в моём списке, жене, что там было раньше – не имею понятия. И эта жена, судя по всему, о его «увлечении» знала. Что у них при этом были за отношения?.. Она что, не видела, что он за человек? Но они, по-моему, расстались дружески, потому что он, как и полагается для него, полностью расплатился.

Я вот и в предсмертном видео я увидела его оценивающий взгляд, который он бросал на свою жену. И увидела в нём совсем не то, ради чего это слащавое видео было создано. Она, эта третья по счёту, в моём списке, жена, конечно, его отталкивала, может, мои письма даром не прошли, а, возможно, и сам он тому поспособствовал. Как мужчина. Эта женщина из его «поля ягода» - ей было очевидно приятно стоять на сцене в качестве жены Должикова, хоть у них в отношениях уже было далеко не всё в порядке, и принимать аплодисменты зала. Как и ему. Я б так не смогла. У меня первая мысль от увиденного: «Ну и на фига она вылезла на сцену? Какое отношение она имеет к произошедшему, кроме постели, разумеется?» По моему мнению, эта девица – из тех жён, которые настолько принимали и принимают место мужа за своё, а себя – ассоциируют со своим мужем, с его местом, в первую очередь, и с талантами, если они есть, даже лично ненавидя его, что через какое-то время норовили и норовят руководить государством вместо своих мужей. Причём искренне веря в собственную ценность и правомерность своих действий. Так, кстати, можно и об их, наглеющих на глазах, детях написать, которых выращивают подобные жёны и их мужья - тряпки.
А мне и слава не нужна, и не оценила бы я НАСТОЛЬКО всю эту музыкальную деятельность, чтобы это стало для меня праздником. Я вообще зацикленный человек, на своей теме, НА СТРАШНОМ СУДЕ, хоть и описываю его иначе, и пока не увижу здесь изменений, не вижу смысла ни в чём человеческом.
Но в ролике, в отношении Должикова, видимо, решение уйти было уже им принято, и я совсем не имею здесь самоубийство – не тот это был человек, и здесь, на сцене, он выяснял, свой человек, эта его очередная жена, или чужой. Брать её с собой или нет? И я видела, как он оценивает её. Вот эти его взгляды, когда она отшатывается от него. Была бы поуступчивей, менее злопамятной, с её-то жизненными принципами, – жила бы сейчас в Америке, например… Продешевила, с моей точки зрения. Но это я так, фантазирую просто, без претензий…

Какое в такой ситуации вообще может быть пророчество! Пророчество – это когда люди хотя бы нейтрально ждут, когда то, что должно произойти, случится. А здесь просто намеренно доводили меня, чтобы запутать, выбить почву из-под ног, и при этом пытаясь заставить сделать то, что нужно им. Кому-то там, не только Должикову.

Такое впечатление, что здесь было не пророчество, а лишь его тень. Словно в пророчество влезло что-то чужое и заменило собой в нём какую-то деталь. И это чужое хорошо понимало, что оно там ни к месту, но всеми силами старалось этого места добиться. Любыми способами. Подлогами, обманом, гипнозом, а, вполне возможно, и используя совсем чёрные методы. Это была главная цель – если не убедить, то заставить поверить, что оно – этот чужак – свой и тем внедриться на чужую дорогу. И перевести её на себя.

Да, я так думаю. Этим людям, и самому Должикову, и всем, кто ему помогал, были абсолютно безразличны мои реальные чувства, и они были настолько смелыми, пытаясь заставить меня сделать то, что нужно им… По-моему, они прекрасно знали, что Должиков мне не нравится. Изначально знали. И для них это не имело значения. Они были уверены, что победят. Что им всё удастся.
Да и кем в реальности я была для Должикова? - Я была как дичь для него, добыча, не более… Он иначе на меня и не смотрел. Он был настолько убеждён, что я никуда не денусь, что даже предъявлял мне претензии в том, что я не реагирую на его предложения! Его игра была по его правилам: он нападал, открыто, и даже агрессивно себя навязывал, а затем тут же отходил в сторону с ожиданием от меня ответных конкретных действий, которые он же и указал перед этим. Мол, давай, бери меня! В этой игре Должикову почему-то отводилась роль женщины в нашей паре.
Я помню своё удивление, когда вот так распределив роли, он увидел моё нежелание ему подыгрывать и вышел из себя. Я помню его раздражённую досаду с очевидным оттенком ненависти, словно я, ему – никто, но что-то при этом ему задолжала. Не обиделся, не смутился, как было бы естественнее в этой роли. Видимо, не ожидал отказа нищей и простой девчонки ОТ ТАКОГО ВЫГОДНОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ и не успел подготовиться.
Это было именно его чувство, которое я увидела в нём и в которое я поверила – то, что он меня знает невесть сколько лет и что нас с ним что-то связывает. Словно между нами всё уже давно обговорено. А потом, когда я в это поверила, он стал использовать это моё убеждение против меня, чтобы ударить ещё больнее, чтобы довести ещё больше.

Я вспоминаю время, несколько лет это длилось неприкрыто, когда меня просто ломали – глумились так, что до сих пор какие-то воспоминания вызывают у меня оторопь. Они били с ТАКОЙ ненавистью, словно я была их врагом номер один. А ведь я была не прожжёная девка, прошедшая через огонь и воду, а реально больной запуганный ребёнок, не понимающий, что вообще происходит вокруг него. И они это очень хорошо видели.
Я тогда не могла понять, почему меня уничтожают эти люди? Этот человек? Я пыталась узнать это и у Должикова, но он был готов к моим приходам и делал всё, чтобы я не смогла ничего ему сказать.

А сейчас я думаю, что как только они поняли, что пророчество от них уходит, что чужак вычислен, они перешли к следующему варианту развития событий, который был у них в загашнике, на случай провала первого. Если я не пришла к нему сама, потому что слишком гордая и сильная личность оказалась внутри меня, не падкая на его дешёвые трюки и фальшивые чувства, значит нужно эту личность во мне убить.
Почему я так решила? – Потому что я в этот период стала писать свои книги, я нашла Бога. Более того, я поняла, что я МОГУ И ДОЛЖНА НАПИСАТЬ О БОГЕ. Что ради этого: ради моих записей, ради моих поисков я вообще и пришла в этот мир. И я начала писать.

А их это не останавило. Бог – не интересовал их вообще. Бог был вне их планов. Было такое впечатление, что они стали ещё злее и азартнее. В том числе и Должиков. Если бы я не нашла Бога за полгода до того, как они напали на меня, я бы не остановилась бы в своих суицидальных попытках на полпути. Если бы я не почувствовала, что у меня есть ЦЕЛЬ, не успела бы это сделать, я бы ушла с большим облегчением. Просто бежала бы в Смерть от этой жизни со скотами.

Тогда я не способна была делать какие-либо выводы.
Зато сейчас, вернувшись вот так в прошлое и пытаясь уже его анализировать отстранённо, у меня сложилось ощущение, что целью этого нападения было – сломать меня до состояния, если не овоща, то близко к этому, заставить пойти на какой-нибудь истерический конфликт, чтобы затем «взять тёпленькой, утешить и обогреть». Они меня ломали, чтобы убить во мне человека, убить во мне сопротивление, саму способность им сопротивляться.

А потом я неожиданно взглянула на всю эту ситуацию под другим углом. И увидела в ней именно ДИВЕРСИЮ. Попытку меня поймать и развратить.
Не просто так начинались все эти фальшивые игры Должикова с попытками влюбить меня в себя любой ценой, не просто так, позже, они хотели сломать меня, не просто так доводили до суицида, не просто так глумились и оскорбляли - их НЕНАВИСТЬ была с определённой целью, очень важной для них. И эта их целенаправленность, упёртая, смелая, шагающая по трупам, она проскальзывала постоянно.

Сектанты, поклоняющиеся Дьяволу.

Бог не имел для них и для него значения, но цель – всегда просматривалась очень явно. И без Дьявола их скотство было непонятным хаосом, какое-то безумие сошедших с ума отморозков, занимающих высокие посты и вполне себе приличных на вид. Это было непонятно, что заставляет их убивать меня с таким жестоким наслаждением. Они же получали удовольствие от моей боли и моих страданий! И это сводило с ума. Потому что невозможно образ человека совместить с совершенным выродком, с которым мне «посчастливилось» столкнуться.

И самое страшное в этой истории – это то, что, казалось, самый разумный выход – просто отойти в сторону, бежать от Должикова и его окружения, - не подействовал бы. Должиков всё равно бы напал. Рано или поздно. Его навязчивость было связана не с моим поступлением в консерваторию, где он работал, и не с моей игрой на флейте. Если бы я не позволила напасть на себя в ранней молодости, это всё равно бы произошло позднее. Только я имела бы дело не с консерваторским профессором Должиковым, которого хоть можно отследить и создать с ним свои правила до того, как он поймёт, что он не нравится мне, а с посторонним гражданином Должиковым. Он бы выжидал – год, пять лет, десять лет – всё равно, и потом бы появлялся снова и снова. Из ниоткуда. И не знаю, насколько бы это было опаснее или безопаснее. Или вообще безнадёжнее во всех смыслах. Мне сейчас кажется, что это был бы полный крах всех надежд и фантазий.

Не Бог был им нужен, а ребёнок Дьявола. Не Богом они ведомые, а Дьяволом. Причём, по собственному желанию и своему искреннему выбору, который они готовы защищать.

***
Вроде бы прошло столько времени, уж давно можно было всё забыть, и мне и казалось, что всё уже отодвинуто в сторону и забыто, но вот исподволь вернувшись к этой теме вдруг почувствовала, что ничего не исчезло. И как-то незаметно вылезает на первый план та же ненависть, из прошлого. И уводит в сторону.
И я задумалась, что же во мне так привязано к этому прошлому? – Посмотрела повнимательнее и обнаружила в себе болевую точку, совсем не изменившуюся – сжавшийся в комок, доведённый до полного отчаяния, ничего не понимающий ребёнок. Вот вроде бы это я, потому что я помню то время, когда это состояние было единственным во мне, и как будто и не я, потому что я – это уже кто-то другой.
И ещё я вспомнила, как попросила Бога вернуть мне меня прошлую, лет 7 назад, я ещё надеялась, что это возможно, и как несколько дней после этой просьбы я прожила, как в кошмаре. Потому что стала нездорово рассеянной, начала элементарно заговариваться, причём не замечая этого: сначала говорю какую-то чепуху, а только потом понимаю, что говорю и делаю что-то не то. А потом, когда всё это исчезло так же внезапно, как и появилось, мне сказали, что ОНИ, эти скоты во главе с Должиковым, УБИЛИ ЭТОГО РЕБЁНКА и он уже нежизнеспособен. Что я уже не смогу вернуть себя из прошлого. Я просто сойду с ума.
Я тогда решила, что это ВЕРА сделала меня другой. Что Бог заполнил мою пустоту и сделал другой.
Так было 7 лет назад.
А теперь я взглянула иначе на эту болевую точку в себе, до сих пор кровоточащую, до сих пор в истерике, до сих пор ничего не понимающую и потому слепо ненавидящую своих врагов, и вдруг увидела в ней другую личность, пусть и маленького ребёнка, который был мной, жил моей жизнью, пока его не вытеснили. И я поняла, что мне надо успокоить его, что я должна забрать его с собой.
Я знаю, что я должна сделать.
Я должна объяснить ему его врагов, которые напали на него. Враги должны быть понятны, тогда они не вызывают ужаса. Поэтому, ради него, я должна ещё раз вернуться к этой истории и описать её уже совсем иначе. Не сбиваясь на веру и Бога, за которыми я реально прячусь от этой проблемы и от необходимости эту проблему для себя решить.

***
Вот мелькнули опять прошлые обиды, всколыхнули память – и восстановилось на мгновение то же отчаянное непонимание происходящего, чернота и полный тупик, а вот я в ответ сказала: «Он же сатанист» - и тут же как отлегло от сердца. Какие обиды? – Я же столкнулась с сатанистами, любой ценой пытавшимися меня заполучить. Ведь их устраивали и крайние варианты, те, у которых возврата уже нет. А то, что окружающие вставали именно на сторону Должикова и начинали вести себя со мной так же, как он, по его правилам, даже в церкви, вспоминая отца Наума и умершего патриарха, так это уже – ВЫБОР. Их выбор. И его не оспаривают. Они ведь не просто приняли правила Должикова в отношении меня, они реально ими от меня защищались. Чтобы я к ним не смогла подойти ближе, как когда-то к самому Должикову.

Перед нападением на меня был пожар, который я уже описала. Подожгли соседку. И на этом пожаре сгорел её сын – мальчик лет 9-10. Странная соседка, связавшаяся с уголовщиной, это её так предупреждали о чём-то, не сказавшая никому, что в горящем доме остался ребёнок, когда её сняли с балкона, просто пошла прочь и всё. Да этот ребёнок ей был и не нужен, жил с бабушкой своего отца, которому, судя по всему, тоже нужен не был. И в этот день просто остался у своей матери ночевать по стечению обстоятельств. Было три взрыва, часа в 2 ночи, – в коридоре соседкиной квартиры, на площадке нашего этажа и этажом ниже, чтобы подойти не могли. На этом пожаре отличились мытищинские пожарные, которые с большим удовольствием ломали чужие двери, чем гасили сами возгорания. 10 минут пытались открыть дверь соседки, с азартом, хотя могли бы спокойно войти в квартиру через открытый балкон! За эти 10 минут мальчик и сгорел: попытался выскочить в коридор спросонья, после грохота взрыва, и упал на пороге своей комнаты.
И вот в момент пожара было совершено одно из нападений на мою психику, чисто человеческое и человеческими способами, как вычислила тогда я, мысленно попытались навязать мне убеждение, что я влюблена в Должикова, причём те, кто за мной наблюдали, настолько точно подгадали момент, именно когда я была в полной растерянности, что, сопоставив позже все события, я пришла к выводу, что они либо сами устроили этот пожар, либо полностью контролировали его ход. А значит они могли спасти мальчика, но почему-то не сделали это. Неужели принесли в жертву? Вот этот вывод мне не давал покоя в первое время. Вот так я думала тогда, в первые дни после пожара. Всё сходилось просто идеально.
Но это значило отказаться от своей мечты быть счастливой! И не захотела его принять после пожара. А через 12-13 лет, когда описывала уже эту ситуацию в книге, почему-то тщательно избегала подобных тем, словно боялась кого-то спугнуть. Хотя именно эти события стали причиной моих мыслей о том, что за всем происходящим стоит вовсе не любовь Должикова ко мне, а что-то иное, что заставляет его и тех, кто с ним, любой ценой пытаться меня с ним свести. Вплоть до убийства на пожаре маленького мальчика, которое им тоже нужно на этом пути. Что зачем-то им всё это нужно. Зачем?
Мне в 16 лет как-то встретилась сумасшедшая, которая начала мне что-то говорить о Богородице, причём, как мне показалось, о матери Бога в контексте ко мне. И чуть ли не стала молиться на меня. Я от неё шарахнулась, как от прокажённой. Что-то в этом обращении почувствовала агрессивное, словно подвох. Но разговор запомнила. И поэтому позже решила для себя, что напавшие на меня люди ждали Мессию. Другое мне даже в голову не приходило. А сейчас вот я думаю, кого ждали эти люди? Кого хотели родить с помощью меня? И, судя по средствам, которые они использовали, что-то выходит совсем не Бог. А что многие другие к ним присоединились – так это их выбор на основе их собственного внутреннего скотства. Что им было ближе – то и выбрали. Таких даже обманывать не нужно, по-моему.
И хоть я и не приняла тогда эту мысль, но она осталась внутри меня и стала влиять на моё отношение ко всем, с кем я сталкивалась. И если я замечала в людях последствия подобного «управления», которое они почему-то принимали и ему следовали, я вычёркивала их сразу же. Вне зависимости от того, кем они были. Так что сюда, в эту кучу, вошли и отец Наум из Лавры и умерший уже патриарх Сергий. И многие мои знакомые. И незнакомые. И там, в этой куче, я думаю, уже и останутся навсегда. Без суда-то…

Должиков – дьяволопоклонник…

Как мне этого не хотелось! Хотя это была одна из первых мыслей, появившихся у меня при первых признаках давления на меня, которые я заметила. И вот именно этот отказ принять эту мысль и завёл меня в мою немыслимую яму, где до сих пор маленький забитый ребёнок, уже нежизнеспособный, ждёт, когда его спасут и уведут из этого страшного человеческого мира. И я его уведу отсюда, его, так слишком много пережившего в этой густой и непроглядной черноте. Возьму за руку и уведу.

Нет, не зря я ко всему этому опять возвратилась.

Да и кто вообще такой – этот Должиков? Я не имею здесь в виду его профессорскую должность.
Кто его выбрал? Почему он влез в мою жизнь? И почему его защищали от меня, а не наоборот?
Почему все, к кому он прикасался, начинали вести себя со мной по его правилам?
Почему даже в церкви не оказалось совести?
Да и что это ещё за гоп-компания, которая вместе с ним отслеживала меня с раннего возраста? – Не помогала мне, не развивала, как это делали буддисты со своими избранниками – они даже не пытались просто наблюдать. Они вмешивались в мою жизнь, с раннего возраста, глумились, потому что для них моя жизнь была игрой, а я запомнила некие попытки привлечь моё внимание уже с раннего возраста, лет в 7-10, на которые я просто не захотела обращать внимание, слишком была занята своими фантазиями, чтобы жить реальным миром. Они мешали мне и пытались сбить с ног. Просто в детстве не видели во мне угрозу, иначе эти попытки были бы гораздо жёстче.
Это совсем не пророчество и нейтральные халдеи из Библии, следящие за ним. Это люди с конкретной целью использовать меня для своих нужд. И только так, только при таких объяснениях, картина, наконец, для меня сложилась.

Что, САТАНИСТЫ управляют этим миром?

А иначе, как объяснить, что ни один человек, к которому я обращалась за помощью, не повёл себя НОРМАЛЬНО? А нормальность для меня – это обычный диалог. С интересом, если тема заинтересовала, и с безразличием, если сочли всё чепухой. Так нет же, каждый, и Путин в том числе, считал своим долгом включиться в должиковскую игру, которую этот человек затеял, чтобы меня уничтожить. Как и отец Наум из Лавры, и умерший патриарх, забыла уже его имя.
Или они считают, что я изначально была нежизнеспособна? -
А я думаю иначе. Проблемы были – но они были разрешимы. При человеческом отношении, в котором мне отказали от рождения.
Просто невозможно было не дать меня убить сатанистам, к которым так искренне приобщались все, кому не лень. За исключением каких-то единиц, не играющих особой роли в моей жизни.
Иначе они не дали бы мне сделать ничего.
Здесь давно уже все ходят в обнимку с Дьяволом, лгут только сами себе непонятно зачем… И в быту сатанисты, и во власти – сатанисты, и в церкви уже давно сидят сатанисты. Может не такие осознанные, как Должиков и его компания, но уже давно определившиеся со своим выбором. Поэтому им было легко принять сторону Должикова и, вместо того, чтобы мне помочь, начать вместе с ним меня доводить. Играть со мной.

***
Я не знаю, кто наделил Должикова правами влезать в мою жизнь, откуда он вообще появился и почему эти его права были окружающими приняты, если только они все – не из одной секты, но в таком хорошем начале всей истории вдруг что-то пошло не так. Не ожидали они такого сопротивления от меня. Не ожидали, что я НЕ ВЫБЕРУ Должикова. Проблема ВЫБОРА – моего выбора - вообще не стояла на повестке дня.

В МОЁМ мире с МОИМ Богом никто никого ни к кому не привязывает намертво, оставляя каждому свободу выбора. Сначала Бог, а потом – все остальные рядом. Человеческий мир таков, что неожиданный поворот любого человека к Дьяволу никогда не списывается со счетов. Происходит это мгновенно, непредсказуемо для большинства окружающих, и потому у рядом стоящих должен оставаться выбор, как им поступить, кого выбрать и с кем остаться. Иначе за падающим во Тьму сразу вываливается толпа.
Человек с Богом и человек с Дьяволом – друг с другом не совместимы. Какие бы чувства и какое бы прошлое не связывало бы этих людей – отторжение проявится сразу.

Я и сама порой думаю, КАК я смогла устоять в таком напоре какого-то беспредельного зла?

И мне такой образ пришёл странный, когда я задала себе этот вопрос. Хоть я и знала всегда, что нападение меня меняет. Делает другой. Но я никогда не ощущала, КАК это происходит в деталях.
А тут вдруг представила какую-то нехорошую ситуацию из прошлого, восстановила, как говорится, и вдруг почувствовала, как меня отбросило в сторону. И вот впереди меня встал совсем не лев, и не змея, и не какой-то хищник, как я представляла раньше, потому что всегда яростно глядела на своего врага, глаза в глаза, не выпуская его из вида ни на миг, а образ Коровы с острейшими длинными рогами, защищающей телёнка перед напавшим на него хищником. Отбросила задом телёнка за себя, мгновенно отбросила, мощная такая Корова, при первой опасности, и наклонила голову с рогами. Сжавшийся, оскалившийся шакал и рога Коровы, и куда шакал не ступит, рога Коровы строго перед ним. И это не реальность – это Символ.
И я стою, как в анабиозе, ничего не соображая. И вот тут только начинаю холодно, отстранённо и жёстко наблюдать за своим врагом. Сидя в кресле. Потому что именно так себя и чувствую в тот момент.

***
Почему тема жертвенности без конца приходит мне в голову?

В этом мире кто-то обязательно должен быть принесён в жертву! – Не твои ли это слова, Должиков?

Так принесём же жертву, Должиков! Только из тех, кого выберу я, а не ты.
Ради спасения заблудившихся во Тьме моих, близких по духу, людей, принесём же в жертву тебя и твоих, близких тебе по духу, людей! Ведь идея СПАСЕНИЯ этого мира так велика, а умереть ведь кто-то обязательно должен ради этого. Ведь ТАК ты сказал. Так пусть это будешь ты.
Добавим ещё к тебе всех, кто был обречённо согласен с тобой – в смысле, очень переживал, но что же делать? Если НАДО принести в жертву. И тех, кто присоединился к твоей игре за компанию. И из интереса. И из выгоды. И просто из ненависти ко мне.
И ещё добавим налоговиков, так не вовремя для себя, но очень вовремя для меня, залезших ко мне в карман.
И ещё всю власть России, кроме честных бессеребренников в ней, если такие есть. Всю эту бесценную ЭЛИТУ, которая весьма успешно уничтожает последние остатки от былого великого СОВЕТСКОГО НАРОДА, на которого у меня было СТОЛЬКО несбывшихся надежд, и от его Богоизбранной Земли, от которой не осталось и следа, уже во всю гниющей. Потому что за всё плохое отвечает именно власть – каждая в своём ареале действия. За деградацию народа, за беспредел, за коррупцию, за воровство и убийства. За поножовщину за углом, за новых выращенных подростков, безграмотных, агрессивных и слабоумных. За уничтоженное образование. За профнепригодных врачей.
Будут отвечать ЗА ВСЁ – по их, либеральным, правилам, по которым во всех грехах виновен тот, кто наверху. И это станет для них Альфой и Омегой.
Так что пусть уже сейчас забывают слово «справедливость» и привыкают принимать любое обвинение в свой адрес. Пусть готовятся к своему будущему.
Не отмоются и не докажут уже ничего, потому что на таких СУДАХ обвинённых не слышат и не слушают. Их обвиняют. Осуждают. И приводят приговор в исполнение.
И не найдут уже они для себя Истины.
Как нет Истины для них сейчас, так для них Её уже не будет в будущем.

Так что не принести российскую власть в жертву избранным моим, вместе с налоговиками и моими личными врагами – было бы большой ошибкой.

В конце концов, почему именно ИХ желания стоят в основе этого мира? А не МОИ?

Но зато ДРУГИЕ будут жить, Должиков. После вашей мученической смерти. И ОНИ уже не заболеют вашими смертельными болезнями. Поэтому вы все умрёте не зря.
А вашим, отнятым у вас временем и вашим неиспользованным шансом, надеюсь, воспользуются всё-таки лучшие из тех, кто ещё здесь, в этом мире, остался и блуждает во Тьме, не находя выхода. Похожие на меня, а не на вас.
Вот так.

Пока мне не исполнилось 50 лет, я буду ждать от обречённых оплаты за их преступление.
Я буду ждать суда, который мне должен всё объяснить.

И, в то же время, не буду уже беспокоиться, что если что-то пойдёт не так, я не потеряю всех в погоне за своей мечтой.

Если невозможно изменить этот мир, то хотя бы помогу выбраться из него своим. А моя смерть – Смерть – лишь она сможет включить новые правила, которые и определят условия будущей Игры, о которой я только намекаю. И тебе, Должиков, в этой будущей Игре, отведена очень печальная участь. Без вариантов на спасение. Без права на раскаяние. И без прощения. Только ты не сможешь узнать это, пока Час не пробьёт. Потому что не для тебя уже Он будет бить. Ты и все такие же, как ты, – уже отработанный материал.
Так что я готова умереть, а ты?

Смерти нет, Должиков, но не для всех.
Для некоторых Смерть очень даже есть. И она, Смерть, давно уже с мрачным терпением ждёт тех, кто ей принадлежит.

Поверь, пропавший сын не ценнее оставшегося.
И Я НЕ БУДУ СОЗЫВАТЬ ПИР ПРИ ЕГО ВОЗВРАЩЕНИИ. Не хочу.
И выбравшим когда-то Дьявола будет очень тяжело отмыться от своего выбора, который останется на них на всю оставшуюся жизнь. Такие пятна не смываются.
Потому что только искренне раскаявшийся и сможет понять ЧТО ЭТО ЗА ПЯТНО и КАКОВА ЕГО ЦЕНА. Так что будут носить его молча. Не рыпаясь. Не возмущаясь. Таково их будущее.
Остальные – будут сметены.

И если суда не будет, не захотят его проводить до моего пятидесятилетия, то этот вариант будет последним и единственным.
И сам Должиков, и каждый примкнувший к Должикову, и выбравший его и его правила, и те, кто вели его от начала всей этой истории – со всеми своими близкими и родственниками, до третьего колена, а враг уничтожается полностью – от него не должно остаться никаких следов, таковы правила, я объявляю выбравшими Дьявола.
Это – ваш выбор.

И ничего больше искать я на этой дороге не буду.
Я нашла на ней всё.

Пожалуй, на этих словах я и закончу обращаться к людям.
Более того, я почувствовала, что я и не хочу к ним обращаться.
Я не хочу говорить с сатанистами. Это бессмысленно.
Я вспоминаю прошлое, деталь за деталью, и вижу лишь единиц, которые не согнулись. И я не смогу ничего уже сделать для них.
Да, я понимаю, что эта книга – это мой путь из тёмного лабиринта. И без неё я не смогла бы пройти этот путь. Но на этом, наверное, и всё.
Я сейчас принимаю тот выбор, который должна была сделать 25 лет назад, когда только почувствовала в чужом вмешательстве Дьявола. Но тогда мне было невообразимо трудно отказаться от всего и всех только ради своего ощущения, чувства, которому я не доверяла.
И вот я потеряла всё, что мне тогда мешало. Вплоть до своих фантазий и умения мечтать.
И, наверное, теперь я могу с лёгким сердцем и уйти.
Меня уже ничего здесь не держит.
Только внутри кипит какая-то глухая ярость, желание сдвинуться с места, на котором я слишком застряла. И готовность сдвинуться ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ, хоть взорвав здесь всё, но только уже, наконец, ПОЙТИ.
Я уже не хочу ничего удерживать в себе.
И люди как-то отвалились сами, очень безболезненно, после моих поисков.
И как-то незаметно я свожу эту книгу к себе. Для себя.
Я думаю, что и эти издательства, как и полагается сатанистам, и не ответят мне, избавив меня от лишней жизненной суеты.
Но как долго я не могла разглядеть ОЧЕВИДНОЕ!
Вот для этого и нужна была мне эта книга – найти не только Бога и веру, но и объяснить себе, что такое Дьявол. Показать, что он вполне реален. Потому что для меня, после того, как я нашла веру, долгое время существовал только Бог. А мне надо было найти и Дьявола, чтобы поверить в то, что я увидела в самом начале своего пути. Как только столкнулась с ним. Через людей.

***
И, тем не менее, поостыв от этих неприятных воспоминаний, опять вылезших из моего прошлого, я поняла вдруг, что не будь этого нападения на меня, я бы ничего не написала.
Только потому что я почувствовала в этом нападении что-то настолько опасное и страшное, что это заставило меня вылезти из своей плотной скорлупы, буквально пробить каменную стену, которую я сама в себе создавала, моё смутное неприятие каких-то существующих догм и правил, и сегодняшней церкви и её веры, чтобы искать защиту в единственно верном месте – у моего Бога, которого еще предстояло найти. Чтобы выбраться из ЯМЫ, в которой здесь находятся все, даже лучшие из всех. Только это нападение разбудило во мне тщательно спрятанное, тлеющее пламя, о котором не догадывалась даже я, дало стимул к действиям, результаты которых я и сейчас не могу оценить по достоинству. Враг ведь был настолько силён и опасен… Он не должен был ни о чём знать. Какая продуманная МАСТЕРОМ ситуация, какой идеально выверенный ПЛАН! Вот только смог ли он достичь своей Цели? – Или действительно ушедшие – не возвращаются?... Хотя, ведь это тоже Цель – это узнать точно.
Конечно, я бы пробила бы эту стену и в любой другой ситуации, после своей смерти. Я почему-то уверена в этом. Но в любом другом случае у меня не было бы ни времени, ни возможности обратиться ещё к кому-то, кроме себя.
Так что это нападение можно назвать и придуманным и спланированным КЕМ-ТО в союзе с людьми, но и просто случайным, использованным от безвыходности всей ситуации – жизни с отмороженными и безнадёжными выродками. Кто знает?.
Так что я подумала и решила, что у меня есть причина сказать Должикову «спасибо». Если мне важен именно ЭТОТ путь. Если мне важно именно обращение к людям.
Вот только я не верю в то, что этот человек смог измениться.
.

Молитвы Господу

1.
Тяжело, Господи, готовиться к уходу.
Но понимаю неизбежность происходящего.
Ты открываешь мне глаза неожиданно и на мгновения – я бы не вынесла бы подобного, продлись оно дольше.
Но память оставляет увиденное и останавливает сердце.
Капля по капле – и жизнь отмирает.
Господи, как я благодарна тебе, что Ты отдалил меня от людей и уводишь прочь.
Далеко остаются мои враги, как на другой дороге, на которую мне угораздило попасть – на которой я долго стояла, не понимая, куда идти, куда смотреть…
На этой дороге мне видно всё, что нужно, чтобы обрезать в себе эту связующую с жизнью нить.
Господи, что здесь делать без Тебя?
.

2.
Как тяжёл путь к Тебе, Господи, для неверующего сердца, но как радостна и легка дорога с Тобой.
Пока идёшь к Тебе, сомнения превращают душу в сплошную кровоточащую язву, но невозможно сойти или отступить, ибо вера – жажда встречи с Тобой, не даёт сбиться с пути.
Господи! С Тобой нет одиночества, Ты рассеиваешь мрак, Ты даёшь силы принять свою судьбу и не завидовать безумцам.
Как сладостен миг встречи с Тобой, Господи! И душа хочет только одного, чтобы этот миг стал вечностью.
.

3.
Господи, дай мне сил дотерпеть свой срок.
Ты видишь будущее, а я проваливаюсь в прошлое, стоит мне взять карандаш. И я чувствую, как неуёмна его жажда по Тебе, Господи, и как далёк путь. Стоит о нём подумать – и он исчезает, стоит потянуться к Тебе – и он появляется вновь.
...
Господи, Ты для меня всё, что осталось у меня.
И прошлое погасло…
.

4.
Странное чувство, Господи, когда Ты отпускаешь меня на мой путь, обрываются далёкие нити. Всё дальше и дальше, глубже и глубже, перестают меня тянуть за собой. Что там в глубине, восстающей на мгновение, чтобы блеснуть и угаснуть навсегда? Вот ещё одна нить порвана…
Мой опыт настолько чёрен, что я уйду даже раньше, чем захочу это сделать. И меня это уже не остановит…
Цель только одна.
.

5.
Господи. Освободи меня от ноши моей.
Господи, дай мне сил освободиться от ноши моей.
Безверие чувствую вокруг и тьму.
Но когда душа моя с Тобой – покой и уверенность заполняет её.
И больше никого не нужно.
Господи, дай мне сил избавиться от фантазий о людях, которые тянут меня во тьму.
.

6.
Господи, мне никто не нужен, кроме Тебя.
Жизнь замирает, когда отвожу от Тебя свои глаза, становится полна суеты и бессмысленных желаний.
И только с Тобой видно, насколько всё это мне не нужно.
Что мне чужие огромные корабли, когда Ты посадил меня в мою лодку и указал путь.
Я буду глядеть в Твою сторону, Господь, и не бояться волн.
Только Ты – защита от бури.
.

7.
Господи, только с Тобой моя жизнь полна!
Сколько времени я прожила, как в бреду, цепляясь за химеры, отвергая истину – только с Тобой приходит в душу мир!
Господи, дай мне силы остановить войну в своей душе, войну своих человеческих желаний с Твоим светом.
Господи, дай мне сил стать зрячей.
.

8.
Господи, как хорошо с Тобой!
День проходит, принося тяжесть и чувство обречённости. Ничего не изменить, чернота не окрасится в белый цвет, нет смысла уже ни в чём – просто затяжной дым от почти сгоревшего угля.
Но приходит вечер и одиночество отступает и обращение к Тебе, Господи, обращает ночь в день.
И перестаёт быть пустынной моя дорога, и перестаёт тяготить меня моё молчание и моя мудрость обретает смысл.
.

9.
Не быть услышанной – это не значит проиграть, не суметь зажечь веру в других – это не значит быть неправым, если отказались пить из твоего родника, это не значит, что вода в нём гнила.
Если Господь не принимает больше жертв, значит надо уметь остановиться, чтобы Его не потерять.
Когда зло побеждает мир, Господь отвергает жертвенность, ибо она превращается во тьму.
Приносящий себя в жертву погибающим безумцам – погибает вместе с ними.
Господь открывает глаза слепому не для того, чтобы он утонул с незрячими в надвигающейся волне, а для того, чтобы смог найти тропинку, уходящую на спасительную вершину.
Он не запрещает избраннику оставаться человеком, но и не скрывает от него, что не примет приходящих к Нему не по своей воле.
- Не выбирай людей вместо Господа! Не тяни их за собой вопреки их воле!
.

10.
Спасибо Тебе, Господи. За то, что не оставляешь меня!
Труден день, суетен и безбожен.
Жизнь не даёт и шанса повернуться к Богу.
Всегда и везде стоит к Нему спиной.
Только в мечтах и брезжит свет: зажжётся на мгновение и тут же угаснет.
И только сделает тьму чернее.
И всё дальше и дальше уходит мир.
Господи, Ты для меня и хлеб, и вода, и воздух, и прибежище.
И всё сильнее тянется сердце к Тебе.
И сгорают без остатка мои мечты не о Тебе.
Спасибо Тебе, Господи, что Ты ведёшь меня сквозь непроглядную тьму, ибо я не смогу одна пройти в ней и двух шагов.
Бесплодная пустыня – мир без Тебя, Господи, но плодит миражи и уводит вглубь к зыбучим пескам.
Спасибо Тебе, Господи, что держишь руку мою и ведёшь за собой.
Медленно проходят дни, но не слабеет желание уйти к Тебе.
Всё сильнее тяга к Тебе.
Всё прочнее нить, соединившая меня с Тобой.
Всё громче слова Твои.
И больше не нужен никто.
.

11.
Как жить без Тебя, Господи?
Лучше умереть, если нет просвета в толпе идущих и перекрыты все пути отступленья.
Я не думаю о Тебе, я мечтаю о чужой вере, которой нет.
Как сложно, будучи человеком, отказаться от людей, избравших свой путь.
Как мне уйти от них, Господи?
Дай мне сил, Господи, не спотыкаться об упавших и не желающих вставать!
Дай мне сил, Господи, идти своим путём и не оглядываться назад!
Дай мне сил, Господи, не останавливаться и не сожалеть ни о чём!
Господи, дай мне сил быть с Тобой, а не с людьми.
Нет жизни без Тебя, Господи, даже в мечтах.

Дай мне сил, Господи, принять реальность и не пытаться уже менять её в своих мечтах.
.

12.
Господи, как хорошо, что Ты есть.
Как хорошо, что Ты открыл мне глаза;
Что Ты дал мне смелость дойти до конца моего пути,
Смелость, которой без Тебя у меня не было бы никогда.
Господи, спасибо Тебе за силу, которая сейчас держит меня,
Которая есть – Ты!!!

***
И видение.
Вижу сидящего за столом Христа, но со спины и сбоку, я справа стою. Хитон, длинные волосы - Христос. Один сидит. И, похоже, Он к кому-то обращается, но ничего не слышу, сужу по жестам Его вытянутых вперёд рук. И сидит на горе или возвышенности, потому что мне, с моего места, где я стою, не видно, что там или кто перед Ним, внизу.
.

Последнее слово

Последнее слово – моя мысль, которую надо поместить именно в конец этой книги:

- Это было последнее желание Сталина разобраться, что здесь к чему.
Перед его смертью.
Он об этом попросил.

Но сегодня ночью я увидела видение. И смысл этого видения - это победа Дьявола. И вот, увидев всё это я, как обычно, спросила себя: «Что же делать?» - и не нашла никаких вариантов, кроме обращённых только к себе.
Я поняла, что моя книга дописана и вместе со своим окончанием она унесла с собой и людей.
Наверное, вот эта концовка – более логична в моей ситуации.
А видение показывало, как Дьявол наступает, в разных обличьях, и как люди принимают его. В своём большинстве – молча склоняются. Пусть в душе что-то и свербит, но так для них, на тот момент, спокойнее, это для них - правильный выбор. Есть какие-то, кто ещё трепыхается, но, глядя на них, я вижу, что они – уже с червоточиной, потому не слишком умны и к Богу стоят скорее боком, чем лицом. В какой-то момент они лезут напролом, прямо под удар, часто Дьяволом и спровоцированный в расчёте на их глупость, а потом и не ясно, согнуться ли они, как все, или выберут смерть. И вот то, что они выберут смерть вызывает у меня большие сомнения. Слабы и с червоточиной. И увидела я, что бессмысленно обращаться к тем, кто выбирает Дьявола. И я до сих помню его торжествующий взгляд, полный ненависти, и своё понимание своей полной беспомощности. Когда наступит время – его уже будет не победить.
Если ко мне не придут за книгой – так и будет.
И был ТАКОЙ негатив и ТАКАЯ угроза перед тем, как я это всё написала. Как будто всё мешало.
Но потом неожиданно всё затихло. И я смогла это всё написать.

Сказка, рассказанная Каламбой своей дочери. О маленькой Девочке и Смерти.
Где-то очень далеко непонятно когда жили странные люди, у которых не было тел. Никто не помнил, как двое из них, брат и сестра, оказались в мрачном мире людей. Вообще-то всё было между ними гораздо сложнее, чем такое родство, но в тот момент это было почему-то не важно. Они были ещё слишком малы.
И увидел брат, что в этом мире, среди самой черной Тьмы, живут несколько человек, таких же как он, и захотел спасти их.
И тогда он родился в том мире и создал дорогу к свету. И когда ему оставалось уже совсем чуть-чуть, всего один шаг, у него почти закончилось время, отведенное ему. И он понял, что не успеет доделать начатое.
Тогда он послал вместо себя свою сестру.
- Ты родишься на моём месте. – сказал брат сестре. – У меня совсем не осталось времени. Толпы убийц, жаждущих убить меня, поджидают меня в моей жизни. Они не дадут мне ступить и шагу. Их ненависть ко мне превышает уже мои возможности противостоять ей. Дьявол, их хозяин, ведёт их и потому ничего я не смогу им объяснить. Они расставлены повсюду, чтобы уничтожить меня до того, как я вырасту и обрету силу. Их вера черна, как и они сами. Они не ведают, что творят.
- У меня есть только один шанс. – сказал брат сестре. – И если я допущу, чтобы они убили меня прежде, чем я смогу что-либо сказать им, я не сделаю уже того, что хочу.
- У тебя же есть время. – сказал брат сестре. – И это твоё время, а не моё. Я не уйду совсем от тебя. И ты будешь иногда видеть моими глазами, слышать моими ушами и чувствовать моим сердцем. Я буду вести тебя по этой Тьме, чтобы ты не сбилась с пути. Только и они, мои убийцы, в это время будут чуять меня. И это будет злить их. И они будут нападать.
- Удары их очень сильны, они будут сбивать тебя с ног, они будут давать тебе яд вместо воды и камни вместо хлеба. Твоя боль будет им в радость. Твои язвы будут возбуждать их. У них давно нет сердца и давно уже молчит их совесть. Они не пожалеют тебя, когда ты будешь плакать от обид и болезней. Они очнутся только от твоей смерти. Но если так случится, то уже будет поздно.
- Постарайся успеть сделать то, что я прошу до того, как ты умрешь. Не желай себе смерти, пока не почувствуешь, что ты свободна.
Так говорил брат сестре.
- Я не смогу защитить тебя от них, потому что это мои убийцы. И они должны меня убить. Прости меня за то, что я посмел послать тебя к ним на съедение. Но ты хотела помочь мне и была всегда на моей стороне. Просто на моём пути будешь ты, а их удары рассчитаны именно на меня, на мои слабости и раны. И ты сможешь избежать моей участи. По крайней мере, на какое-то время. Хоть и у тебя они заберут его.
- Я не обвиняю тебя. – тихо ответила сестра брату.
- Перед твоим последним шагом я уйду от тебя. – сказал брат сестре. – Отец поведёт тебя дальше. Отца я оставляю тебе. А я уйду в другое место и буду ждать там недолго тех, кто, возможно, придёт туда после твоих слов, которые я скажу тебе. Я должен так сделать.
- Как же так!? – воскликнула сестра огорчённо. – Как же я без тебя?
- Я и Отец – одно. – ответил сестре брат. – Я никого не оставляю. Но я должен уйти.
- Когда же ты вернёшься ко мне? – спросила сестра брата.
- В конце твоей жизни. – ответил брат сестре.
- Хорошо. – сказала сестра брату. – Тогда иди, если считаешь, что так надо. Только оставь мне сказку на мои последние дни, потому что холод неблагодарности и предательства дует мне в лицо всё сильнее и сильнее. А я хочу избавиться от тьмы. Пусть же моя смерть станет для меня прекрасным видением, а не тягостным ожиданием.

- Твои враги стали моими врагами, - сказала сестра брату. – И я устала от моих врагов. Они делают себе деньги на моей боли и чем мне хуже, тем им – лучше. Они не слышат меня и не слушают меня, что бы я не говорила. Я уже не хочу ничего им говорить. Вместо доверия ко мне они испытывают холод и ненависть. Я чувствую это отторжение, возникшее в них от моих слов. Их жажда принести меня в жертву превышает уже мои возможности терпеть. Они привыкли лить на меня черноту. Они привыкли отвечать предательством на моё добро. Они перекрыли мне весь воздух и сделали мою жизнь невыносимой. Нет ни одной церкви, которая бы приняла меня. Мне здесь нечего уже ждать. Я знаю, что сделала всё для таких, как ты, и освободилась от своей ноши. Я свободна и хочу желать смерти для себя. Но смерти не твоей и не от рук твоих врагов, которые перегородили мой путь. Ибо даже в этом они скупы для меня. Я не верю уже никому из них.

И тогда брат сказал своей сестре:
- Жила-была маленькая Девочка, которая не любила Смерть.
Так получилось, что пославшие её дали ей опасную и тяжёлую ношу, просто больше некому было, и попросили донести до нужного адресата. А Девочка верила Пославшим её и потому невзлюбила Смерть. Ведь та могла ей помешать!
И вот с самого рождения Девочка стала избегать Смерти.
А Смерть же была не страшной старой каргой, холодной и злобной. Она была прекрасной женщиной, которая любила детей и умела жалеть. Только смотрела она на людей издалека, как из облаков, и видела то, что человек видеть не мог.
И посмотрела Смерть на Девочку в первый раз и удивилась:
- Она же из моей семьи!?
Взглянула затем ещё раз и добавила возмущённо:
- Вокруг неё одни убийцы и безразличные зеваки. Вы послали её, чтобы она утонула во Тьме, как все они? Этот мир уничтожает жизнь в душе и превращает душу в монстра. А вы не дали ей даже Бога в помощь! Ибо в этом мире Бог ведёт во Тьму.
- Я буду защищать её. – сказала Смерть. – От людей. Когда они придут к ней, чтобы убить, я встану между ними. Она почувствует меня, как чувствую её я. И перейдёт со своей дороги на другую тропинку. И, возможно, она тогда сможет донести вашу ношу и отдать её.
- Только я смогу помочь ей. – сказала Смерть.
И раскрыла свои огромные крылья над Девочкой.

А Девочка медленно брела по жизни, не понимая, почему ей так тяжело по ней идти. Чтобы обмануть своих убийц, она не помнила, что несёт и куда. И она была совершенно одинока.
Её убийцы время от времени подходили к ней совсем близко, но Смерть не теряла бдительность. Она видела, что эти люди становятся всё смелее и развязней, что с каждым часом жизнь Девочки обесценивается в их глазах, что они уже готовы объявить ей войну открыто. Они не хотели, чтобы она донесла свою ношу.
Они не имели веры даже в своего чёрного и мрачного Бога, но Смерть, пролетающая рядом, заставляла их сердца сжиматься от страха. Пусть на мгновение, но сжиматься, и они отступали. Потом приходили в себя и всё начиналось сначала.
А Девочка шла и не знала, что Смерть – это не только трупы людей, заполонивших человеческий мир, что Смерть может защищать от зла, оберегать от врагов и направлять в пути, закрытым мглой. И она, в отличие от людей, не лгала и не предавала тех, кого считала своими.
Пробил час – и убийцы Девочки потеряли терпение. Они не получали желаемое, как не старались, и захотели ударить сильнее. У них помутился разум от жажды её крови. И тогда Смерть впервые обратилась к Девочке:
- Не отвергай меня. – сказала она. – Смерть для тебя невообразимо прекрасна. Это спасение от черноты и от людей, окружающих тебя. Они не смогут пойти за тобой, они останутся здесь, в этом мире, даже умерев. Если твоя ноша слишком тяжела для тебя, я помогу тебе. У тебя ведь нет здесь будущего, этот мир – чужой.
Но Девочка не поверила тогда Смерти. Она услышала её, но не поверила.
- Не может быть, - сказала она в ответ, - чтобы мне, человеку, который несёт бесценный груз, спасающий людей от Тьмы, эти люди не создали прекрасное будущее!
- Им не нужен твой груз. – шепнула упрямо Смерть. – Им не нужна ты и твоя помощь. Им нужно лишь убить тебя, хоть они и не смогут объяснить, зачем им это. Они дерутся между собой, но те, кого ты считаешь своими, повернутся против тебя, когда ты обратишься к ним. Не жди от них благодарности. Они привязаны к своей дороге намертво и не хотят сходить с неё. Твой груз – не для них. Но я не хочу, чтобы ты жертвовала собой и не допущу этого.
И Смерть не сказала, кому была адресована эта ноша.
Смерть знала, что Девочка её не послушает и продолжит свой нелёгкий путь, не зная куда и к кому идёт. Ведь они с ней были – из одной семьи.
- Люди не должны узнать адресата. – объяснила Смерть своё молчание. – Ибо они коварны и завистливы.

И вот так, в одиночестве, Девочка донесла свою ношу до цели. Она обращалась слишком ко многим, чтобы увидеть нужного ей человека, но он оказался среди её адресатов. Она даже не сразу почувствовала, как он снял с неё её груз, потому что была слишком увлечена своими мечтами.
Всю дорогу, пока Девочка шла, она мечтала о Всемирном счастье. Она не знала жизни, мало общалась, не хотела принимать факты и всё время искала способы обойти стороной присутствие убийц в своей жизни. Она сочинила себе свой фальшивый мир, который помогал ей идти. И Смерть, потому, не мешала ей мечтать.
И лишь когда Девочка избавилась от своей ноши, правда стала настойчиво пробиваться наружу.
- Людям не нужен твой подарок. – шептала ей Смерть. – Они не примут тебя. Они не примут свою правду – у них есть свои правды. Те, у кого уже есть вера, не интересна Истина, если она идёт вразрез с их верой. А кому интересна Истина, тому не нужен твой Бог. Только избранные смогут воспользоваться твоим подарком – и не беспокойся, они найдут к нему дорогу.
А за остальных – не переживай.
Им ты не нужна.
Вот ты и проверила людей сама, чтобы не ошибиться в моих словах, и сама увидела, что твои мечты – невозможны.

- Ты совсем забыла, что Смерть прекрасна, - шептала Смерть Девочке. – что я – твоё освобождение и единственный свет.
Я давно тебе говорила об этом.
- Да, - сказала Девочка Смерти. – Мне было так важно найти своё личное счастье. Конечно, не важнее Бога.
Но теперь я взглянула вокруг – и увидела, что его нет. Что я как была чужой среди людей, как в детстве, так и осталось.
Я стала смелее, самодостаточнее, я обрела веру, но я не вливаюсь в толпу, а иду поперёк общего течения.
Я немного научилась не привлекать к себе внимания и разговаривать с теми, кто мне не интересен.
Но мне уже нечего искать среди людей – и одиночество – моя судьба.
И очень хорошо, что моя Книга – не для всех. И не для тех, к кому я обращалась.
Я не умею прощать предателей.
И поэтому мне лучше на них не смотреть.
Когда я возвращаюсь к этой мечте – что они оплатят мне мой труд и расплатятся за своё скотство – я чувствую мрак и черноту. Этого не будет никогда. Это блеф.
Предавший не раскаивается и не извиняется. И я начинаю ненавидеть этих людей, словно они мне что-то обещали.
А они не обещали мне ничего.
Я всегда обращалась в пустоту.
Я им никогда не была нужна! -
Но и они не были нужны мне.
А именно этого я почему-то долго не хотела принимать.

- Твои обиды слишком велики. – сказала Смерть. – Я бы тоже не простила их.
Я бы вычеркнула людей из жизни.
Но ты человек – твои чувства сильнее моих.
И от них сложно избавиться.
Не бойся взять мою руку.
Ты не почувствуешь холод – я буду для тебя лишь прохладным ветром в знойный полдень.
Не пугайся моей любви – я не дам тебя в обиду.
Я не человек, который предаёт.
Я – твоя защита.
И для меня ты всегда – маленькая Девочка, которой нужна моя любовь.
Я не приду к тебе с мёртвым лицом, чтобы пугать тебя, ведь я никогда не была человеком.
Я не похожа на человеческую смерть. Она лишь часть меня.
Я немного другая.
Но у нас много общего. О чём ты даже не догадываешься.
Я знаю, что ты ещё боишься меня.
Но ты уже даёшь мне возможность стоять рядом – и не бежишь прочь.
Только я спасу тебя от твоего разочарования в людях.
Уж так должно быть.
Я – руки, которые тебя всегда подхватят.
Я – сердце, которое всегда рядом с тобою.
Ты можешь на меня положиться.
Я для тебя – мир невиданной красоты.
Думай обо мне – и тебе будет легко.
И не отпускай мою руку.
И всегда знай – я не стою между тобой и Богом, я не трону твою веру, я защищаю тебя от людей и от жизни, если люди и жизнь станут угрожать тебе.

Так сказала Смерть Девочке.
Смерть, прекрасная, как лучезарный свет, раскинулась перед ней зелёным полем, залитым солнцем.
И яркая, ослепительная тропинка пересекала поле и уходила куда-то вверх.
- И мне можно на ней встать? – спросила нерешительно Девочка.
- Это теперь твоя дорога. – ответила ей Смерть. – Только твоя.
И добавила, предвидя её мысли:
- Оставь людей с Богом.
И тогда Девочка сделала первый шаг.
.

Сказка, рассказанная Каламбой своей дочери. Об опасной дороге.
Жила-была Девочка.
Жила без веры, без надежды на будущее, очень замкнуто и одиноко. Далеко в детстве у неё были друзья, но когда она выросла, она не захотела дружить ни с кем. Просто она очень глубоко чувствовала людей, не так, как все, и мало с кем позволяла себе быть собой. Что-то в ней было такое, что абсолютное большинство её окружающих воспринимали очень враждебно, какую-то часть её личности, совсем не проявлявшуюся, но тем не менее хорошо ощущающуюся. А когда рядом враг, разве можно было ей рядом с ним быть весёлой, доверчивой и очень доброй?
Поэтому она была замкнута и одинока. У неё не было выбора.
Девочка не знала своего будущего, но, как все дети, надеялась на что-то прекрасное, мечтала о счастье, которого ещё не знала, но в реальности, когда переставала мечтать, где-то в глубине себя, видела одну безысходную черноту. От этого её фантазии окрашивались в тёмные цвета и она очень часто представляла свою смерть. Она знала, что жизнь не принесёт ей ничего. И как-то сразу, с первого мгновения, как почувствовала будущую черноту, с грустью с ней согласилась. Поэтому ничего не хотела и никуда не стремилась.
Где-то в 18 лет, перед своим выходом во взрослую жизнь, Девочка сказала самой себе: «Мне нельзя вылезать вперёд. Это крайне опасно для меня». И она даже не сомневалась в столь странном и очень неожиданном своём решении. И так же приняла его, как непреложную истину, как предупреждение, ещё сильнее стушевалась и сделала шаг назад от людей.

В то время она не знала, ч то в её маленькой жизни присутствуют упыри – непонятные личности, живущие по своим законам, давно отказавшиеся от совести и отягощённые единственной целью – причём во имя веры! – они ждали мессию.
Зачем они его ждали, не имея Бога в своих душах, и чьего мессию они ждали – эти люди не признавались и самим себе. Но ждали. Причём любой ценой. А это значит, что без всяких сомнений готовы были совершить любую подлость и любое преступление, если того потребует их цель.
Что, кстати, и делали.

И ещё в маленькой жизни Девочки, кроме упырей, был Падший Ангел. Уже совсем не человек, хотя человеческий облик имел, но и не совсем бог.
Когда-то давным-давно, во времена Рая, к нему приходил Молодой Мужчина, бывший Богом людей, и говорил с ним. А Падший Ангел абсолютно ничего не помнил. Кто он, откуда, почему здесь оказался…
И Мужчина объяснил ему, как ему лучше жить в Раю. И как найти Бога.
Вообще-то этот Мужчина мог сказать Падшему Ангелу очень многое. Если бы тот спросил. Но у Падшего Ангела оказалась в характере какая-то упёртая хитрожопость, помноженная на абсолютный пофигизм, и Мужчине не удалось заинтересовать его своей темой.
Бог людей только и произнёс очень раздосадовано под конец их разговора:
- Я не смогу приходить и говорить с тобой, если ты отвернёшься от Меня.
Что и свершилось очень скоро.
Кстати сказать, Падший Ангел сначала даже обиделся на Бога людей, когда тот впервые проигнорировал его вопрос. Ему показалось, что Бог людей специально выбрал вместо него белого Адама и огромную толпу чёрно-глянцевых людей, очень красивых, но похожих на тёмные блики, если глядеть на них человеческими глазами.
У Падшего Ангела были и другое зрение и он смог видеть этих чёрно-глянцевых людей без всяких помех.
- Ах так! – сказал Падший Ангел. – Так ты со мной! Ты с ними! А мы тогда посмотрим, кто здесь с кем.
И он начал потихоньку пакостить.
Сначала по чуть-чуть, словно от досады, но с каждым разом его желания увеличивались, проказы становились проступками, а результаты их требовали большего.
Никто не стоял над Падшим ангелом. Никто не ругал и не хватал за руку. Его словно забыли.
А Бог людей исчез.
Как только появилась жизнь – реальная, с живыми людьми, с настоящими чувствами, такая прекрасная, сама по себе чудо – Бог исчез.
И было лишь два огорчения у Падшего Ангела. Во-первых, он не мог стать живым!
Среди глянцево-чёрной толпы, да, среди них, он разглядел несколько странных полуангелов-полулюдей, почти таких же, как и он. Падший Ангел это сразу почувствовал! И у них на поясах болтались человеческие фигурки! Они могли родиться в новом открывшемся мире!
А у Падшего Ангела, как он себя не разглядывал и в человеческом виде, и в нечеловеческом, не было ничего. И это было обидно.
И, во-вторых, Падший Ангел был один. Да-да. Совсем один.
Как он не старался, как не подходил к людям, и даже к этим полуангелам – его никто не видел! Его словно не было. Да и Падший Ангел видел, что мир людей существует где-то под ним, как в стеклянной сфере, закрытой от него со всех сторон. И войти в неё человеком, вот так, как ходят в нём люди, у Падшего Ангела не получалось.
Какое-то время он потыркался у её стенок, завистливо глядя на радостно общающихся друг с другом людей, а затем с досадой отошёл.
- Ладно, – зло сплюнул он на сферу, - я вам ещё покажусь! Вы ещё у меня попляшете!
Как он возненавидел людей!
Но зато, пока Падший Ангел вот так пытался влезть в мир людей, он неожиданно нашёл в себе массу талантов. Он читал чужие мысли, мгновенно и без слов. Он умел видеть людей совершенно не по-человечески. И видел, как они все переплетены нитями, кто белыми, а кто яркими, как свет. И что эти нити выходят за пределы не только человеческого мира, но и того пространства, где находился он, Падший Ангел.
И более того, он мог воспроизводить эти нити! Он сам был большим клубком – центром таких нитей, не световых. Но таких же точно белых. И только эти его нити могли проникнуть в человеческий мир.
- А не бог ли я? – задал себе тогда вопрос Падший Ангел. – По крайней мере, сын того занудного Бога людей, который меня здесь бросил? Он, правда, этого не говорил. Но если не он, то кто? Никого больше нет.
Он стал ещё тем атеистом.
И ещё заметил Падший Ангел, не сразу, конечно, что белые нити дают ему власть над людьми. А они проникают только в согрешивших. И что он может опутать человека своими нитями только, если тот отворачивался от Бога.
Всё это было так интересно. Немного нереально, но интересно. Падший Ангел чувствовал себя кукловодом в театре кукол. Он всё сильнее и сильнее вмешивался м жизнь людей, пытаясь опутать их как можно больше, он давно потерял всякую меру в погоне за властью над их душами.
А потом произошло первое убийство.
Падший Ангел весь сжался от ужаса – он не ожидал от людей такого поворота. Нашёптывал, конечно, всякие мерзкие предложения, но не думал об их реализации. Но ничего не произошло! Никто не прибежал, никто его даже не отругал.
- Да это же МОЙ мир! – понял вдруг Падший Ангел. – Вот в чём дело.
Да, как-то незаметно для себя, глядя на людей, Падший Ангел решил, что этот мир создан именно для него. Что он – Альфа и Омега. И что именно в разделении людей на плохих и хороших заключается Цель его создания.
- Чёрно-глянцевые люди – это начальный материал. – решил Падший Ангел. – А жизнь – это кофемолка, перемалывающая их.
Он как-то и позабыл, что говорил ему Бог людей о нём самом и о людях.
- Это твой экзамен. – сказал ему тогда Бог людей. – Пока тебя не позовут. Ты не должен вмешиваться в жизнь людей.
- Что мне ещё ждать от Бога, который бросил меня совсем одного? – раздражённо думал Падший Ангел. – Он думает, я слабее Его? Да я отниму у Него весь Его урожай людей! Вот что я сделаю!

***
К тому времени, как родилась Девочка, Падший Ангел поймал в свои сети практически весь человеческий мир. Он был везде – и в церквях, и у мирян, и у живших праведно, и у предававшихся разврату, у преступников и у их жертв. У всех них Падший Ангел нащупал слабые места, которые позволили ему проникнуть к ним в души, через свои волшебные нити. И потихоньку руководил ими. И только какие-то незначительные единицы не поддались власти Падшего Ангела.
Девочка ничего не знала про Падшего Ангела и про управляемых им людей. Она не знала и про то место, которое ей определили упыри.
Если бы они просто пришли к ней!
А всё дело было в том, что Девочке при рождении был дан удивительный талант – она могла получить всё, что угодно, если это ей было по-настоящему интересно. И перед этим всем стояла единственная преграда – Девочке для себе самой не нужно было ничего. Такой интерес могли создать только окружающие её люди, если бы Девочка их заинтересовала. И тогда и в ней что-то загоралось от их веры.
Но упыри этого не знали. У них была цель и они собирались достичь её любой ценой.
- Да и кому нужны чувства какой-то девки, - думали они, - если от неё нужен ребёнок, а не она сама.
Упыри ждали своего мессию. И его рождение должно было опутано мистикой – это было единственное препятствие. Девочка должна была первой обратиться к своему супругу (для упырей это был просто кобель, и он не был против), но толкать её им никто не запрещал.
Так и получилось, что эти неверующие люди, неприятные и подлые, что и говорить, встали где-то посередине на пути от Добра ко Злу. На открытое насилие они не пошли, это было уж слишком по-дьявольски, но и просто наблюдать не захотели. А так как Добро середины не терпит, то и путь этих упырей, пусть с оговорками, но вёл только во Тьму.

В очень нехорошее для себя время родилась Девочка в мире этих людей – всё было против неё. И только одну защиту ей разрешено было взять с собой – Смерть была её защитой.
Да. Именно Смерть, потому что ей было важно, чтобы Девочка оставалась жить вопреки окружающей её Тьме. Должна была Смерть решить для себя главный вопрос, который когда-то поколебал её каменную самоуверенность.
- Возвращаются ли ушедшие?
И на то у неё была своя причина.
Падший Ангел был её сыном.
И хоть Смерть была гораздо жёстче Бога, гораздо более жестока и бесчувственна к нарушившим Правила, она не смогла проигнорировать этот вопрос Бога. И Смерть захотела получить ответ.
Поэтому внимательно следила Смерть за Девочкой, не давая ей ступить на приготовленные людьми ловушки.
- Будет лучше, если она ничего не будет знать ни о себе, ни о своих целях. Чем меньше она знает, тем меньше знают её враги. И тем меньше у них будет шансов помешать ей. – так сказала Смерть.
- Но как же её свободный выбор? – спросил её Бог. – А если она не захочет идти до конца?
- Ну что ж. – ответила Богу Смерть, - тогда пусть уйдёт, не дожидаясь рассвета.
- Хорошо. – согласился Бог.

*
Так и жила Девочка в полном неведении о том, куда идёт и зачем. И единственным ориентиром на её пути без веры было её человеческое достоинство – непонятная и странная штука, оставшаяся лишь у очень немногих людей в том мире. Оно не ограждало от ударов и не помогало решать её маленькие и большие проблемы, но идеально защищало от падения, даже стоя рядом с моральными уродами. И оно позволяло сохранять себя на краю пропасти во что бы то ни стало, пусть даже с потерями.
А уродов в жизни Девочки было слишком много. Таков уж был её выбор. Ведь если хочешь решить проблему падших, поневоле будешь общаться только с ними…
Спустя много лет Девочка с отвращением вспоминала тех, с кем ей пришлось столкнуться.
- Второй раз я бы этого не выдержала. – сказала она себе. – Столько мрази в один момент времени!
А были в её жизни предатели-друзья, предатели-близкие, упыри-коллеги – все управляемые. Опутанные сетями Падшего Ангела с ног до головы.
И был в её жизни Полный Урод – мужчина абсолютно без человеческого достоинства, что позволяло ему очень многое. И он очень ценил в себе его отсутствие, считая Девочку полной дурой.
- Почему она воротит нос от моих предложений? – думал порой этот кобель. – Как могу, так и ухаживаю. И вполне честно даю понять, что мне от неё нужно.
Но у Девочки были свои планы и она допускала к себе только тех, кто с ними соглашался. А для этого надо было хотя бы увидеть в ней человека, что для Полного Урода было слишком большой наглостью с её стороны. Он не любил её. Он хотел только совокупиться с нею. Он вообще женщин не ценил. Поэтому его предложение осталось без ответа – Девочка отказалась и от него самого, и от его предложения. Она, ничего не объяснив, просто ушла.
И тогда упыри решили её уничтожить. У них была целая отработанная система по превращению людей в овощи, которой они воспользовались. А так как великой ценности Девочка для них не представляла, они не сомневались в правильности своего выбора.
Даже её поиски веры не остановили их. Даже наоборот, это были настолько агрессивные атеисты, что Бог для них никогда ничего не значил.
Я не знаю, стал ли кто из людей поступать так, как поступала Девочка. Она ведь спасала мир, проводя свои религиозные поиски и находя, одну за другой, ошибки в человеческих поисках Бога.
Только для упырей было в радость толкать её под руку и создавать ей невыносимые условия для жизни. Они отняли у неё здоровье, отняли радость, отняли людей, одного за другим, они решили, что нищета – это как раз то, что ей нужно. Девочка каждый раз с отчаянным недоумением наблюдала за их звериным остервенением, с которым они без конца вмешивались в её жизнь. Она не понимала такой откровенной неблагодарности. Она, нашедшая Бога, никак не могла понять чужого агрессивного атеизма у людей, не имеющих человеческого достоинства. Она не понимала, что они получают удовольствие от её боли и что их возбуждает её отчаяние.
- Посмотрим, защитит ли её её Бог? – ехидничали они, глядя на её веру.
Им не нужен был Бог. Никакой. Им и без Бога было неплохо, гораздо лучше, чем Девочке. И это значило для них очень много.
- Что это за вера, которая приносит одни страдания и не может защитить? – говорили они. – Вот у нас есть мысли на этот счёт гораздо получше её веры. Потому что наши действия делают нас сильнее. Падение нас лечит. Мы крепко стоим на ногах на земле, а она, эта дура, чего достигла?
И они мешали ей ещё сильнее. Уж слишком забавной им казалась её упёртая вера в Бога Добра.
Но Девочка создала свою религию вопреки всему, потому что думая, что создаёт её для других, она сама в ней нуждалась больше своей жизни. Нуждалась так, что для неё становилось не важным нужна ли она всем остальным.
И Бог помог ей сохранить себя в войне, которую объявили ей упыри.

*
Лишь на очень короткое время встретилась Девочка с Падшим Ангелом, даже не поняв, насколько он опасен и что она сама оказалась живцом для его поимки.
Странный парень, о котором Бог говорил ей какими-то намёками, всё время отворачиваясь. И Девочка не придала ему значения так же, как не придавала значения никому из своих видений. Кроме Бога.
Ну есть – и есть. Даже убедила себя в том, что он нужен.
Но когда оказалось, что у него нет сил! Что он ослаблен и растерян! Что он, стоя на ТАКОМ месте беспомощно немощен!..
И Падший Ангел исчез так же мгновенно, как и появился, не оставив в памяти Девочки о себе ничего.
- Какой-то безмозглый идиот. – решила она, так и не познакомившись поближе с его сетями и его войском, послушным и безумным, уже стоявшим на пороге Последней войны.
Ничего не смогло бы остановить это войско с его слепыми и глухими командирами, оставалось только указать на врага и отдать приказ! Он так всё просчитал, так тщательно расставил все фигуры. Но не успел в то, роковое для себя мгновенье, даже открыть рот. И только в самый последний момент вдруг понял, какому Монстру позволил вырасти и свить гнездо прямо у себя под носом.
Не знала этого и Девочка, потому что её война оказалась слишком короткой, и невозможно было уже понять как и, самое главное, кто её объявил Падшему Ангелу.
И он исчез в белых сетях.
И вместе с ним исчез панический страх, который преследовал Девочку всю её жизнь. Страх, что она почему-то ничего не успеет сделать и что ей надо опасаться всего и всех.
И как в 18 лет, она сказала сейчас: «Вот теперь я могу выйти вперёд. Если мне дадут это сделать».
Потому что время было упущено и места все были заняты.
И это очень обидело Девочку. И обида её была слишком велика, потому что упыри отняли у неё жизнь, а те, на кого она надеялась, оказались целиком неблагодарными. И жгла обида её сердце, заставляя стучатся в закрытые двери.
И сказали тогда Девочке:
- Ненависть и обиды выжигают душу человека. Остановись, ибо они и тебя сожгут в пепел. Источник ненависти или убирают от себя, или уходят сами, если нет другой возможности. Здесь лучше потерять что-то, пусть даже очень ценное для тебя, чем потеряться самому.
Если мир и окружающие люди таковы, как ты описываешь их нам, значит у тебя нет другого выхода. Неблагодарность опасна, обращаться к глухим слепцам без сердец чревато большими проблемами, разрастающимися мгновенно до небес и закрывающими собой всё. Вплоть до Бога.
Откажись от своей мечты. Она уже начала сжирать тебя. Ты уже выполнила максимум, который от тебя ждали. Не надейся в своих фантазиях на падших – принимай их действия здесь и сейчас и не ищи в их ненависти причин и не оправдывай их безразличие. Это их выбор – ты их не переубедишь стать другими и вести себя иначе.
Твоя дорога слишком сложна и она ещё не закончилась.
Так не трать своё время на дураков.
Холод в сердце – это не самое плохое в этой жизни. И в этом мире.
.

Потерянный кусок из дневника.
Думала о событиях Новороссии. О том, как я пыталась помочь и как удивительным образом, после моего косвенного вмешательства, сила противостояния начала увеличиваться, пока не достигла апогея. И вдруг – Минск-1. И всё остановилось.
Я считаю – страшная ошибка. Или предательство. И это перечеркнуло поток удачи и свела его на нет. И этот путь исчез. И теперь какое-то пошло упёртое прозябание, натолкнувшееся на стену.
А потом я подумала: если вот так остановили позитивный путь в Новороссии, а он был бы с гораздо меньшими потерями и кровопролитием, они запросто бы, чем дальше, тем быстрее, отвоевали бы всю Украину от пришедших в ней к власти фашистов, то так же могут остановить и мою дорогу. Просто временные отрезки здесь разные и результат вмешательства в мои планы сейчас не увидеть. Это только-только вот происходит.
И дело не в одержимых Дьяволом – предательство внутри тех, кого я считала своими.
Защиты от предательства – нет.
Это значит, что я не смогла в них, вполне влиятельных, чтобы иметь возможность помочь мне, создать союзников. Возможно, что не откликнулся никто, не смотря на весь этот странный способ проталкивания моей книги в интернете.

И вот я подумала: я не ожидала, что здесь так всё плохо.
И с такой ситуацией надо ли было писать такой томище? Когда можно было бы всё сделать по-другому, я и путь этот увидела. И книгу другую.
Если смертники обречены, зачем тратить время на их спасение – строить дорогу, по которой никто не пойдёт?
И думала о другой книге, о том, как её бы приняли (и это было бы сложно, но гораздо легче в распространении). Эта вера приняла бы всех, не разделяя, как сейчас, но дошли бы лишь избранные. Лишние знания всё так усложнили. И Падший Ангел со своими адептами для этой книги был бы не опасен – она не претендовала бы на тех, кто отдал ему свои души.
И я была бы довольна, так как результат в том варианте – это уже не моя забота, и мне не обязательно было видеть, кто дойдёт, а кто нет. И почему не дойдёт. Ведь если смертники так и остались смертниками, то зачем были вообще нужны все эти мои жертвы? Зачем я потратила на них свою жизнь?

Вот сейчас я сделала огромный круг и вернулась к месту, с которого начала – вот это то, о чём я подумала. Только мысль об избранных – очень немногих, способных пройти, успокаивает.
И разница между такими двумя путями лишь в количестве моей внутренней безнадёги. В первом случае я бы мечтала о многих, а сейчас знаю лишь о единицах.

Получается, я полезла в человеческое дерьмо и Тьму только для себя, чтобы увидеть вот то, что сейчас вижу – бессмысленность попыток изменить падших.
И вот тут меня прямо всю пронизало от открывшегося! Да! Мне настолько было важно именно ЗНАТЬ то, что упавшие не поднимаются, что отказавшиеся от Бога уже не повернутся к нему никогда, что эта КНИГА стала для меня невероятно ценной.
Я с самого начала не могла понять, зачем мне всё это нужно – спасать людей и быть белой вороной в своём окружении, поступать совершенно не свойственными мне способами, идти как за чужой мечтой. Всё время я ждала отдачи – и не получая её, впадала в отчаяние. Ведь без ответа все мои действия были бессмысленными. А здесь вдруг открылся СМЫСЛ всем моим действиям. И не для кого-то, не для чужих людей, а только для меня.
Мне невероятно важно было узнать о бессмысленности попыток вернуть ушедших.
И для этого имело смысл и написать эту Книгу, чтобы объяснить в ней всё досконально, и пытаться её распространять, и даже потратить на это всю свою жизнь. И всё, что я делала – правильно.
И это именно МОЯ Книга, а не чья-либо, посвященная непонятно кому и созданная непонятно зачем. И я написала её, чтобы решить для себя самый важный вопрос, перед тем, как отсюда уйти.
Вот что мне открылось.

*
Посмотрела ночью очень знаковый и говорящий детский фильм, вместо фильма ужасов зачем-то прокрученный по ТВ. И увидела в нём обращение к себе. К моей ситуации.
- Они же не понимают меня.
- Бог, как за шторкой, и ты тоже за шторкой для них.
- Отпусти их.
Это же моё желание и есть. Я устала от этого процесса умирания. Я хочу, чтобы это поскорее закончилось. Я и хочу их отпустить и боюсь этого.

- Их уже не изменить.
Один шаг – и остановка. Подождать и сделать следующий шаг.
И так и идти по этой дороге.
До цели.

18.01.2018г.
Уже думала, что дописала всё, а тут шла домой и размышляла о том, что, вполне вероятно, невозможно исправить большинство существующих людей, что это – их искренний выбор, от сердца, что их одержимость Дьяволом неизлечима, и что мечта Сталина «вытравить Зверя из людей» неосуществима. И что в погоне за ней, за всеми, можно потерять избранных, своих. Не успеть что-то сделать для них.
И вдруг почувствовала, что Сталину надо уйти с моего корабля. Оставить меня одну на моём пути. Я смогу дойти до его конца. У меня уже хватит сил быть одной. И я обратилась к нему с этой просьбой, сказав, что его мечта, конечно, прекрасна и мне надо было попробовать реализовать её. И я сделала для неё всё, что смогла. Но что её несбыточность – это не значит проигрыш. Что, возможно, именно так и должно быть – остаться избранным единицам в погибающем во Тьме мире, и сосредоточиться только на них. На их спасении. Ведь и у них ещё не пройден путь до Конца и есть свои проблемы и ошибки. И, главное, есть ещё время, чтобы попытаться их исправить.
И вот так сказав, я задумалась на какое-то время, потому что ничего не почувствовала.
И даже удивилась немного этому.
Этот Сталин – такой упрямый.
Хотя, может, просто ещё не пришло время. Поэтому и не убедила.
Но упёртость на мечте – опасна…

Но потом неожиданно вспомнила отца, недавно он мне снился – мы сидим с матерью на кухне в моей квартире, вдруг открывается входная дверь и входит с кем-то отец. Я как услышала шум, выбежала в коридор, но, увидев отца, потеряла способность двигаться и упала. Не от страха, а просто упала – и всё, как выключили во мне что-то, просто сижу парализованная и ничего не могу сделать. Смотрю на мать и думаю, почему она мне не поможет? Я же не могу встать. Так и проснулась. А проснувшись, думала, может это и есть смерть? Падаешь – и всё.
И вот так я неожиданно переключилась на мёртвых, что давно уже не делала, мечтая о живых. На тех, кто находится на другой стороне. И на отца. Зачем-то же он приходил…
Ведь я им должна передать свою книгу! Он должен её прочитать! И другие с ним.
И я нашла способ передать её ему. Допечатать, закончить. И дать возможность ему её забрать в доступном, для него, месте, и вложить в неё его фотографию, чтобы смог её найти. Суеверие, конечно, но мне нужно было выстроить и этот путь. И я всё равно так сделаю. И Библию ему так же передам, хотя, думаю, Библия там есть.
Как я могла о них забыть! Вот так мечтать о спасении падших и забыть о главном!

И тогда я обратилась уже к мёртвым, к ТЕМ ПОСЛЕДНИМ ДНЯМ, которые наступят.

Теперь пришло ваше время.
Вы должны принять, что не все дойдут до Цели. Я очень последовательно объяснила причины этому. И больше уже не буду ни бороться с этим фактом и ни опротестовывать его.
Я дала путь для поиска или проверки вашей веры. И он – в моей книге и в Библии. Вам нужно пройти этот путь.
Вам нужно поставить чёткие границы в своих линиях - между собой и падшими. Волна пойдёт от живых – от последнего к первому, от захваченной души живого человека, через неё, Тьма попытается захватить всех в его цепочке воплощений. Поэтому надо уже ставить границы. Каждый, в сущности, сам по себе, потому что, если Волна дойдёт до него, защитить от неё сможет только он сам, никто не сможет помочь из тех, кто стоит перед ним. Только на своих ресурсах, на своей вере можно отбить от себя эту Волну.
Вера – сильнейшая сила. Вполне возможно, если у человека, даже и не вполне чистого в своей давно прожитой жизни, хватит желания быть с Богом и его веры хватит для того, чтобы отстоять себя. Вера – взращивается постепенно, она крепчает, если человек становится одержим Богом. Она его очищает. Конечно, у живых чувства острее. Но нужно научиться отрезать себя от живых. Не глядеть больше в их сторону. Не надеяться на них.
Оставшимся святым говорю: «Уходите». Блокируйте связи. Вы не сможете запретить живым смотреть в вашу сторону, но вы можете сами отключить их от себя. Время помощи живым для вас прошло. Иначе падшие через эту связь попытаются уничтожить вас. В живом мире остаются только адепты Дьявола – ловцы душ, ибо у них – свои законы.
Вот так подумала и решила так и сделать.

Мёртвых ведь больше, чем живых. И у меня такое чувство, что они ждут и мою книгу, и меня они знают. И потому мне им доказывать ничего не нужно. И себя объявлять. В отличие от живых.

Последний сон.
Мы с матерью куда-то едем, я чувствую тревогу и опасность, затем выходим и поднимаемся в гору. Я тащу тележку на колёсиках, мне очень тяжело, поэтому еле иду сзади и прошу её не торопиться. Потом что-то меняется, ощущение опасности становится сильнее, мы от кого-то убегаем и я её отправляю на одну дорогу, а сама прячусь на другой. Лежу там в закутке, а ноги немного выступают. Нечто пролетает мимо закутка, в погоне за кем-то, и задевает мои ноги. И возвращается. И нападает на меня. Я гляжу – а это фигура в серой одежде, и под капюшоном нет лица. Темнота. Прямо такая классическая смерть, только без косы.
Но как только ЭТО на меня напало, страх пропал, наоборот, я раззадорилась и начинаю бороться. Руками стараюсь создать какое-то защитное поле, а ОНО хватает мои руки и противостоит мне, не даёт это сделать. И вроде я и сопротивляюсь, не поддаюсь, но у меня нет достаточных сил оттолкнуть его. Лица нет, а я чувствую его рот у моего лица, которым ОНО хочет вдохнуть в себя мою жизнь.
И я так и проснулась на середине этой борьбы. И подумала: «Значит, меня здесь ещё что-то держит». Так и подумала. Приходила Смерть проверять.

И как-то опять слабость пришла, весь день такой вялый.

Шла потом домой и вдруг откуда-то мелькнула мысль:
- Как меня назвать? Может «Передающая Слова»?
Или что-то в этом роде, потому что после моего ответа я напрочь забыла, что мне там предложили и сейчас не могу уже вспомнить.
И ТАКАЯ радость у меня появилась от этих слов, ТАКАЯ гордость.
А потом думаю:
- Это ведь НЕЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ имя. Человеку надо быть человеком, иначе он тут же падает во Тьму. Меня же периодически преследует страх от падения бывших святых. Чтобы упасть – много не надо. У них тоже начиналось всё с малого, что они в мечтах себе позволили.
И я ответила:
- Спасибо, что предложили. – почему-то поблагодарила. Искренне.
- Я – человек. И мне дано только человеческое имя. Вот я его и возьму.
И в ответ тут же, так живенько, заинтересовались:
- А КАКОЕ имя ты себе выбираешь?
Я подумала, что если ничего не произойдёт, то этот вопрос – подвох. Я со своим именем давно уже смирилась, не смотря на его неприятие в детстве.
… … …
А потом сказала:
- Я есть лишь то, что есть. Не надо меня искушать всякими видами. Я даже не Сталин. И меня вполне устраивает моё «я», мне не нужны чужие. Просто люди забыли или никогда и не знали, что значит ЧУВСТВОВАТЬ Бога, и что когда Он оказывается рядом, Его чувства становятся твоими чувствами. И ощущаешь ты себя Им – Богом, а не собой. Хоть и себя не теряешь. Да и как можно было по-другому всё это передать?.. Просто так устроен этот мир и человек в нём.

Не всё ли равно кто я? Рядом с Богом – всё равно. И это Истина истиннейшая. Для меня.

Так и останется эта тема неразрешимой загадкой, потому что, как я посмотрю, любые мои попытки детально что-то рассмотреть на этом пути, с любой стороны, ведут лишь к каким-то сомнительным предложениям и вопросам, с балансировкой на грани Пропасти. Вот так Судьба меня поставила на обособленное место, потому что, возможно, другого пути просто уже не было. Не осталось. А, возможно, и нет. И что-то ещё было. Уже ведь не проверишь то, что не произошло.
А кто я, зачем я – и что, в мире не осталось динозавров, выбравших Бога, а не Дьявола, одна я? - Ведь это не так. Можно ведь посчитать и так, что мой вариант оказался самым удачным.
Да и не всё ли равно, если причина появления моей книги – найти спасение из этого погибающего мира, по крайней мере, объяснить любому человеку, не обладающему ничем примечательным, обычному, как я, выход из непроглядной Тьмы, царящей здесь безраздельно. Чтобы он мог сделать свой выбор. И чтобы у него при этом был этот ВЫБОР. А не как здесь происходит… И цель, я считаю, достигнута. В остальном же всё должно остаться неопределённым, потому что даже в сказках, обращённых ко мне, есть ответы на вопросы, заданные не мной. А дураки пусть падают, споткнувшись о разбросанные в них камни.

Нельзя никому никого тащить за собой насильно. Даже в книге. В построенной Дороге обязательно должны быть пути отхода для несогласных. Так должно быть. Выбор – это когда есть путь сразу в две стороны. И у меня тоже есть ВЫБОР, раз я человек. Так всё выстроено. И та же Пропасть под ногами, что и у всех. И я это не должна забывать. И поэтому мне не нужно, чтобы, помимо моих решений, меня ещё в неё и толкали всякие там, посторонние умники.
Я уже и сама не хочу, чтобы всё было ясно и понятно для меня самой. Мне нужна только дорога к Богу. Пока я жива – ничего не имеет значения, кроме этого пути. А те вопросы, которые довлели надо мной в прошлом и на которые пришлось отвечать, иначе ничего не сдвигалось с места, прекрасно запутывают всё постороннее. Зачем-то я искала на них ответы. Но теперь вы в них обо мне ничего не найдёте и не ответите обо мне ни на один вопрос. О других – да, обо мне – нет. Как в случае с Николаем Вторым и его семьёй. И как с девственностью Девы Марии. А углубитесь в запретную тему больше дозволенного, вас затянет и вы погибнете.

Ведь не всё ли равно, из чего и как свита верёвка, брошенная утопающему? Главное ведь, КЕМ она брошена. А если, вместо того, чтобы хвататься за неё, вместо того, чтобы выполнить то, что говорит ему его спаситель, элементарные вещи, не сделав которых - спасение невозможно в принципе, если вместо этого утопающий начнёт умничать ни к месту и отвлекать своего спасителя посторонней болтовнёй, конечно, в бесплотной в надежде, что спаситель так же глуп, как он, падок на пустые слова и потому потеряет бдительность и его можно будет утянуть в свою топь, то утопающий просто пойдёт ко дну. Ему просто ДАДУТ утонуть. А кому-то, особо активным, чтобы не мешали, ещё и помогут утонуть побыстрее. Не шантажируйте Бога, граждане люди! Особенно, когда Конец Всему уже близок. Не надо испытывать Терпение, которое итак уже стоит на грани Взрыва.
А неблагодарным демократам и упёртым либералам, да и прочей асоциальной шушере – туда и дорога.

Вот я пишу это и думаю, а нужны ли мои перемены РПЦ и народу России (уже не советскому народу) или их вполне устраивает то, что они имеют? Молчание – и будет ответом мне на мой вопрос. В принципе, я его и жду.
Но вдруг РПЦ согласится? Здесь проще как-то, это всё-таки не народ, а искусственная структура со своей иерархией и возможностями. Или существующая власть? Но согласие власти не определяет согласие народа. А сегодняшний народ России тяжело болен и, возможно, болезнь его уже неизлечима. Не задав ему вопрос, не узнать ответ большинства. А если согласны менее 2/3 – то начинать что-либо бесполезно и надо будет принимать иной вариант развития событий.
Неопределённость очень утомляет. Я начинаю чувствовать, что меня уже устроит ЛЮБОЙ ответ. Лишь бы он был дан. Всё слишком уже затянулось.

Что-то я от всего этого очень устала.

03-05.03.2018г.
Сегодня приснился сон, очередной вариант одного и того же сюжета. Словно я сижу в купе поезда, сняла свой рюкзак и положила рядом с собой, разговариваю со своими коллегами по работе. И вдруг мне стало нужно отойти. И я ухожу. Оставив свои вещи рядом с коллегами. Сделала какие-то свои дела, возвращаюсь на вокзал и вдруг вижу хвост уходящего поезда. А в нём же мои вещи! Мои документы. Там и деньги приличные – мама попросила снять со своей карты наличные. И всё уехало.
Смотрю, мои коллеги идут. Перед отходом поезда они вышли из вагона. Я к ним. И оказалось, что никто из них даже не подумал взять мой рюкзак с собой. Вообще. Вышли сами – и всё. И я в полном отчаянии начинаю думать, что мне делать, чтобы вернуть свой рюкзак.
И проснулась. И подумала, что мне нельзя никому ничего передавать. Мои сказки – я понесу сама. Хоть мне порой так хочется всё бросить! Или забыть где-нибудь… А имя своё, просто от дураков, наверное, поменяю. Чтобы не мешали мне жить. А так бы и не меняла МОЁ имя.
Что-то во мне меняется, а суть – не меняется…

Вот и сейчас, размышляя так о себе, вдруг увидела такой образ-видение.
У меня есть фотография, где мне лет шесть-восемь и я еду на велосипеде. Шорты, развивающиеся волосы до плеч, радость. И вдруг я вижу ребёнка с маленьким рюкзачком на спине, вернее вижу его спину, и вдруг он оборачивается и на меня смотрит это МОЁ лицо. Но, удивительно, я понимаю, что это - не я. В этом возрасте пол у детей не ощущается и потому я не чувствую, кто это. И что странно, я не ощущаю с ним и связи. Да, это не я. Но раньше была связь, а теперь ничего нет. Я не чувствую связи с собой этого ребёнка с МОИМ лицом. И этот ребёнок улыбается мне, поворачивается и идёт дальше со своим рюкзачком.
И после этого видения я почему-то горько усмехнулась:
- Да, развели беса за три копейки…
Или КТО-ТО во мне горько усмехнулся, я так и не поняла.

Горько, потому что сейчас, порой, я вижу страшное - Дьявол здесь везде. Беса развели, но мир этот… Порой мелькнёт во всей полноте это ощущение и я в полном недоумении задаю себе вопрос, КАК Я МОГЛА ТАКОЕ НЕ ЧУВСТВОВАТЬ РАНЬШЕ? Да я бы в жизни не стала бы делать того, что сделала. Дьявол – здесь победил. Практически победил. Осталось дело за малым. Даже лучшие выбирают Дьявола, а не Бога.

Я больше не буду бежать за вашей колесницей и кричать вам о Боге.
Для выбравших Дьявола – это бессмысленно.
Да, мечта была прекрасной и казалась очень правильной, по советским меркам отношения к людям, но нельзя, чтобы мечта заслонила собой Бога. Любая. Иначе можно не услышать слова Бога, когда Он скажет тебе:
- Оставляй здесь всё и уходи. Иди за Мной.
И в этот момент надо сразу отказаться от всех своих человеческих целей и стремлений, без сожалений отпустить этот мир, легко, даже с облегчением вздохнув, потому что ноша – очень тяжела – пытаться изменить этот мир, и уходить.
Бог не говорит просто так ничего.
И если Он сказал ТАК, значит мечта фальшива, цели – не исполнимы, люди – сделали свой выбор сами и ты им не нужен. Как не нужен им твой Бог.
Я просто шла, думала об этом видении и о своём сне, и о другом ещё думала, о людях, и вдруг сказала сама себе:
- Да запиши это сейчас, ибо если тебе заплатят, ты уже не запишешь ничего – настолько будет противно. Разве что свой массаж подправишь. Только об этих дураках уже не пиши. Не обращайся к ним. Они только всё портят. Бессмысленно обращаться к тем, кто уверен в собственной правоте. Это чувство словами уже не перебить. Слова бессмысленны там, где доминируют чувства. Вспомни, как ты не принимала Распятие, не смотря на все правильные объяснения. Пока не увидела Новый Крест.
Упёртость, основанная на чувствах Дьявола, поселившегося в душе у человека, словами практически не лечится. Человек не принимает то, что идёт в разрез его чувствам – и всё. Прячется, увёртывается от необходимости сделать неприятный для себя вывод, лжёт сам себе, но не меняется. Думает, что сможет обмануть Бога, как обманывает сам себя и окружающих. И выжидает благоприятного момента, чтобы вернуть всё обратно. Младенца с гнильцой ещё можно попытаться изменить, падшего взрослого – практически никогда.
Время – самый большой дефицит в этом мире.
Если времени для младенцев уже нет – нет смысла здесь затеивать революцию.
Значит, будет действовать Второй вариант, описанный в Библии. Не для всех. Спасение – только для избранных.
Значит, пришла пора Второго варианта.

Если последний доходит до Бога – это даёт шанс каждому в его цепочке. Даже для совсем падших, потому что падение, в этом случае, очевидно случайно, а не закономерно.
Ну, а раз последние в человеческой цепочке оказались аутсайдерами, сгнили без возвратно, то для первых, наверное, всё-таки возможен вариант спасения, если они смогут отрезать от себя связь со всеми остальными своими воплощениями. Я раньше просто не думала о мёртвых. И только с точки зрения правил и логики. Но ведь Бог может дать любому Искру Жизни, на то Он – и Бог.
Быть последним – очень ответственно. Что-то есть в этом, в этой связи…
Но наступает момент и ты чувствуешь - прошлое – это лишнее. Нет смысла искать или знать, кем ты там был или не был в минувшие века. Это НИЧЕГО не даёт, а только затягивает в ЧУЖИЕ для тебя жизни, где тебе места нет. Твоё место – здесь и сейчас, и если этого не принять, то можно потерять всё. Мгновенно. И никакие прошлые достижения тебя не спасут в твоём сегодняшнем падении.
Поэтому я не хочу знать, кем я там была в своём прошлом.
И почему именно я…

Перед прилётом Звезды, той самой, что прилетела через 2000 лет после Христа и перед нападением на меня моих врагов, я написала небольшое начало повести. Так и не написанной в то время. Я потеряла это начало, но до сих пор помню своё удивление от силы тех слов. Не ожидала от себя, что могу так захватывающе писать. Всего листа полтора рукописного текста. И смысл написанного был в следующем: шёл себе Путник своей дорогой, и вдруг с неба упала Звезда и ударила Путника. Ударила так сильно, что он потерял сознание, а когда очнулся, то стал совсем другим. Он стал Пророком. Он увидел то, что грядёт. И это было настолько страшно, настолько полно, настолько ярко… И это был Конец Света. И Путник услышал, как ему сказали:
- Иди, и предупреди всех о грядущем.
И он пошёл.
На этом моё «начало» закончилось. Я помню, как думала, что же писать дальше? И придумывала, как он ходит по деревням, и как его гонят ото всюду. Как на него натравливают собак. Даже выплыли какие-то гомосеки, попытавшиеся его совратить и очернить. И какие-то шлюхи с теми же целями. Я помню, как всё черно было в моих фантазиях, и что мой придуманный и не написанный конец был таков – Пророк ничего не достиг. И не был услышан. Его просто убили. И когда его убили – настал Конец Света.
Я ничего не написала в то время, никакого продолжения для этого начала. Потому что написанное было таким прекрасным, удивительно, как я это смогла? А придумываемое продолжение – таким мелким, житейским, каким-то пошлым с этой, лезшей в голову, гомосятиной и шлюхами… Я помню свою депрессию от этих навязчивых чёрных образов. Я не стала тогда ничего писать.
А сейчас думаю …

Дуракам объяснения не нужны.

Конечно, книга моя не дописана. Так много слов, вертевшихся в голове, уже не напишутся никогда. Пусть уже другие вычисляют их, если они будут. А я ставлю точку посреди так и не дописанного сюжета…
Моя несбывшаяся мечта, от которой я отказываюсь легко и с облегчением.
Мои недописанные сказки о Чужом мире…
Моя незаконченная повесть о неуслышанном Пророке…

А потом приснился реально Страшный сон. Для меня страшный, а не по сюжету. Словно я смотрю на какую-то таблицу, которую мне показывают после того, как, вроде, мечта моя исполнилась и люди пошли за мной, и вижу, что вместо Бога они выбрали Дьявола. Все. Так мне показалось по таблице. Почему? То ли излишняя экзальтация, то ли слишком рьяно взялись за дело, то ли, не изменив общество, нырнули в веру. Вчерашние либералы и антисоветчики, находящиеся у власти, в том числе и в церкви, переобулись в прыжке и, по своим понятиям, увлекли за собой остальных… И вместо изменений к лучшему лишь переметнулись в другую крайность и в ней нашли то, что им только и нужно. И я смотрю на это в недоумении и в ужасе, от безысходности, и понимаю, что пришло для меня время умирать. Что это – всё. Что больше у меня здесь не осталось ничего… Ждать некого.

И, следом, в противовес сну, утром пришло Видение, похожее на сказку. Да что там, сказка и есть.

Сказка
Я стою с коллегами у дальних кованых музейных ворот, в парке. А коллеги у нас есть весьма и весьма в теле. И вот стою и вдруг чувствую – надо уходить. Зуд и ощущение надвигающейся опасности. И даже говорю вслух, сама себе:
- Надо уходить отсюда.
Посмотрела на остальных – и поняла, что не хочу ни к кому обращаться и никого звать с собой. Просто не хочу. Бессмысленно. А ворота закрыты. Один только выход остается – через них перелезть. И я, наплевав на всё, лезу.
Перелезла и, не оборачиваясь, ухожу прочь по дороге.
Только отойдя уже очень далеко, с какой-то горы, я, наконец, оглянулась, чтобы посмотреть на оставшихся и увидела, что несколько человек из моих коллег всё-таки пошли за мной…

*
Одна из пожилых смотрительниц стояла рядом со своей коллегой, немного не похожей на остальных дамой, которая всё равно была ей симпатична. И видела, как вдруг она побледнела и даже затряслась от беспокойства. Сказала сама себе: «Надо уходить отсюда» - и полезла через ворота.
-Что это с ней? – подумала женщина.
И вдруг и сама почувствовала непонятную угрозу, мгновенно закрывшую всё вокруг серой пеленой и породившую в душе ужас. Сама не понимая, зачем, ведь явно не перелезет! - она сделала несколько шагов к закрытым воротам. И вот, стоя в полуметре от ворот, она увидела, как опередившая её дама, уже намеревающаяся уходить, оглянулась, улыбнулась ей ободряюще и сказала:
- Не бойся. Это как в детстве!
Не понимая ничего из этих слов, как во сне, смотрительница взялась рукой за ручку и поставила ногу на прут. И вдруг почувствовала, как невыносимый уже порой, груз её лет исчез, и за ворота держалась худенькая девочка. Легко-легко она залезла наверх, перемахнула через торчащие пики и так же легко слезла, почти спрыгнула вниз, вновь став собой.
И пошла следом за дамой, которая уже порядочно убежала вперёд.
Но что удивительно, если первый шаг дался тяжеловато, то второй был уже легче! А третий совсем легко. И сама не заметила бабушка, как она уже почти бежала по дороге, что тело её как-то усохло, ноги порезвели, а платье само собой ушилось. А волосы, давно поредевшие, стали густые и мягкий встречный ветерок как-то незаметно слизал седину. И вот она уже совсем рядом с убежавшей коллегой…

*
Какое-то время молча, в недоумении, следила небольшая группка музейных сотрудников, стоявших у закрытых кованых ворот их усадьбы, за странными действиями своих коллег. Когда через ворота полезла первая дама, это не вызвало особых замечаний. Только фыркнули насмешливо несколько человек.
- Чего делает? Что это вдруг испугалась?
И ведь реально чего-то испугалась… Сказала: «Надо уходить отсюда». Странно.
Но полезшая через ворота дама была независимая, вещь сама в себе, от неё и не то можно было ожидать.
Но когда одна из смотрительниц, полная, да ещё и давно в возрасте, полезла следом – это уже было из ряда вон. Все в изумлении наблюдали, как эта, довольно-таки упитанная бабушка, неожиданно живенько перемахнула через кованые прутья и помчалась следом за уходящей дамой.
- !!!???
Только когда та удалилась на несколько метров, к оставшимся музейным сотрудникам вернулся дар речи.
- Как она смогла!? Это что было!?
И тут же, как-то незаметно для всех, в поднявшемся гвалте встал на повестку вопрос: «Лезть – или не лезть?»
Очень серьёзный, кстати, вопрос.
Это по-своему почувствовал каждый.
- Я не полезу. – твёрдо сказала одна, совсем даже ещё и не старая музейная женщина, - Это что ещё за такое? У меня свои принципы. Я себя уважаю.
- Что за дуры. – даже сказала другая.
- Ну, мы не сможем. – хором промычали в уголке их жиденькой толпы.
Кто-то застеснялся. А кто-то молчал, с тревогой в глазах, и потихоньку пробирался к воротам.
Чтобы потом вдруг решиться и, на глазах осуждающих коллег, рвануть наверх.
Или так и не решиться…
Так прошло какое-то время. И вот из старого умирающего парка неожиданно задул очень неприятный ветерок. Холодный, с клочками промозглого тумана. Все зябко поморщились.
За первым порывом последовал второй, уже сильнее. И вот грязно-чёрные смерчи завертелись вокруг стоящих людей, навевая на них ужас. Вот тут-то нерешившиеся почувствовали, что надо бежать отсюда, вот тут-то они, наконец, схватились за прутья закрытых ворот…
И тут же отдёрнули руки, обжёгшись о раскалённый металл.

*
На вершине горы стоял Мужчина в странном белом балахоне и смотрел вниз, на музей, который со всех сторон окутали накатывающие клубы тумана, постепенно закрывая весь обзор.
Мужчина видел, как засуетились люди за воротами при первых порывах ветра.
Но лишь сказал:
- Перед Концом Дверь закроется.
И просто смотрел на их безнадёжные метанья.
А когда туман, наконец, закрыл музей полностью, Мужчина вздохнул, как-то облегчённо, словно сбрасывая с себя немыслимый и давно надоевший груз:
- Ну вот. – сказал Мужчина. – Наконец, началось.

*
И тут я, а я тоже, оказывается, стояла рядом и смотрела вдаль, на музей, опустила голову и увидела внизу, у подножия горы, целое море голов. Бескрайнюю толпу людей.
*

После этого видения я задумалась, потому что и до этого очень часто мне приходила в голову мысль: для чего я всё это делаю? Для кого – в первую очередь. И именно от этого вопроса были и обиды, и досада, и непонимание чужой «неблагодарности». А сейчас этот вопрос встал как-то особо.
И вот я по-новому взглянула на эти бесконечные объяснения с использованием живых людей – тех, с которыми я столкнулась в жизни. На их примерах раскрывались существующие пороки и слабые места и далеко не всегда присутствие этих людей было для них самих удобно. Скорее, мои объяснения выносили этих людей на всеобщее обозрение, причём с самой неприглядной для них стороны. Или одной из таких сторон, с той, которая привлекла моё внимание. Иногда мне становилось даже жаль их, потому что по-другому невозможно ничего объяснить в этом мире, и дать наглядных примеров. Придуманные примеры действуют очень слабо, либо вообще не действуют. Но эта моя жалость лишь добавляла мне досады. Потому что получалось, что даже таким болезненным способом, я всё равно пишу для других.
И вдруг я почувствовала, что таким вот образом я сама себе досконально объяснила не только этот мир, но и саму себя. Мои слабости, которые цепляли меня за прошлое, и, заодно, причины, по которым я вела себя именно так, как вела, а не иначе. Только через целое, через сформированный общий вид того, что происходит вокруг меня, через сравнение себя с другими, с объяснением причин нашей разности и несовместимости, я, наконец, добралась до самых сокровенных своих тайн, которые не хотела даже трогать в себе, или по недооценке их, и такое, оказывается, возможно, или из-за болезненности темы.
И вот, после последних объяснений, до которых я добиралась так долго, я поняла, что всё это я писала для себя. В первую очередь – для себя. Раньше я доказывала себе это словами, от досады, но такие объяснения как-то слабо действовали, а сейчас вдруг я ощутила это. И тут же ушла жалость к моим, использованным в книге, персонажам, они стали неинтересны мне. И правомерность их использования в такой ситуации, стала бесспорной. Когда пишешь для себя, главное, искренность, а не оглядка на то, кто и как отреагирует на твои впечатления от них самих.
И мне сразу стало легче.
И поэтому, наверное, я выбрала именно себя и свои чувства для последнего слова в этой книге.
Я не хочу в ней заканчивать текст обращениями к посторонним и не от себя.
Всё-таки вера – это очень личное, а книга эта, в реальности, как лекарство от моих болезней. И потом, я не хочу говорить с Богом словами, которые может подсмотреть любой. Пусть даже теоретически. Обращение же Бога к людям – это слишком велико для меня и моей книги. Она того не стоит. Как лекарство – не стоит. Потому что именно это встало в ней сегодня и сейчас на первое место.

Как долго это было скрыто от меня!
Как долго я этого не видела!

А вот прощание со своим прошлым, надоевшим мне чрезвычайно, с уходящими чувствами, которыми я так долго жила, может, и важными, но заставившими меня зависнуть надолго в одном состоянии и не дававшими двигаться дальше, пока я с ними не разобралась…
Вот это прощание с собой из прошлого – это и есть то, что должно быть поставлено в конце этой книги.

Чтобы уже ничего не мешало.

Моя книга – это ключ к Библии, утерянные или не написанные тексты, без которых она не открывается. Когда я умру, я смутно вижу, как моя книга оживёт, когда я, наконец, уйду и перестану ей мешать. И тогда она найдёт живых. Это и есть мой Второй вариант, и единственный, как оказалось. Мне кажется, нет, я уверена, что я всё-таки успела её внедрить на путь Иоанна-евангелиста. И своим я на этом пути помогу.

Вот такое оказалось ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО.
А совсем не то, что я думала вчера...
.